Николай Дубчиков – Пандемия в зените (страница 69)

Горик боязливо посмотрел по сторонам, словно опасаясь, что из кустов внезапно вылезут «джаваровские»:

– Нельзя им дать занять оборону, их больше, и вооружены лучше.

Федор постучал тяжелым кулаком по стволу молодого дуба, которому предназначалась роль шлагбаума:

– Никто им ничего давать не собирается. Да и где им обороняться? Половина нас с этой стороны дороги спрячется, половина – с другой, все простреливается. В лес если кто драпанет только…? Тут уж наша задача не мазать и по воробьям не палить.

– Я вот стреляю не очень, если честно, вернее, совсем никак, – признался Васильич, – ну кроме компьютерных игрушек, там я тот еще Рэмбо.

– Да, я тоже не снайпер, – добавил молчаливый Грек.

Борис отошел к обочине дороги, приспустил штаны и начал отливать:

– Сегодня вечером тир у реки устроим, посмотрим, кто как стреляет, чтобы роли сразу распределить в нашей заварушке.

– А забор доделывать не будем? – хрустнула ветка, и Грек насторожился.

– Подождет забор, он с нас дань не просит в отличие от этих хмырей, – Федор сердито выругался, вспомнив последний визит «джаваровских».

Но вечером пришлось заниматься другими делами. Только мужики вернулись в поселок, как их встретила Сорока. Так прозвали одну из тёток за ее длинный язык и говорливость.

– Федя, Боря… там ой…, дядя Гена помер… вот как полчаса назад преставился. Я ж за ним с весны ходила, помогала, как он с кровати перестал вставать… Схоронить надо.

Мужики перекрестились и казак кивнул:

– Ща мы с Лехой выкопаем могилку, обмойте старика пока, оденьте.

Сорока от волнения затораторила сильнее обычного:

– Да сделаем, сделаем! Оксана, Марина сейчас занимаются. Сегодня похоронить бы сразу, а то ночью душно, побыстрей бы в землю убрать тело…

– Да знаю я, схороним деда, не паникуй, – нахмурился Федор, который недолюбливал таких баб как Сорока.

– А гроб? Гроб как же? Гроб же нужен? – не унималась суетная тётка.

Робокоп кашлянул в кулак и оскалился в улыбке:

– Ты еще оркестр с музыкой запроси и памятник мраморный. Когда нам гроб-то делать, если ты его вечером хочешь похоронить? Да и материала нет, тут же не каждая деревяшка сгодится.

– Так как же?! – Сорока выпучила на пограничника глаза.

– А остальных как хоронили? В простыню завернем и все дела, -махнул рукой Борис.

Но тетка продолжала настаивать на своем:

– Мы же так закапывали тех, кто заразился. Их же вон сколько много было. А тут один человек всего, своей смертью отошел…

Грек перебил соседку, не дав ей договорить:

– Своей, не своей – какая разница? Земле предадим – и ладно.

Мужики пошли заниматься похоронами, а Сорока переполошилась еще больше и побежала к Марине с Оксаной.

Дядя Гена давно не выходил из дома, и о нем даже стали забывать в поселке. Но смерть старика все-таки стала неожиданностью для людей.

Через пару часов деда похоронили. Без отпеваний, долгих прощаний и скорбных речей. Родни у него не осталось, и самым близким для старика человеком в последние дни стала соседка Сорока, хотя, по иронии судьбы, раньше они не редко ругались между собой. Борис на скорую руку сколотил крест с именной табличкой, а Марина с Ксюшей сплели небольшой венок из полевых трав. Тело положили в простыню вместо гроба и опустили в землю. Федор сказал несколько слов, и могилу стали засыпать землей.

Всплакнула только Сорока, остальные спокойно простились с дядей Геной. Вскоре все разошлись, у живых было слишком много забот, чтобы долго горевать о мертвых.

Эпизод 55. Вынужденная остановка

Иван с Максом медленно брели по шоссе. Парни по очереди пинали перед собой колесо: оно недолго катилось по асфальту, а затем падало на бок. И так шаг за шагом, пинок за пинком, километр за километром.

– Прием-прием. Колесо вызывает Монстра. Как слышно? Монстр ответь? – снова вышел на связь космонавт, но ему никто не ответил.

– Тишина?

– Угу, пока молчат. Они рядом уже должны где-то быть, – стараясь не показывать волнения, сказал Иван.

Макс с силой толкнул колесо, и оно, скатившись по обочине, съехало в кювет:

– Блин. Может у них рация села?

– Да не должна. Но скоро узнаем.

Через 10 минут раздалось шипение, и послышался голос Андрея:

– Прием! Макс, Ваня, ответьте. Вы где?

– Наконец-то. Я вас уже полчаса вызываю. Идем назад, колесо нашли. Прием, – радостно крикнул в рацию Воробьев.

– Супер, ждем. У нас все ок.

Обратный путь с тяжелой ношей для уставших парней казался гораздо дольше, чем утренний поход в город. Наконец, Иван с Максом увидели вдалеке друзей около «Монстра» и с облегчением выдохнули. Даже сил как будто прибавилось, и они веселее зашагали со своим трофеем.

Доставив колесо, парни решили устроить себе небольшой заслуженный отдых. Поглощая свою порцию сухого пайка, друзья, перебивая друг друга, рассказывали о дневных приключениях и новых приятелях. Андрей в это время орудовал балонником и домкратом, меняя пробитую покрышку.

– Круто они это придумали с тросами, – восхищенно сказала Катя, – по сути, новую транспортную сеть в городе создали.

Макс выпил полфляжки воды и немного полил себе на голову:

– Ага, улицы там забиты каннами, а по верху и быстрее и безопасней.

– Это пока не сорвешься безопаснее. А зимой когда эти веревки обледенеют, что делать? – Кузнецов затянул последнюю гайку и слегка пнул по колесу.

– Они там себе берлогу капитально обустраивают. До морозов хотят припасами затариться для автономного существования, а дальше надеются, что зомби передохнут от холода и весной полегче будет, – устало ответил Воробьев.

– Я тоже надеюсь, что передохнут. Только вот там, куда мы едем, морозы бывают редко и недолго. Зараженные на юге должны подольше протянуть, логично? Надо к этому готовиться, – Андрей бросил инструменты в багажник и присоединился к друзьям.

Вскоре опустились сумерки, приближалась ночь. Воздух стал прохладнее. Иван поднялся на ноги и посмотрел на запад:

– Двигать надо, море само к нам не приедет.

– Согласен, погнали. Вы сегодня герои – вам спать, а я порулю, – Андрей, открыл водительскую дверь и забрался в кресло.

Через пять минут «Монстр» с новым колесом от полицейского джипа бесшумно тронулся и покатил по пыльному асфальту. Кузнецов вглядывался в темно-синюю полоску горизонта, иногда ему казалось, что он видит в высоте какие-то вспышки. Мысли о пришельцах и ловцах не выходили у него от головы. Хотя боль от удара шокером уже прошла, но временами парня словно передергивало, как будто внутри еще что-то искрило.

Иван, Маша и Лена дремали на заднем сиденье, а Макс отдыхал в своем багажнике. Рядом с Андреем сидела Катя. Девушка отрешенно смотрела в боковое окно, мыслями она улетела куда-то далеко.

– Чего грустим? – тихо спросил Андрей, легонько толкнув подружку локтем.

– Ммм? – растерянно обернулась Лисицина, – да так, задумалась, детство вспомнила.

– Аааа, – протянул Андрей, – бывает, на меня иногда тоже накатывает. Детство-детство, ты куда ушло… где уютный уголок нашло.

Рыжеволосая вдруг изогнулась, словно кошка, поджала ноги, свернулась калачиком и положила голову на колени парню:

– Я так не помешаю тебе?

Ученый слегка заерзал в кресле и улыбнулся:

– Кхм… ну как сказать. Ты особо о ляшку не трись, а то возбуждаешь, мы же не одни в машине.

Послышались смешки Воробьевых и тихий гогот Макса.

– Ха-ха, размечтался, – фыркнула девушка и слегка ущипнула друга за бок.

Прошел час, на задних рядах все уже спали. Катя закинула изящные ножки на переднюю панель, погрузилась в кресло и тихо дремала. Кузнецов сосредоточился на дороге. Машина проехала мимо темных силуэтов домов, которые виднелись вдали на окраине Кургана. Где-то там уже спали альпинисты-пейнтболисты, которые помогли им раздобыть колесо и продолжить путешествие.