Николь Лок – Союз страстных сердец (страница 17)

Он замер, Марджери даже показалось, перестал дышать. Она невольно подалась вперед, послушать, бьется ли сердце. Этот ее жест не остался без внимания. Эврар распахнул глаза, брови поползли вверх. Он нервничает?

Ей самой была непонятна собственная настойчивость. Всю жизнь она думала только о семье, они были самыми близкими ей людьми, остальных же она старалась держать на расстоянии. Ради семьи она ушла с Жоссом, ради них терпела Руля, самым важным для нее всегда был не личный комфорт, а благополучие семьи.

Но сидящий рядом мужчина… с ним все иначе. Она хотела его.

Разум твердил, что между ними должно быть ограждение, равное по высоте не корзине, а крепостной стене. Она должна помнить об игре фальшивых улыбок и лживых слов, а подобных ситуаций остерегаться. Никогда не оставаться с Эвраром наедине, не мечтать о поцелуе. К сожалению, она уже убедилась, что он другой, не похож на остальных мужчин. Несмотря на разницу в росте, у них много общих черт. Ему, как и ей, тоже приходится в жизни постоянно защищаться.

Марджери водила рукой по его лицу, не в силах остановиться. Его присутствие влияло на нее удивительным образом, она ощущала себя завороженной.

Она резко подалась вперед и коснулась бы его губ, если бы он не отпрянул.

— Что ты делаешь, Марджери?

— Прости. Сама не знаю.

Его пылкий взгляд она ощущала физически.

— Много лет ко мне не прикасалась ни одна женщина.

— И уж точно не обжигала руку.

Эврар вскинул бровь и продолжил:

— А тем женщинам, которые пытались, я не доверял.

Что он хочет сказать? Что несколько лет у него не было женщины?

— Ты самая необыкновенная из всех.

Некоторое время она провела взаперти, но последние дни выходила, бродила по замку и крепости, видела здесь немало женщин.

— Что же во мне такого необыкновенного?

Он поднял руку, словно собирался коснуться, последовать примеру, но вернул ее на колено.

Марджери хорошо умела читать язык тела и многое понимала.

— Ты боишься меня.

— Любой боялся бы на моем месте.

— Из-за Иэна?

— Знаешь, я впервые целый день не вспоминал о лорде Уорстоуне. С тобой я о нем забываю. — Он потупился, будто смущенный откровенностью.

Марджери схватила его руку, ту, которая лежала на кровати. Он посмотрел так, словно произошло нечто удивительное, невероятное.

Она разглядывала его и не могла насмотреться. Он казался ей очень красивым. Возможно, потому, что у него не было ничего общего с Жоссом и Рулем. Не говоря уже об Иэне.

— Почему ты отказался от женщин?

— Это помогает стать особенным.

Люди избегали его. Старались не приближаться и не разговаривать.

— Я мешаю тебе своими вопросами?

— Я не такой, как все здесь, я человек Уорстоуна. Я выполнял его секретные поручения и нужен был ему именно для этого, я сразу все понял.

Интонации его изменились, стали странными, непонятными ей. Он вспомнил о перенесенной боли? И ее было немало.

Эврар накрыл ее руку своей.

— И ты никогда не говорила ничего о моем росте.

— А должна была?

Он растерянно моргнул.

— Мы не обсуждали рост и остальных, кто был рядом, в том числе и мой.

— Но я высокий и большой.

— По сравнению со мной, все высокие и большие. — Она пожала плечами. — И мне нравится, что тебя видно издалека.

— Женщины часто обсуждали мой рост и размеры.

— Ничего удивительного. — Она хитро прищурилась, но сменила насмешливый тон на сочувственный, увидев выражение его лица. — Они тебя боялись?

Он коротко кивнул.

Странная логика.

— Но не всем ведь стоило тебя бояться, верно?

— В крепости много женщин, в других владениях лорда — тоже. Держаться от меня подальше стараются не из-за меня, а… моей службы лорду Уорстоуну. Я всегда рядом с ним, ведь моя обязанность — охранять его.

Неудивительно, что Иэн нуждался в нем постоянно. И все же многое еще ей непонятно.

Эврар говорил одно, но его тело, жесты выражали другое.

Марджери пошевелила рукой, теперь их ладони были прижаты друг к другу. Потом согнула пальцы, надавила и почувствовала, как он вздрогнул от неожиданности.

— Тебе не нравится?… Или… не возражаешь?

— Нет…

— Нет? Не нравится или не возражаешь?

Рука ее скользнула выше, к запястью. Его глаза вспыхнули, но он промолчал.

— Другие женщины тоже пытались так делать?

Взгляд его потух.

— Ошибка с их стороны.

Эврар был приближенным одного из самых влиятельных людей в стране, не важно, насколько этот человек страшен и жесток. Еще в доме Руля она поняла, что женщины тоже хотят добиться власти. Наверняка и Эврару встречались такие.

— Ошибка, потому что ты никогда не отказался бы от службы Уорстоуну? Не пошел бы на компромисс?

— Я уже говорил о причинах.

— Но это не то, что подсказывает тебе сердце, так?

— Сердце часто подсказывает неправильно.

Марджери убрала руку и вернула ее на колени. Он проследил за ней так, будто жест его удивил. Но разве причина не очевидна?

— Извини. — Марджери огляделась, будто только сейчас осознала, что происходит, и отодвинулась на расстояние.

Она вела себя возмутительно, неуважительно, ведь знала, что Эврар не любил прикосновения, хотя и терпел.

— О чем ты?

— Я понимаю, как ты к этому относишься. Хочу сказать, что…

Он нахмурился и перебил ее: