Николай Ежов – От фракционности к открытой контрреволюции. Нарком НКВД свидетельствует (страница 24)
Чем же занимался этот троцкистский параллельный центр? Чем руководствовались его члены в своей гнусной работе? Вот что рассказывает Радек в своих показаниях по этому вопросу:
«С середины 1935 года, мы, т. е. «параллельный центр» приступили к более активной работе, осуществляя то решение основного центра, которое было принято им еще в 1932 году об образовании «запасного центра». Основными и единственными руководящими материалами в работе были те директивы, которые исходили от Троцкого»[107].
Итак, устами ближайших помощников Троцкого заявлено, что как объединенный центр, так и параллельный центр были созданы при непосредственном участии и на основе руководящих указаний самого Троцкого и по его указанию проводили свою преступную работу.
Они вели свою работу наряду с руководством троцкистско-зиновьевского контрреволюционного центра. А через самое короткое время после разоблачения главарей троцкистско-зиновьевской банды, члены параллельного центра, стали проявлять особую активность. Вот что об этом признал на следствии Пятаков:
«Летом 1935 года ко мне в Наркомтяжпром пришел Сокольников Г. Осведомившись у меня, имел ли я разговор с Каменевым в 1932 г. о том, что мы – Пятаков, Сокольников, Серебряков Л., Радек К., являемся руководящим центром троцкистской организации и получив от меня подтверждение, Сокольников сказал «пора начинать действовать».
Этот разговор с Сокольниковым, нужно сказать был месяцев через 6 после убийства Кирова и, как известно, весь состав объединенного центра, о котором я показал выше, уже был арестован.
Я дал согласие и мы условились, что он – Сокольников будет поддерживать связь с Радеком и со мной, а я с Серебряковым и с Сокольниковым»[108].
Таким образом можно установить, что этот параллельный центр был организован в 1932 году, наряду с созданием блока троцкистов и зиновьевцев.
В состав участников параллельного центра были включены такие люди, которым легче было скрывать свою связь с троцкизмом. Во всяком случае, такие члены параллельного центра, как Пятаков и Сокольников, Радек и др., которые упорно и искусно скрывали свое лицо озверелых врагов советской страны, всячески стараясь представить дело так, будто бы они преданы линии партии, могли внушать меньше подозрений о чудовищной глубине их предательства и доведенного до тонкости иезуитства.
Понятно, что утонченность двурушничества членов параллельного центра особо затрудняла своевременное разоблачение их преступной деятельности и делала их контрреволюционную работу особо опасной. Члены параллельного центра и их сторонники, маскируясь своей преданностью политике партии, проводили самую подлую, подрывную, контрреволюционную работу, используя для этого свое положение в государственном аппарате. Они организовали контрреволюционные группы в ряде важнейших районов страны.
На Украине организация возглавлялась известными троцкистами двурушниками Коцюбинским, Логиновым, Голубенко. Эта руководящая группа сумела насадить свою агентуру в различных областях Украины, в хозяйственных, советских и научных учреждениях. Отдельным двурушникам удалось даже проникнуть и в партийный аппарат.
В Западной Сибири контрреволюционная организация возглавлялась Мураловым, Дробнисом и Богуславским. Все трудящиеся СССР знают о подлой деятельности этой группы, хотя бы по известным сообщениям в печати о Кемеровском процессе. Такие же группы были созданы троцкистско-зиновьевским запасным центром в Москве, Ленинграде, Азово-Черноморском крае, в Грузии и в Челябинской области.
Какова же была основная установка параллельного центра и тех контрреволюционных групп, которые были созданы на местах? Параллельный центр стоял на тех же позициях, на каких стоял троцкистско-зиновьевский блок. Его программой являлась реставрация капитализма, уничтожение советской власти, поражение социалистического строя и восстановление власти помещиков и капиталистов. Они только еще более зверскими приемами добивались осуществления своих гнусных планов. Поэтому они войдут в историю как самые озверелые враги социалистической революции, которые по своей ненависти к социализму, по своим методам борьбы с ним, оставляют далеко позади любой другой отряд буржуазной контрреволюции.
Троцкистско-зиновьевский блок и правые реставраторы
На основе этой реставраторской программы установился у параллельного центра контакт с центром правых реставраторов. Это соглашение с правыми было установлено по прямому указанию Троцкого.
Еще в 1931 году, когда Пятаков находился в командировке в Берлине, Седов передавая ему установку Троцкого, подчеркнул необходимость объединения с правыми на основе этих общих установок.
«Троцкий знает, что и правые – Бухарин, Томский, Рыков не сложили оружия, а только притихли. У них есть кадры, есть связи, есть целые группы, подчас очень боевые. Не беда, что у нас только недавно были острые разногласия. Эти разногласия ничто по сравнению с нашей общей антисталинской установкой» – говорил ему Седов[109].
Ради такой цели, как борьба против ленинско-сталинской установки на укрепление победы социализма, можно по мнению троцкистов идти на объединение и со вчерашними противниками.
Зиновьевская часть блока также признавала необходимость союза с правыми. Пятаков так рассказывает о своей беседе с Каменевым на этот счет:
«В конце 1932 года после моей последней встречи с Седовым у меня произошел разговор с Каменевым.
Каменев сказал мне, что у центра установилась связь с правыми (Бухариным, Рыковым, Томским). «Хорошо – сказал Каменев – если бы и вы сейчас поддерживали необходимую связь с Бухариным, с которым у Вас хорошие отношения».
Желая выяснить насколько Каменев приемлет директивы Троцкого, я задал Каменеву вопрос:
«Как центр представляет себе связь с правыми? Ведь только недавно у нас с ними были острейшие разногласия». Каменев ответил мне: «Ю.Л… когда вы, наконец, выйдете из школьного возраста и станете политиком? Вчерашние разногласия не могут быть препятствием для соглашения сегодня, если сегодня есть общая цель, а эта общая цель:
1) свержение Сталина и ликвидация сталинского режима;
2) отказ от построения социализма в одной стране и следовательно, соответствующие изменения экономической политики. На этих двух пунктах мы с правыми очень легко договорились[110].
Переговоры с Томским о заключении блока зиновьевским и троцкистским центром были возложены на Сокольникова. Томский полностью согласился с требованиями и установками троцкистского центра и заявил, что правые принимают предложения троцкистов и соглашаются на вступление в блок. Тогда же было обусловлено, что Томский как представитель от правых входит в состав параллельного центра.
Когда троцкисты и зиновьевцы запрашивают мнение и согласие Троцкого на блок с правыми, он им отвечает, что полностью соглашается с этим предложением. Он обуславливает этот блок только признанием со стороны правых преимущественного и ведущего положения в практической деятельности блока за троцкистами.
«От Троцкого была получена директива, одобряющая блок с правыми, являющаяся ответом на запрос троцкистско-зиновьевского центра о линии Троцкого по вопросу о блоке»[111].
И в последнем директивном письме Пятакову Троцкий еще раз напоминает о необходимости «установить контакт с правыми, нащупать и объединить все антисоветские элементы как внутри партии, так и вне ее»[112].
Как же сами правые относились к предложениям троцкистов о совместной борьбе против социалистического строя? Ведь правые неоднократно заявляли, что они раскаялись, что они разделяют генеральную линию партии, что они верны делу социализма. На деле оказалось, что это был обман партии. Правые двурушничали, они сохраняли свой центр и поддерживали связь с троцкистами, этими злейшими врагами социализма. Это подтвердили сами участники контрреволюционной организации правых (Угланов, Кулаков и др.). Они рассказали, что до последнего времени существовал центр правых в лице Томского, Бухарина, Рыкова и Угланова. Этот центр руководил нелегальной деятельностью всех правых организаций.
Угланов, один из членов центра правых, рассказал следующее:
«Во главе существовавшей до последнего времени организации правых стоял всесоюзный центр.
В состав центра входили: Бухарин Н.И., Рыков А.И., Томский М.П., Шмидт В.В. и я – Угланов…
Этот центр сложился еще в 1928 году в период открытой борьбы против партии и в таком же составе продолжал действовать вплоть до последнего времени.
Этот центр сохранился в этом же составе до последнего времени. В состав центра также входил и руководитель ленинградской организации правых Угаров, умерший в 1932 г.
Впоследствии я неоднократно, до 1930 г. бывал на нелегальных заседаниях центра, происходивших на квартирах Бухарина и Рыкова в Кремле.
Я как член центра организации правых Угланов одновременно являлся руководителем московского центра организации правых, который им – Углановым был создан в 1929 г.»[113].
В процессе разоблачения троцкистско-зиновьевского блока было определенно установлено, что центр правых знал о существовании троцкистско-зиновьевского блока и его контрреволюционной террористической деятельности. Так, Зиновьев в одном из своих последних показаний говорил: