Николай Бурбыга – Вертикаль (страница 2)

Он чуть усмехнулся.

– Подумаю над твоим оригинальным предложением.

Ему действительно нравилось работать. Не отчёты, не совещания, не бесконечные согласования – а сам процесс. Исследовать. Проверять гипотезу. Находить скрытую закономерность. В такие моменты мир становился упорядоченным и понятным. В нём не было двусмысленности – только «да» или «нет». Но сейчас он был перед выбором: цена сделки – он сам.

– Вика, – окликнул он её, когда она уже собиралась отойти.

Она обернулась:

– Да?

– Скажи… если по-простому. Ты бы что выбрала: быстрый рост – с оговорками… или спокойно работать, без этих «ускорений»?

Она не ответила сразу. Села на край соседнего стола, подтянула рукава.

– Я уже пробовала «быстрый рост», – сказала она спокойно. – Сначала вроде интересно. Адреналин, деньги какие-то крутятся, все что-то обещают. А потом ты начинаешь плохо спать. И всё время думаешь: а если завтра спросят? А если всплывёт?

Она пожала плечами.

– Деньги – это хорошо. Но если из-за них начинаешь себя уговаривать – значит, цена уже высокая. Я бы выбрала, чтобы вечером домой идти спокойно. Чтобы телефон не хотелось выключить и выбросить. Чтобы не объяснять самой себе, почему это «в принципе нормально».

Она встала.

– Мне важно утром в зеркало смотреть без внутреннего совещания, – добавила она уже на ходу. – А остальное как-нибудь заработается.

И ушла, оставив за собой лёгкий шлейф дорогих духов – с нотками цитруса и чего-то терпкого – и пластиковый стаканчик, чуть смявшийся под её пальцами. Игорь взял его. Поднёс к носу. Кофе пах обжаркой и чем-то посторонним. Он сделал глоток и отметил про себя – отдаёт пластмассой.

Он посмотрел на прозрачные стенки стакана, на тонкую трубку, на крышку. Как же её много – пластмассы. Пластмассовые стаканы. Пластиковые карты. Пластиковые улыбки на совещаниях. Пластиковые формулировки в отчётах.

Жизнь всё чаще напоминала такой же стакан: удобная, лёгкая, небьющаяся. Стерильная. Почти одноразовая. С виду – аккуратная, функциональная. Но если прислушаться – привкус остаётся. Чего-то ненастоящего.

Звонок – короткий и сухой, как щелчок замка в его «Фольксваген Гольф» в морозное утро. На экране: «Босс».

– Получается? – голос ровный.

– Работаю.

– К утру нужно закончить… не забудь нажать «Энтер», – напомнил он и положил трубку.

В кабинете снова стало тихо. Только лёгкий гул системных блоков и равномерное мерцание мониторов – холодный голубоватый свет падал на стол, на клавиатуру, на его руки. На одном мониторе – таблица с цифрами, ровные столбцы, как строй солдат. На другом – текст отчёта, где в нужном месте пока зияла пустота, белое поле, требующее формулировки.

Игорь медленно откинулся в кресле. Спинка тихо скрипнула, будто возражая. Он взял пластиковый стакан; на прозрачных стенках выступили капли, холодные и липкие. Сделал глоток. Кофе остыл, горечь стала плотной, с привкусом пластмассы. Он поставил стакан рядом с клавиатурой. Дописал последний абзац. Посмотрел на экран. Текст короткий, сухой, без украшений. Он перечитал его дважды, поправил одно слово, убрал лишнюю запятую. Теперь всё выглядело цельно. Логично. Законченным. Курсор мигал в конце строки. Палец завис над клавишей «Enter». Казалось, что в этом движении нет ничего значительного – всего лишь отправка файла в систему. Обычная рабочая операция. Таких он совершал сотни.

И всё же сейчас рука не двигалась.

Он закрыл глаза на секунду, потом резко отдёрнул пальцы от клавиатуры, словно та могла обжечь. Поднялся, не нажав «Enter». Экран продолжал светиться за его спиной. Файл остался открытым.

Пальто. Лифт. Пустой холл.

Он вышел из офиса. Площадка перед высоткой была пуста – только его «Фольксваген», тускло блестел под фонарями. Он сел в машину и какое-то время просто сидел. В лобовом стекле отражались огни здания. Пальцы крепко сжимали руль. Потом он завёл двигатель и вспомнил, что однажды он пережил потерю работы – тот липкий холод внутри, когда просыпаешься утром и не понимаешь, куда идти. Пустоту в календаре. Неловкие разговоры. Подсчёты в голове: сколько хватит сбережений, на что придётся экономить. Мысли крутились быстро и тяжело. Но ответа всё ещё не было. Ровный гул двигателя успокаивал. Мысли тянулись ровной лентой – как дорога под колёсами.

Глава 2. Выпадение

В тот пасмурный осенний день он тоже сидел за компьютером – только в офисе попроще, без государственных заказов. Полумрак, тишина. Те же строки кода, казавшиеся единственно реальными.

Он работал уже несколько дней почти без остановки. В голове непрерывно крутились алгоритмы: веса коэффициентов, корреляции, вероятности. Он любил это состояние – когда мир сужается до задач и каждая ошибка конкретна и поправима. Здесь всё было ясно: либо формула сходится, либо нет; либо модель предсказывает, либо ошибается. Пальцы двигались по клавиатуре почти автоматически. Время он почти не замечал.

–Игорь, давай пройдем в кабинет, – голос прозвучал спокойно, без нажима.

Он поднял глаза.

Марина стояла рядом – идеально уложенные светлые волосы, строгий костюм, тонкая папка в руках. Лицо – без выражения. Улыбка – едва намеченная, холодная. В офисе ее за глаза называли Мегера. Не из злобы – скорее из точности наблюдения. В ее управлении не было места эмоциям. Она не повышала голос. Не устраивала сцен. Она просто принимала решения.

Игорь нажал «сохранить». На секунду задержал взгляд на экране, словно проверяя, не оставил ли что—то незавершённым. Поднялся и заметил тишину вокруг. Несколько коллег украдкой посмотрели в его сторону и тут же отвели глаза. В воздухе действительно висела тревога – тонкая, как статическое электричество перед грозой

Игорь медленно встал и пошёл за ней, его взгляд скользил по прямой, несгибаемой спине, длинным стройным ногам и мягкому, ритмичному покачиванию бёдер под чёрной юбкой. Каждый её шаг казался ему продуманным и одновременно невинным, но от этого ещё более притягательным.

Кабинет встретил их холодной деловой тишиной. Марина вошла первой. Папку положила на стол ровно, и официальным тоном, как будто ставила точку, сказала:

– Игорь, служба безопасности зафиксировала загрузку на рабочий сервер файла, не относящегося к текущему проекту. Это нарушение регламента.

Он не сразу понял.

– Какого файла?

– Тестового скрипта. Он был размещён вне утверждённой среды разработки. По протоколу такие действия запрещены.

Игорь почувствовал, как внутри становится холодно.

– Это старый модуль. Я проверял его дома, а потом по ошибке отправил на сервер. Он не запускался, не влиял на систему. Никакого ущерба нет.

– Я знаю, – спокойно ответила Марина. – Но речь не о последствиях, а о факте нарушения процедуры.

Повисла короткая пауза.

– И что теперь?

– Руководством принято решение расторгнуть с вами трудовой договор.

Он смотрел на неё, пытаясь уловить в лице хоть намёк на сомнение. Ничего. Только аккуратно выстроенная официальность.

– Это из-за скрипта?

Марина выдержала паузу.

– Отдел оптимизируется. Нарушение регламента упростило решение.

Вот и всё. Не код. Не ущерб. Не ошибка. Просто совпадение обстоятельств.

Он вспомнил, как накануне однокурсник Валера по прозвищу Тетрис намекнул, что «наверху» меняют конфигурацию проекта и часть людей уберут. Тогда Игорь не придал этому значения.

– Увольнение оформим в пятницу, – продолжила Марина. – Вам предложат стандартную компенсацию.

Игорь кивнул. Спорить было бессмысленно. В этой системе спор выглядел как нарушение ещё одного протокола.

Он встал.

– Я напишу по собственному, – тихо сказал он.

И в этот момент внутри будто лопнула туго натянутая струна.

Он не собирался воевать, доказывать, цепляться за кресло. Не хотел жалоб, объяснительных, затяжных разговоров в кабинетах. Всё это казалось ему шумом – лишним и унизительным.

–Разумное решение, – Мегера слегка кивнула, глядя сквозь него. – Без обид. Просто бизнес.

Глава 3. В поисках вакансии

Утро начиналось с вязкой, липкой тревоги. На кухне свистел старый чайник, а Валентина молча собирала Машу в садик. Игорь сидел за столом, глядя в остывающий кофе. Воздух в квартире казался тяжелым от невысказанных претензий.

– За садик нужно заплатить до пятницы, – сказала Валя, не оборачиваясь. – Все наши накопления испарились вмиг. – Она резко застегнула куртку на дочери. – И коммуналка висит уже второй месяц. Я вчера в магазине считала мелочь на кассе… Игорь, нам не хватает.

–Я решу этот вопрос, – ровно ответил он.

–Когда? – она наконец повернулась. В ее глазах не было злости, только смертельная, выматывающая усталость. – Твои принципы нас не прокормят. Мы падаем на дно.

Поиск работы превратился в бесконечный конвейер унижений. Офисы, стандартизированные анкеты, пустые глаза HR-менеджеров, которые смотрели на него как на человека, не вписавшегося в правила. В одной из компаний его приняла строгая дама с тяжелым взглядом. Она долго изучала его резюме ведущего аналитика, а потом посмотрела поверх очков:

– Вы держитесь уверенно. И реагируете быстро. Мне нужен человек… для особых поручений. По сути – личный охранник. Возить меня, решать вопросы на дороге. Оклад хороший.