Николай Бутримовский – Новая прошивка императора II (страница 14)
Конечно, это был никакой не заговор — у потенциальных инсургентов пока просто не было ни времени на организацию, ни однозначного лидера, но болтовня… С болтовнёй я решил покончить — в конце концов, вскоре я окажусь в Петербурге, и нет желания рисковать, что что-то да вызреет.
Плюсом к гвардейцам пошли несколько великосветских клоунов из окружения вдовствующей императрицы, включая папаню моего «дружбана» Дмитрия Шереметева. Ну да это был такой пустоголовый болван, что отношений было вовсе не жаль!
И, конечно, была «вишенка на торте», люблю такие кунштюки… Вот буквально два месяца, не успокоился уничтожением всех венцов — допом загнал «вишнёвую косточку» в череп одного гениального учёного из будущего. Ха-ха-ха!
Ещё в июне, когда у меня в овальном кабинете среди прочего гремели словесно-смысловые баталии по корейско-китайскому проекту — кто-то из «дружбанов» подсуетился. Мне на стол легла аналитическая записка о необходимости продвижения в Корею и создания на реке Ялу ЧВК по образцу Ост-Индской компании[51]. Бумага сия оказалась за подписью некоего Александра Михайловича Безобразова…
Шестерёнки в моей памяти провернулись, явив термин «безобразовская клика», и Александр Михайлович попал в форт Александра I вместе с гвардейцами и болтунами:
«Ибо нефиг подмётные письма писать…»
Последствия арестов не заставили себя долго ждать. После завтрака и прогулки пришлось выдержать атаку со стороны Ник Ника по поводу теперь уже его гвардейцев — но я крепко держался, пообещав лишь, что не буду устраивать новую опричнину. А к арестованным за болтовню не будут применяться жестокие меры.
— Не переживай дядя, да сколько там было, в конце концов, задержано? Да даже если я их по бочкам буду рассаживать, то тридцати бочек арестантов не выйдет. Ха-ха-ха! Конечно, ещё сотне-другой придётся уйти из гвардии или в полную отставку, или в армию на туркестанскую границу, но и это, право, мелочи. Зато у тебя будет возможность создать самую боеспособную гвардию в мире! Вот смотри…
Разговор наш происходил у моего поезда, стоящего в каком-то железнодорожном тупике — а мы привычно уже прогуливались по временной деревянной платформе. Над составом, для спасения от жаркого солнца был натянут огромный полог из парусины, и в лёгкой тени было достаточно комфортно.
Я показал рукой в сторону состава, проведя ладонью от паровоза до хвостового вагона с конюшней.
Вот смотри! Ночью я внезапно понял, как нам построить сухопутный броненосец! Это будет колоссально! Только представь себе блиндированную сцепку из двух-трёх паровозов, закованные в броню вагоны, платформы с тяжёлыми орудиями, башни с трёхдюймовками, пулемёты и десант!
— Ты говоришь о бронировании целого поезда? — удивлённо и немного поражённо спросил Ник Ник. — Но выдержат ли его железнодорожные пути? У нас же сплошь и рядом на железке непорядок. Помнишь ту катастрофу[52]? Ведь эти канальи просто шпал не доложили! На дровах сэкономили!
— Гхм, здесь ты прав. Но думаю, что этот вопрос решаем предварительной разведкой дороги. Также необходимо будет озаботиться заранее приведением путей в хорошее состояние, и иметь специальные железнодорожные батальоны для их ремонта.
— Это целый род войск получается? Интересная идея… Слушай, а можно ведь разных классов бронепоезда строить: как пассажирские вагоны. А? — пошутил Ник Ник. — Тяжёлые, средние и лёгкие… Для разных дорог.
— Можно, — кивнул я. — А ещё можно всех воров, кто шпалы тырил на стройке, в Сибирь на лесозаготовки… Пусть возмещают.
— Ну это ты хватил, Ники… Попробуй сыщи их, — отмахнулся Ник Ник.
— Ладно, сия забота не наша, а МВД. Ты лучше представь себе, как такой бронепоезд может прикрыть действия кавалерии в полосе железной дороги!
— Представить с одной стороны легко, но с другой — трудно! Нужно всё обдумать.
— Обдумай! А я пока составлю рескрипт о создании в гвардии опытного железнодорожного батальона.
— Да здесь как бы не целый полк нужен.
— А ты не наглей сразу, бюджет не резиновый. Но поглядим…
Когда Ник Ник откланялся, я задумчиво смотрел ему вслед:
«Предаст или будет верно служить?.. Он вроде бы напрямую не поддержал заговорщиков в тот раз, но всё же…»
Следующая встреча была с Милютиным[53]. Его визит состоялся очень кстати, ибо отвлёк меня от начавших поступать панических телеграмм по поводу арестов.
— Рад снова видеть вас, Дмитрий Алексеевич! — я встретил бывшего военного министра в салоне и предложил присесть.
— Хотите лимонаду? Чай в такую жару пить невозможно, а холодное пиво к интерьеру моего салона не подходит.
Милютин улыбнулся шутке и согласно кивнул:
— Не откажусь, ваше величество.
— Дмитрий Алексеевич, в неофициальной обстановке прошу назвать меня «государь».
— Хорошо, государь.
Говорили долго, оказалось, что я могу найти в Дмитрии Алексеевиче верного политического соратника в гражданских и военных вопросах. Он выступал за умеренно-консервативные реформы в России и за техническое перевооружение армии современным оружием, рассуждал о широком использовании автомобилей и даже о закрытых бронёй орудиях!
Услышав речь о танках, я от неожиданности поперхнулся лимонадом и некоторое время кашлял.
— Очень интересно, Дмитрий Алексеевич. Вчера мы с великим князем Николаем Николаевичем, коего я назначил новым командующим гвардией, обсуждали возможность создания бронированного поезда — этакого сухопутного броненосца. Но вы пошли ещё дальше и смело предполагаете, что автомобили когда-нибудь так усовершенствуются, что смогут возить на себе тяжёлую брони и орудий. Очень интересно!
— Государь, но это же простое рассуждение. Нам следует вспомнить какими были первые паровые машины и паровозы. Взять тех же братьев Черепановых. А как эта техника развита сегодня!
— Да, вы правы, технический прогресс постоянно ускоряется. Кстати, я недавно имел удовольствие прокатиться на автомобиле. И что вдвойне мне понравилось, этот автомобиль — полностью российское изобретение. Получился не хуже, чем у господина Бенца! И я даже заказал себе две штуки на пробу, теперь жду, когда изготовят.
— Да, я слышал, государь, — кивнул Милютин, — Читал в газетах и даже видел репродукции фотографий господина Дмитриева[54]. Я наводил справки о возможности приобретения авто господ Яковлева и Фрезе, но цена весьма велика, да и очередь! Мне ответили, что не ранее следующего лета. Поэтому я решил пока взять паузу.
— И правильно. Сейчас, после моей прогулки вокруг выставки, большой ажиотаж, все хотят такой же экипаж, как у императора. Но завод будет развиваться, и скоро автомобилей будет больше, да и станут они весьма совершеннее. Скажу вам по секрету, что я вложился своими деньгами в это предприятие и теперь имею треть акций. А господа Фрезе и Яковлев кроме сборки текущей модели занимаются новыми разработками. Планируют поставить приводную цепь на ось, вместо ремней; добавить заднюю скорость и увеличить мощность двигателя[55]. А ещё я попросил их создать грузовой вариант.
Сделав несколько глотков лимонада, я продолжил:
— Мне тоже думается, что автомобили будут очень полезны в артиллерии, для перевозки орудий и боеприпасов — в идеале для каждой пушки должен быть свой автотягач. Кроме этого, я планирую создавать отдельные транспортные автоколонны.
— Возможно, что когда-нибудь так и будет, — согласился Милютин, — Замена гужевого транспорта на автомобильный позволит сильно снизить количество требуемого фуража для лошадей.
— Ах да, забыл. Что касается возможности изучения вами автомобиля, я готов их предоставить, когда мне доставят заказанное.
— О, благодарю вас, государь. Это будет весьма интересно! — кивнул Милютин.
— А я, в свою очередь, буду рад регулярным беседам по вопросам развития армии и реформам гражданского общества… Кстати, я приглашаю вас завтра на заседание Особого Высочайшего Совещания.
Дальше мы обсудили необходимость создания опытного автомобильного отряда.
— Полагаю, — говорил я Милютину, — Что это случится через год-два, не раньше. Сначала нам потребуется получить надёжный и достаточно грузоподъёмный автомобиль, который сможет перевозить не менее, чем тридцать — тридцать пять пудов[56]. Пока это не случилось, мы будем получать опыт их применения в моём гараже, а после создадим на его базе школу автомехаников.
— Хорошо придумано, государь, — кивнул Милютин.
— Но пока оставим военные дела, Дмитрий Алексеевич. Вы же теперь член Госсовета, мне бы хотелось обсудить кое-что по части государственного гражданского управления…
Интерлюдия VIII
После окончательного переформирования батальонов немного снизилась и учебная суета — командир полка начал чаше и охотнее давать увольнительные. Воспользовались случаем и ставшие товарищами Анохин с Черновым, субботним утром они выбрались в город, намереваясь прогуляться по набережной. Чернов часто замирал, глядя на бескрайнее море, словно пытаясь увидеть желанный Босфор.
— Слышали новость, Пётр Сергеевич? — Наконец прервал молчание штабс-капитан.
— В последнее время их так много, что голова идёт кругом. В газетах словно лавина сошла.
— Это да, император круто переложил штурвал. — Образно сказал Чернов, в последнее время взявший в обыкновение употреблять различные морские словечки. — Перевернуть может корабль наш.