Николай Ермаков – Луна над Славутичем (страница 40)

Недостатками этого места было отсутствие поблизости месторождений подходящей глины и известняка, но это не было большой проблемой, так как всё нужное можно было доставить по реке. Руду, вон, вообще придется за тысячу километров возить, из самой Польши, что весьма неудобно. Хотя гораздо ближе есть болота с залежами лемонита, однако местные славяне, насколько я мог узнать, не занимаются его разработкой, да и вообще не знают, что из болота можно добывать железную руду. К тому же именно на территории жиган болот очень мало и далеко не факт, что во всех из них имеется лемонит.

Вообще, к моему некоторому огорчению, при подробном ознакомлении с местными экономическими реалиями, оказалось, что в землях жиган практически отсутствует возможность легкого получения дополнительного дохода, кроме как от сельского хозяйства. Здесь нет богатых торговых путей, как на Днепре, в местных реках почти не осталось жемчуга, а в лесах мало пушного зверя. Если добавить к этому отсутствие железных руд и близость кровожадных кочевников, то картина получается не очень радужная. Оценив все обстоятельства жизни местных племен, я пришел к выводу, что по всем параметрам они находятся в наиболее невыгодном положении по сравнению с другими славянами. Хотя будь по-другому, вряд ли они обратились бы ко мне за помощью.

По-хорошему, после того, как я нашел подходящую площадку, следовало бы немедленно начинать работы по строительству плотины и рабочего поселка, для чего мне нужно было не менее сотни человек, и старейшины вроде бы согласились выделить этих людей, но всегда оставалась вероятность, что они могут их отозвать, если вдруг решат, что я занимаюсь глупостями — здесь вообще очень консервативно относились к разным нововведениям, и, судя по много раз слышанным мною различным байкам, изобретатели котировались на уровне деревенских дурачков, поэтому занявшись непонятным для них делом, я мог серьезно упасть в их глазах. Подпись кровью — это я, конечно, хорошо придумал, получив в результате определенную власть, но… голод стоит за плечами всех местных землеробов, и он представляет для них гораздо большую угрозу, чем возможное наказание от бога, в которого они к тому же и не очень-то верят. Если в один прекрасный момент племенные старейшины посчитают, что от моих действий пользы никакой нет и не будет, а только вред, так как я отвлекаю большое количество людей от производительного труда на полях, а мои требования могут привести к недостатку провизии в зимний период, то пошлют меня далеко и надолго, несмотря ни на какие подписи кровью.

Исходя из этих соображений, я решил провести пробную плавку железа, чтобы показать им перспективы. У меня имелось десять пудов руды, купленной в Хареве перед отплытием, что для одной плавки было более чем достаточно. Запасов угля у местного кузнеца, которого так и звали — Коваль, вполне хватало для воплощения в жизнь моих планов. Так что мне оставалось только привезти достаточное количество подходящей глины и построить печь, чем я и занялся на следующий день. Чтобы сильно не напрягать Кантемира, я взял в помощь только двух подростков — Неждана и его двоюродного брата Путяту. Кроме того, я привлек к этому делу и местного гончара Агния, которому поручил сделать трубы из обычной гончарной глины.

В течении дня вместе с подростками я смог доставить в деревню нужное количество глины и замесить её, а на следующий день я сделал формы из дерева и вместе с помощниками налепил две тысячи серых и пять сотен рыжих кирпичей, для чего я привлек и девушек — роменок. За следующие два дня, пока сохли кирпичи, я привез известняк для шихты, и сделал двухкамерные мехи из козьих шкур. Потом я принялся за строительство печей, используя сырцовые кирпичи, на что ушло трое суток напряженной работы. Не будучи уверенным в надежности кирпичей, я возвел довольно толстые стены, и не стал делать высокую трубу, а для повышения температуры в камере сгорания соорудил печь предварительного подогрева воздуха. К моменту завершения этих работ уже подтянулись люди, направленные в мое распоряжение старейшинами свапичей и котлубан, поэтому зрителей запуска выплавки собралось более чем достаточно. Сделанная мною печь, по местным меркам была впечатляющих размеров — полтора на полтора метра в основании и три метра высотой, а наличие двухкамерных мехов и второй печи, предназначенной для предварительного подогрева воздуха, вызывали у многочисленных наблюдателей одновременно и интерес, и скептицизм.

Загрузив в печь шихту, я плеснул на неё скипидаром, после чего чиркнул огнивом, и уголь вспыхнул ярким пламенем. Далее я заделал загрузочный проем кирпичами с минимальным использованием связующей глины, чтоб потом иметь возможность легко их вытащить, после чего зажег топливо во второй печи и дал команду помощникам взяться за мехи. Вдвоем они, конечно не могли долгое время качать меха, но я отобрал из новоприбывших мужиков два десятка человек, чтобы они, сменяя друг друга на мехах, постоянно поддерживали подачу воздуха. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что я не сяду в лужу при скоплении такого количества народа. Хотя не должен — законы химии и физики мне в помощь. Однако существуют и возможности негативного развития событий: к примеру, я мог переусердствовать с предварительным подогревом воздуха и вся руда перейдет в чугун, или кирпич всё же не выдержит нагрева и печь обрушится. Из-за этих опасений я весь день в нервном напряжении ходил вокруг своего огнедышащего детища, ещё раз перебирая в уме все сделанное на предмет того, не допустил ли я где-то ошибку?

Вечером, когда окончательно стало ясно, что печь выдержала высокую температуру, а топливо в плавильной печи полностью выгорело, что было очевидно по отсутствию дыма над трубой, я разбил кирпичную кладку, закрывавшую загрузочный проем, после чего кузнечными щипцами вынул из дышащего жаром нутра печи огромную крицу килограммов на двадцать и бросил её на землю, ощущая прилив счастья от удачного завершения экспериментальной плавки. Тут же ко мне подошли Кантемир, его старший сын Богуслав и местный кузнец Коваль, который после минутного осмотра крицы и нескольких ударов по ней своим молотком, выдал компетентное заключение:

— Хорошее железо, но кусок слишком большой и тяжелый, возни много будет.

Кантемир тоже в сомнениях покачал головой:

— С таким количеством людей и в обычных горнах за столько времени можно будет не меньше железа выплавить.

— У меня есть руды ещё на две плавки и их можно будет провести в этой же печи, — ответил я на их претензии, — Но следующие печи будем строить еще больше по размерам, и для работы с ними столько людей уже не понадобится, так как мехи будут двигаться силой воды, от которой будет работать и молот, поэтому трудностей с проковкой крицы не будет.

— Как это силой воды может что-то двигаться? — скептическим спросил Кантемир, — откуда в ней сила? Она же раз — и всё! Убежала между пальцами!

— Может, очень даже может, — уверенно возразил я, — В воде великая сила есть, только к ней подход нужен особый. Думаю через месяц вы всё увидите, и к осени у нас будет сотня пудов железа.

— Сотня пудов? — недоверчиво переспросил Кантемир и по его лицу было видно, как в голове у него щелкают вычислительные процессы, переводящие это количество железа в золото, в хлеб, и в другие материальные ценности этого мира.

— Ага, — кивнул я, — Но для этого, разумеется, Стыр должен будет привезти двести пудов руды.

— Сотня пудов железа… — уже более уважительно протянул Кантемир, кивая головой.

— Вот поэтому мне будут нужны люди и другая помощь от тебя, чтобы построить печи, дома для работников и обуздать силу воды, — закончил я свою мысль.

— А отдариваться чем будешь, князь? — спросил старейшина, быстро вернувшийся в деловое состояние.

— Вы, помнится, меня призвали на княжение, чтобы я вас защитил от врагов, было такое? — напомнил я Кантемиру.

— Было, — с грустным вздохом согласился он, поняв, что получить с меня дополнительную выгоду не получится.

— И вот я нашел способ, как заработать денег, чтобы не ввергать племена в большие расходы на оборону, а теперь ты требуешь, чтобы я ещё и отдаривался! — с деланным возмущением высказал я ему.

— Ну прости княже, — с явным смущением на лице пошел на попятную Кантемир, — Я же не о себе, я о всем племени думать должен, но здесь ты прав, не нужно от тебя никакой дополнительно оплаты. Помогу, чем смогу, и людей дам, и провизией их обеспечу!

Глава 27

Через день более двух сотен мужиков с обозами выдвинулись в сторону моей будущей производственной площадки. Примерно половину из них составляли будущие строители и металлурги. Остальные были лучниками, что было явно недостаточно. По хорошему, для успешного противостояния кочевникам, стрелков нужно было не менее тысячи. Но мои аппетиты наталкивались на непреодолимую пока прозу жизни — жиганские племена просто не в состоянии были оторвать такое количество людей от сельскохозяйственного производства, а ведь их ещё надо кормить и экипировать, что тоже весьма затратно. Поэтому до тех пор, пока моё металлургическое производство не начнет приносить существенных прибылей, на серьёзное увеличение численности войска можно не рассчитывать. Кроме того, ведь в лучники просто так первого попавшегося землероба не возьмешь — нужно как минимум года три интенсивной подготовки, поэтому я и требовал от старейшин прислать мне охотников, тех, кто уже умеет обращаться с таким видом оружия. Большинству из них, разумеется, не хватает физической силы и навыков для работы именно с ростовым луком, но этот недостаток можно устранить за пару-тройку месяцев тренировок.