Николай Коростелев – Воин Чёрного Дракона (страница 50)

– Да, что-то такое припоминаю, – кивнул Ван Хэда.

– Вот давай на японцах и сделаем акцент. А Ан Ди, как русский офицер, которому стало известно от пленных бандитов об опасности, грозящей дружественной китайской провинции, счëл своим долгом предупредить об этом цзянсюя Хэйлунцзяна. Губернатор не сможет отмахнуться от такого заявления. Он из кожи лезет, чтобы выглядеть в глазах русских борцом с бунтовщиками и бандитами. После этого Ли Гую в его провинции будет лучше не показываться, что, в принципе, уже неплохо. А на самом деле у нас будет железный повод для Ан Ди появиться и в Харбине, и в Цицикаре.

– Можно попробовать, – согласился Ван Хэда – Ан Ди, ты согласен?

– Мастер, ты уверен, что сам губернатор провинции захочет общаться с каким-то поручиком, то есть со мной? – засомневался Андрей.

– Об этом не беспокойся, – усмехнулся Ван Хэда, – после спасения Кайчи ни один губернатор не откажет тебе в приëме. Так что, ты согласен?

– А ты ожидал от меня другого ответа?

– Тогда решено! Едем вместе, а по пути и насчёт страховой компании поговорим.

Глава 46

– Мастер, у меня есть к тебе пара вопросов.

– Спрашивай, – улыбнулся Ван Хэда.

– Насколько я понял, движение «Ихэтуань»[59] – союзники триады «Белый Лотос»?

– Ты это к чему?

– Как я понял, «Белый Лотос» собирается поддержать восстание ихэтуаней? Но тогда как можно сдавать своих союзников властям, ведь это предательство!

– Ну, мы еще ничего и никого не поддерживали, даже наоборот, пытаемся удержать народ от бунта. Но, к сожалению, остановить волну растущего недовольства среди бедноты не в наших силах. Да и настоящих ихэтуаней среди здешних крестьян немного. Ихэтуани – это кто? В основном фанатичная молодëжь, в мозгах которой столько мусора – не разгребëшь. Их первый лозунг – борьба с правительством маньчжуров и иноземцами, а остальное – мешанина из религиозного фанатизма, неграмотности и совершенно дурацких, утопических идей типа «Построим рай на земле, где все будут равны». Только они не понимают, что как только народ подравняется, обязательно найдутся те, кто захочет быть равнее других.

И ещë. К действительно народному движению уже прибивается масса болтунов, крикунов, демагогов и популистов. Этим до реальных проблем народа дела нет, зато язык подвешен. Вот эти самые борцы, прикрываясь красивыми лозунгами, и лезут в организаторы движения. Тут и хунхузы не отстают: подбрасывают оружие, обещают силовую поддержку. А если отбросить всю эту пену, то становится понятно, что одни на фоне беспорядков и волнений хотят половить рыбку в мутной воде и влезть в административные и правительственные органы, а у других только уголовные и шкурные интересы: хотят банально нажиться на захвате бизнеса – предприятий, приисков, торговых компаний и банков. Я уже не говорю об имуществе состоятельных граждан.

Следующие – это те, кто в силу собственной серости и никчëмности при существующей власти добиться чего-либо или как-то проявить себя не смогли. Зато в толпе таких же неудачников смогут позволить себе безнаказанно убивать, грабить, насиловать, демонстрировать власть и превосходство над остальными. Подменят законы своими понятиями, которые ничем от уголовных не отличаются, но зато делают их «борцами за справедливость». А то, что эта справедливость перекошена исключительно в их пользу, уже неважно.

Ну и последнее – это тот самый народ. Неграмотный, замученный непосильным трудом и поборами чиновников. Народ, который даже представления не имеет о слове СПРАВЕДЛИВОСТЬ. Народ, чьи старики, взрослые и дети никогда не наедались досыта, точнее, они даже не знают, что есть такое состояние – сытость.

Так вот, первые три категории – это мусор, пена и никакого отношения ни к справедливости, ни к согласию не имеют. Вот этих нужно уничтожать, выжигать калëным железом. А народ Китая? – Ван Хэда тяжело вздохнул. – Вот его придëтся возглавить, чтобы спасти хотя бы часть обманутых болтунами людей. И, как ты уже, наверное, догадался, сдать цзянсюю я собираюсь как раз лжеборцов за справедливость из первых трëх категорий. Чтобы потом, когда придëтся их отстреливать, было меньше работы.

Андрей вздохнул.

– Если по Маньчжурии прокатится волна восстания, где предметом ненависти и борьбы будут все иностранцы и всë с ними связанное, что делать мне и моим казакам? Ведь мы для ихэтуаней тоже иностранцы. А что будет с КВЖД? Но главное не в этом. Ваше правительство опять утопит страну в крови, как уже было при подавлении восстания тайпинов[60]. Только боюсь, что на этот раз здесь поучаствуют ещë и иностранные войска. Вот настоящая цель японцев. Обратите внимание! Все беспорядки ихэтуаней происходят на тех территориях, которые в последнюю войну захватили японцы и откуда их выдавили союзники – это провинции Шаньдун, Чжили, Северный Китай, Маньчжурия и Корея. Япония хочет чужими руками вернуть себе отобранные у неё территории. Лучший повод – массовое народное восстание, да чтобы покровавей, пострашней, чтобы жертв было побольше, а по пути разрушить всë, что может помешать их экспансии в Китай. А что погибнут десятки, сотни тысяч людей… – Андрей нервно прошëл из одного конца комнаты в другой. – Ваши национал-патриоты, которые называют себя ихэтуанями, этого не понимают, они фанатично убеждены в своей правоте и тянут безграмотный народ на путь, который ведëт не только к огромным жертвам, но и к общей гибели страны. Мастер, помнишь, я рассказывал тебе, чем всë это закончится? И, к моему сожалению, Япония в двух шагах от достижения своей цели. Я всë больше убеждаюсь, что за восстанием ихэтуаней стоит японская разведка, и восстание – это не что иное, как подготовка к вооружëнному вторжению Японии в Северный Китай и Маньчжурию.

Ихэтуани в своем ура-патриотизме вырежут десяток-другой иностранцев, неважно кого: германцев, англичан, русских. Их страны введут на территорию Китая войска. А Япония под этот шумок высадится в Корее и двинется вглубь материка. Кроме неë, в этом районе приличного контингента ни у кого нет. Чтобы сдержать экспансию Японии, России придëтся перебрасывать свои войска из Сибири. А затем последует драка между Россией и Японией, и пока они будут выбивать друг из друга кровавые сопли, Англия, Америка, Германия и Франция будут жиреть, зарабатывая огромные деньги на поставках вооружения противоборствующим сторонам. А Китай? Китай при любом раскладе за всë это будет платить своими территориями, экономикой, а главное, миллионами жизней своих граждан. А Япония? Думаю, что до момента, пока не вспыхнет массовое восстание, она будет держаться в тени. А вот когда пожар разгорится, тогда она бросится на помощь. Ещë бы, такой повод – помочь соседям в подавлении массового бунта. После этого вы очень долго не сможете убрать японцев со своей территории.

– Мы-то с генералом это понимаем, – тяжело вздохнул Ван Хэда, – но волнения уже начались, и если они докатятся до Маньчжурии, бросить людей мы не сможем. Нам останется только возглавить их. А тебе с казаками, думаю, на какое-то время будет лучше вернуться на территорию России.

Все замолчали.

– Ладно, – вздохнул Андрей, – давайте решать проблемы по мере их возникновения. Для начала создадим страховые компании и будем спешно готовить новых бойцов, добывать вооружение и уничтожим Ли Гуя. Если восстание всë же вспыхнет – возглавим его, попытаемся спасти как можно больше людей и перетянуть их на свою сторону.

– Ты не оговорился? – спросил генерал.

– Это ты сейчас о чëм? – повернулся к Лю Даньцзы Андрей.

– Ну, ты сказал: «…если восстание всë же вспыхнет, то мы возглавим его, постараемся спасти как можно больше людей…»

– Нет, не оговорился, – вздохнул Андрей, – разве вас с Хэда можно без присмотра оставить? А если серьезно, то после подавления восстания уже ничто не помешает микадо оккупировать часть территории Китая. И боюсь, что нарушить его планы, кроме нас с вами, будет просто некому.

Хэда и генерал переглянулись. Взгляд одного говорил: «Наш парень». А другой соглашался: «А то!»

– Собственно, японцы уже начали подготовку к вторжению, – продолжал Андрей, – они активизировались в Корее. Корейское правительство уже полностью утратило самостоятельность и волю. Сейчас стоит вопрос только в том, когда микадо соизволит поставить свой сапог на Корейский полуостров.

В свете открывшихся обстоятельств я предлагаю: мастер, кроме формирования страховых контор, организуй лазутчиков и осведомителей на сбор всей возможной информации о Ли Гуе, его отряде и обо всём, что сейчас находится под его контролем. Нам после его ликвидации это хозяйство будет нелишним.

Также нужно срочно направить людей в Корею и отыскать базы японцев. Если они в ближайшее время планируют высадку своих войск на побережье Кореи, то им просто необходимы армейские магазины.

Видя непонимание на лице Ван Хэда, Андрей пояснил:

– Для обеспечения быстрого продвижения войск на пути их следования закладываются хранилища с продовольствием, боеприпасами, фуражом. В армии такие склады называют магазинами, вон, генерал тебе подтвердит.

– Так и есть, – кивнул Лю Даньцзы, – только это обычно делается на своей или союзной территории.

– Японцы уже давно считают Корею своей территорией, – усмехнулся Ван Хэда.