Николай Иванов – Контрольный выстрел (страница 29)

— Вот и замечательно, — кивнул Гуров, жестом приглашая женщин войти в квартиру, в которой были задержаны Березин и его помощники. — Теперь и вы нам поможете изобличить эту коварную молодежь.

— Так в чем их все-таки обвиняют? — затормозила на пороге Протасова.

— А вот вам все там и объяснят, Мария Семеновна. Вы проходите, проходите, — поторопил ее Гуров.

В квартире царила суета. В ближайшей по коридору комнате, — как понял Лев Иванович, комнате, где жили Березин и Тарасюк, — был полный хаос. Все четверо задержанных (из них только парни были в наручниках) сидели на диване, уставившись в пол, и коротко и хмуро отвечали на рутинные и обязательные в таких случаях вопросы, которые им задавал Деев. Их ответы он записывал не на бумажке ручкой, как это привык делать сам Лев Иванович, а на портативном небольшом ноутбуке, быстро и ловко управляясь с клавиатурой.

— Теперь вы, девушки, по очереди называете свои фамилии и даты рождения, — услышал Гуров его слова, когда вошел в комнату.

Оглядев цепким взглядом помещение, полковник сразу обратил внимание на открытые коробки и какие-то разных размеров сумки и кейсы, которые стояли на полу, на грязь в комнате и на заваленный коробками из-под пиццы и обертками от бургеров подоконник.

«Я понимаю, что парни живут холостяками, но девушек-то могли попросить, чтобы они прибирались у них иногда», — подумал Гуров, глядя на весь этот бедлам. Но потом решил, что комната не была похожа на жилую комнату, в которой спали, скорее всего, использовалась квартетом для рабочих нужд — в ней они фасовали товар.

Предположение полковника подтвердилось, когда в одной из коробок он обнаружил шоколадки «Сникерс», а в другой — пакетики с белым кристаллическим веществом, похожим на синтетический наркотик мефедрон, который в среде наркоманов называли «мяу». Название СНИКерс, как потом понял Гуров, мефедрону дали не столько из-за расшифровки его химических свойств, сколько из-за шоколада, в котором его прятали, чтобы потом без опаски продавать на московских тусовках в ночных клубах. А возможно, и рассылать заказчикам по всей стране.

— Вот их паспорта и водительские права Березина. — Иван положил перед Деевым на стол стопку документов. — Ребята сейчас работают в комнате девушек, поэтому давайте пройдем туда, — предложил он понятым.

Перепелкина, с сожалением оглянувшись на Протасову, посеменила за Иваном. Мария Семеновна последовала за ней с гордо поднятой головой и цепким взглядом, осматривая по дороге все, что попадалось ей на глаза.

Гуров решил не мешать пока что ни криминалистам, ни Дееву и прошел в комнату, в которой, по данному ему Крячко описанию, жила Айнура. И тут у него в кармане зазвонил мобильный телефон. Посмотрев на экран, Гуров чертыхнулся. За всеми этими событиями он совсем забыл, что обещал проводить Дину в аэропорт.

— Ох, Дина, прости меня, я совершенно запамятовал, что обещал тебя проводить! — искренне сознался он. — Давай я приеду прямо в аэропорт, а ты возьми такси…

— Нет, Лева, я позвонила тебе сказать, — прервала Гурова Дина Усеинова, — чтобы ты не беспокоился. Я и сама спокойно смогу добраться до аэропорта и улететь. Я ведь понимаю, что у тебя очень непредсказуемая в плане свободного времени профессия. Ты мне только скажи пару слов на прощание, и я буду спокойна. Вы нашли тех, кто ее убил? — без обиняков спросила она.

— Да, у нас есть подозреваемые, и мы их только что задержали, — ответил Лев Иванович. — Правда, их пока что задержали по другому поводу, но доказать их вину в убийстве Айнуры — это, я думаю, дело времени. И знаешь, ты не переживай. И я, и Станислав Крячко — мы обязательно найдем доказательства их вины. А потом я прилечу в Крым, мы с тобой встретимся, и я все тебе расскажу. Хорошо?

— Хорошо, — ответила Дина, и Гуров по голосу понял, что она успокоилась, потому что поверила ему и его обещанию.

— Ну, тогда хорошего тебе полета и мягкой посадки, — пожелал он своей бывшей однокласснице и, подождав, когда она ответит ему «спасибо» и «пока», сразу же отключился. На сердце у Льва Ивановича было задумчиво-спокойно. Он знал, что сдержит свое обещание и докажет, что Березин и его компания виноваты в гибели девушки. И словно в подтверждение его мыслей телефон снова заиграл мелодию, по которой Гуров понял, что звонит Станислав.

— Мы нашли таксиста, который отвозил Айнуру первого марта на другую квартиру! — радостно сообщил Крячко. — Ты, как всегда, оказался прав: Айнура действительно собиралась переезжать. Я коротко переговорил с таксистом по телефону, и он вспомнил и адрес, и саму девушку. Как он сказал — вспомнил только потому, что она была очень красивой татарочкой. А еще он успел сообщить мне, что девушка переезжала одна, но ей помогал выносить чемодан и сумку какой-то невысокий блондинчик. Наверняка это Тарасевич. Я назначил таксисту встречу, и минут через… Через двадцать буду знать все подробности. Он обещал уточнить у диспетчера адрес, по которому он отвозил девушку.

— Отлично. Потом сразу же надо будет ехать по этому адресу, куда он ее отвез, и узнать, кто сдавал ей комнату или квартиру, и поговорить с соседями, — рассудил Лев Иванович.

— Ясно как день, — отозвался Станислав. — Я свою работу знаю…

— Так я не к тому сказал, чтобы тебя учить, — оправдываясь, ответил Гуров. — Это я так, просто рассуждал вслух.

— А то я не знаю, какой ты зануда, — рассмеялся Крячко. — Сейчас отвезу Викторию домой и поеду на встречу с таксистом.

— Звони мне, как только что-то узнаешь, — попросил его Лев Иванович, хотя и так знал, что Станислав обязательно свяжется с ним после того, как узнает все подробности о передвижениях Айнуры.

Крячко снова засмеялся в ответ и отсоединился. Гуров задумался. Теперь он был просто уверен, что удастся доказать причастность Тарасевича и Березина к убийству Айнуры. Но его беспокоила мысль о Светлане Корякиной. Нужно было срочно связаться с крымским отделением уголовного розыска и дать ориентировку на девушку.

Но нужный звонок лучше всего было сделать из своего кабинета в управлении, а потому Лев Иванович принял решение отправиться туда немедленно. Тем более что он давно уже ничего не докладывал генералу Орлову о своем расследовании — не до того было. Да, собственно, нечего было и докладывать. Но теперь… Теперь ему было что рассказать генералу.

Глава 24

Когда Лев Иванович добрался до Главного управления МВД России, часы показывали начало девятого вечера. Окно в кабинете генерала еще горело. Гуров решил, что это хороший знак, а потому направился сразу же к Орлову. Петр Николаевич сидел за столом и читал какой-то документ. Посмотрев на вошедшего Гурова, генерал ничуть не удивился.

— Пришел, значит, — спокойным и немного усталым голосом сказал он вместо приветствия.

— Явился, — улыбнулся Лев Иванович и услышал в ответ на свой «пароль» привычный «отзыв»:

— Являются, Лев Иванович, только привидения. — Орлов встал и протянул Гурову руку для приветствия. — Значит, есть какие-то новости, раз так поздно приехал.

— Наверно, ты, Петр, знал, что эти новости сегодня будут, раз задержался в кабинете. — Лев Иванович сел на ближайший стул.

— М-м-м, — неопределенно промычал генерал, складывая в папку бумаги, которые изучал, и убирая документы в сейф. — Третий день расследования заканчивается, так что пора бы уже, — наконец ответил он и выжидательно посмотрел на Гурова.

— Мне нужна твоя помощь, — в ответ на его вопросительный взгляд сказал Лев Иванович. — У тебя наверняка есть связь с Главным управлением МВД Крыма. Есть?

— Есть, — коротко ответил Орлов и молча стал ждать продолжения просьбы.

— Свяжись прямо сейчас с главным и попроси на завтра устроить так, чтобы та ориентировка, которую я тебе сейчас принес, была во всех крымских отделениях УГРО.

— Хм, значит, следы этих трех убийств ведут в Крым. — Орлов посмотрел на свои руки. — А если чуть подробней? Мне ведь нужно аргументировать срочность своей, то есть твоей, просьбы.

— Я тебе уже говорил, что убийства в ночных клубах, торговля наркотиками и убийство Айнуры Усеиновой оказались связаны друг с другом? — стал вспоминать Лев Иванович.

— Усеиновой? — Орлов нахмурился. — Это ее поисками по твоей просьбе занимался Крячко? Нет, не говорил. Во всяком случае, что это именно убийство и что оно связано с твоим делом, которое ты расследуешь. Ты вообще пропал на четыре дня, а я не стал тебя беспокоить. Да и своих дел в эти дни хватало — доклады, отчеты…

— Так вот, Айнура, дочь моей бывшей одноклассницы, жила с подругой в той самой квартире, в которой проживали и дилеры, торговавшие наркотиками в клубах Москвы. Подруга Усеиновой приехала раньше нее на полгода и тоже влилась в бизнес с наркотиками. А потом привлекла к этому занятию и Айнуру.

— Обычное дело, — кивнул Орлов. — Ну-ну, и что там дальше?

— Светлана Корякина — так звали подругу Айнуры — в клубах знакомилась с состоятельными или знаменитыми молодыми людьми в надежде устроить свое безбедное будущее и выскочить за кого-нибудь из них замуж. Эти-то парни потом и умирали в ночных клубах от внезапной то ли передозировки, то ли от намеренного — что и было, скорее всего — убийства. По моей версии, Корякина таким способом мстила им за то, что они ее бросали, предпочитая ей других девушек.