Николай Епифанов – Цифровой пульс (страница 2)

– Закрытие смены, – скомандовала Кристина. – Система: контроль.

Бездумный искусственный интеллект, установленный в салоне, молча повиновался приказу и запустил программу перехода в спящий режим и закрытия дверей. Дождавшись, когда стальные ставни опустятся, Кристина медленно побрела по улице, включив случайную подборку музыки.

Выйдя на оживлённый проспект, девушка смешалась с толпой прохожих, каждый из которых, судя по их внешнему виду, пытался выделиться чем-то особенным, но именно это и делало их столь похожими друг на друга. И только Кристина, никогда не думающая ни о чём подобном, выглядела так же чужеродно, как вырезанная из старого журнала фотография девушки, помещённая на картину Рене Магритта «Голконда».

Самые обычные рваные джинсы с клетчатой рубашкой и перекинутой через плечо сумкой создавали для других образ неряшливого, серого человека. И мало кто пытался заглянуть Кристине в глаза, прятавшиеся за густыми каштановыми волосами. Но если бы они всё-таки осмелились, то увидели бы очень красивую девушку, чья душа была соткана не из рекламных слоганов и ярких афиш, а из мыслей и чувств, которыми она вряд ли была готова поделиться без остатка.

Глава 2

Город Аврора, где проживала Кристина, представлял собой один из современных и передовых гигантов планеты Земля. Здесь не только проживало более двадцати миллионов человек, но и работало множество фабрик, располагались региональные штабы значимых корпораций и, конечно, внедрялись наиболее передовые достижения технологий. Нескончаемый поток денег в обе стороны принёс процветание экономике города, а вместе с этим породил и расслоение общества, почти полностью уничтожив средний класс. В результате этого одни купались в деньгах, а другие еле сводили концы с концами, довольствуясь безвариативной ролью обслуживающего персонала, на содержание которого мало кто спешил выделять значительные средства.

Квартира Кристины располагалась в муниципальной высотке, построенной на государственные деньги и носившей проектное название «Нода». Чтобы хоть как-то удержать сотрудников, жильё здесь выдавали бесплатно всем, кто был официально трудоустроен в городе, а расходы несло только государство, ставшее самой обыкновенной прислугой для корпораций.

Стометровые муравейники были разбросаны по всему городу, и каждый из них строили по индивидуальному проекту, поскольку считали важным отразить уникальность строений. Правда, уникальность напоминала скорее творение ребёнка, закрывшего себе глаза. Каждый из этажей состоял из нескольких кубических блоков, неровно поставленных друг на друга. На третьем этаже выпирал один бок, на пятом – другой, на шестом вообще появлялось ощущение, что кто-то надкусил здание. Зато в конце это творение архитектурной мысли, обшитое стальными листами, украсили большими, светящимися оранжевым цветом прямоугольниками, раскиданными по разным этажам.

Чтобы добраться домой, Кристине приходилось пользоваться метро, поскольку на дорогах были вечные пробки, а другой альтернативы быстро преодолеть расстояние в десять километров не наблюдалось. Старые скрипучие вагоны походили на железные банки, в которых почти в каждом магазине продавали синтетическую ветчину, нежели на удобный вид транспорта для горожан. Постоянно приходилось мириться с тем, что почти весь путь ты будешь зажат людьми, не имея возможности повернуться в какую-либо сторону. А если не повезёт с попутчиками, то и не обойтись без не самых приятных запахов, а иногда и бессмысленных разговоров.

Выбравшись из затхлого метро, Кристина наконец смогла вдохнуть прохладный воздух, показавшийся кристально чистым. Ещё немного, и она окажется в знакомой квартире и сможет закрыть дверь так, что все о ней забудут до следующего дня. Подходя к «Ноде», девушка окинула взором неровные очертания знакомого гиганта и ненадолго остановила взгляд на одном из барахлящих оранжевых прямоугольников, который почему-то напомнил жужжащую лампу на работе.

Кристина жила на втором этаже и знала почти всех своих соседей, чьи квартиры располагались вдоль изогнутого странным образом коридора, стены которого покрывали различные граффити в тех местах, где ещё не успела осыпаться краска. Но девушка не имела привычки сближаться или даже особо разговаривать с посторонними людьми. Исключением были два её соседа, живших напротив. Молодая семейная пара – Филипп и Надин. Они ворвались в жизнь Кристины, не спрашивая разрешения, и остались в ней навсегда.

Как-то раз поздним вечером, возвращаясь домой, она встретила в общем коридоре двух незнакомцев. На полу рядом с ними стояло несколько картонных коробок, забитых вещами. Сначала внимание привлекла высокая худая девушка с ярко-оранжевыми волосами, точно такими же, как декор на здании. На ней были джинсовые шорты и чёрная футболка с абстрактными рисунками. Развязанные шнурки на красных кедах, вместо того чтобы быть аккуратно завязанными, болтались по полу. Общую картину дополняли разного вида татуировки на руках и ногах. Нашлось место и для светящейся нейротатуировки[4]. Незнакомка стояла, оперевшись спиной о дверь квартиры Кристины, и следила за тем, как её спутник, сидящий на корточках, пытается открыть заглючивший электронный замок. Парень же особенно ничем не выделялся – среднего роста, во всём чёрном, включая бейсболку, частично закрывающую лицо.

– О, привет! – воскликнула девушка, увидев Кристину, стоящую в полном недоумении. – Мы мешаем? Ты здесь живёшь?

– Привет, – кивнула она. – Да, вот в этой квартире.

– Значит, мы соседи! – улыбка расцвела на её лице, а нейротатуировка в форме цветка с шипами на правой руке перестала быть бледной и засветилась фиолетовым светом. – Меня зовут Надин.

– Кристина, – кивнула она в ответ. – Не знала, что Грин уехал.

– Грин? Тот, кто здесь жил? Не знаю, это вопросы к… – она бросила взгляд на парня, который продолжал мучиться с замком. – Ты представиться не хочешь?

Он недовольно вздохнул и выпрямился. Теперь Кристина могла рассмотреть его уставшее невыспавшееся лицо с мешками под глазами.

– Филипп. Можно Фил, можно Липп. Как душе угодно, – сказал он и пожал плечами. – Ты не знаешь, эта штуковина всегда не работала?

– Честно говоря, не обращала внимания. Я и Грина-то видела от силы раз в неделю. Так что с ним, не знаете?

– Без понятия, – ответил Филипп. – Нам предлагали квартиру на проспекте Орста, но в последний момент появился этот вариант, и мы согласились.

Стоило бы привыкнуть к тому, что люди вокруг появляются и исчезают. Меняется всё. Но Кристине с трудом это давалось. Она привыкала к образу жизни, окружению, маршрутам, и каждый раз, когда что-то становилось другим, пусть даже то, что едва её касалось, внутри появлялось чувство тревоги, справиться с которым помогало только время. Вот и сейчас исчезновение странного соседа Грина, чьего имени она не знала или не запомнила, даже если слышала, породило дискомфорт.

– Заходи к нам, – Надин смотрела на неё своими большими счастливыми глазами, ожидая услышать ответ.

– Вы и сами ещё не зашли.

– Само собой, не сейчас, – она махнула рукой и демонстративно пнула одну из коробок. – Немного раскидаем всё и ждём в гости. Если пригласишь нас… Ладно, меня. Фил не любит особенно выбираться из дома. Если пригласишь меня на чашку кофе поболтать, то буду рада.

Голос и эмоции Надин казались слишком несвойственными для забытой богом «Ноды» и её панковской одежды. Соседка казалась слишком доброй, одухотворённой, но именно это и повлияло на то, что Кристина так быстро и легко прониклась к ней. Филипп же вызывал у неё доверие и уважение своей отстранённостью и спокойствием – чертами, которые были свойственны и самой Кристине.

С того самого дня их дружба только росла. Они действительно ходили друг к другу в гости, подолгу могли разговаривать на любые темы, смотреть фильмы и многое другое. Но почти никогда эта троица не проводила время вместе за пределами «Ноды», только если по случайности.

Всякий раз, подходя к своей квартире, Кристина прислушивалась, чтобы понять, доносится ли музыка из квартиры напротив. Если да, то можно было ожидать появления Надин, а если стояла тишина, то, скорее всего, жильцы спят или поглощены работой. Насколько Кристине было известно, Надин работала дизайнером на множество маленьких компаний одновременно, поэтому она могла спокойно сидеть дома и заниматься проектами. Филипп же был то ли программистом, то ли специалистом по железу, а может быть, всё сразу. Клиенты сами привозили ему разные гаджеты на ремонт или настройку, что было очень удобно.

Сегодня из-за двери не доносилось никаких звуков, а значит, Кристина спокойно сможет побыть наедине со своими мыслями. Оказавшись в квартире, она поспешила закрыть замок и отгородиться от всего мира. Свет включался обыкновенным тумблером – обеспечение коммунальными услугами при строительстве производилось наиболее экономичным из всех возможных способов. Здесь не приходилось говорить ни об искусственном интеллекте, ни о какой-то технике. Есть ванная, туалет, кухня с электрическими плитами, выключатели под каждую из ламп, а всё остальное, если очень хочется, жилец мог купить и установить собственными силами.

Кристина скинула обувь с уставших ног, включила цепочку маленьких лампочек, расположенных вдоль стены, и завалилась на твёрдый диван, купленный у соседки сверху.