Николь Келлер – История одной измены (страница 21)
Осторожно пытаюсь встать с кровати, чтобы подышать воздухом и успокоиться. Но Сияна начинает нервничать во сне и намертво вцепляется в мою руку. Целую ее пальчики, все же выбираюсь и иду на балкон. Глубоко затягиваюсь и выпускаю дым в ночное небо.
Что же делать с тобой, солнышко?
Тебя ведь любить, на руках носить нужно. А я даже близко не принц. Обидеть могу. Я ведь разучился любить. Кислотой вытравил в себе это чувство.
Возвращаюсь, замираю в дверях, прислонившись плечом к косяку, и наблюдаю, как она, свернувшись в клубочек безмятежно спит, обнимая мою подушку. Беззащитная, открытая и такая манящая.
Осторожно ложусь рядом, и Сияна, пробормотав что–то непонятное, тут же прижимается к моему боку, мягко улыбаясь во сне.
Почему, Девочка? Почему среди всех мужиков планеты ты выбрала такого му**ка, как я?!
Глупенькая…
Глупо отрицать, что после того, как я стал ее первым, меня тянет к ней с утроенной силой. Как будто канатами связали. Она, неопытная девственница, вызывает у меня такие сильные чувства, которые не удавалось никому.
Стоит уже признаться самому себе, что даже Полину, пожалуй, я любил не так сильно…
Мне хочется ее касаться. Обнимать. Целовать. Защищать. Дышать этой девочкой.
И я не отказываю себе в этом маленьком желании.
Втягиваю ванильный запах волос. Целую Девочку в макушку, крепко прижимаю к себе. Ложусь на бок и откровенно любуюсь мягкими чертами Сияны. Длиннющими ресницами, четко очерченными губами, слегка вздернутым носиком.
Держать ее вот так в руках – офигенные ощущения.
Сияна во сне снова кладет голову мне на плечо и закидывает ножку на бедра, ручку – поперек живота.
– Денис…
Моя маленькая собственница.
Вся кровь в моем организме стремится вниз, и мое достоинство снова в полной боевой готовности.
Дааааа, веселая ночка мне предстоит…
Утром мы, конечно же, оказываемся под одним одеялом, крепко прижатые друг к другу. Просыпаюсь от того, что Сияна под боком начинает шевелиться.
– Денис, – пищит, как мышонок, – ты…
– Тшшшш, не пугайся. Все под контролем.
Это, конечно, бабка надвое сказала, но я очень постараюсь держать себя в руках и не наброситься, как вчера.
Все дело в том, что я просыпаюсь, как и привык: с каменным стояком и…рукой между ее ножек.
Она дергается от моего первого прикосновения, выгибается мостиком.
Чувствительная, отзывчивая.
Охрененная Девочка!
– Денис!
– Я просто сделаю тебе приятное. Должен же я исправить впечатление о себе, чтобы ты не сбежала.
– Я не сбегу…Ах.…
– Очень на это надеюсь.
Какая она нежная и бархатная…везде! Меня ведет от этих тактильных ощущений. Снова трясет.
Покрываю поцелуями шею, плечи и позвоночник, чтобы отвлечь от того, что творит моя рука под одеялом. Кажется, ванильный аромат ее кожи стал моим личным сумасшествием.
– Денис…Боже…Дениииис! – Сияна часто дышит, я чувствую исходящее желание от нее. Извивается, переходит на крик. Пальцами вцепляется в мою руку, вонзает ноготочки.
– Я больше не могуууууу…
– Можешь. Давай, Девочка!
И она послушно выгибается, замирая на пике удовольствия с моим именем на губах.
Клянусь, это самый офигительный секс в моей жизни, в котором я практически не принимал участия. Но удовольствие получил нереальное.
Кажется, попал ты, Денис Маратович…Крупно попал. Уложила тебя на лопатки неопытная малолетка.
Глава 22
Денис
Мы практически не вылезаем из постели эти дни. Сияна оказывается невероятно отзывчивой, горячей и сексуальной. И очень любопытной всего, что касается интима. Оказывается, открывать маленькую женщину, обучать ее всему под себя невероятно увлекательно.
Не менее увлекательно жить с ней вместе. Настолько, что вернуться в свою квартиру, которая сейчас кажется мне унылым местом сна и не более, не идет и речи. Я настолько прикипел к солнышку, что не смогу добровольно ее отпустить.
Меня тянет к этой девочке. Девочке, что берегла себя и подарила себя мне.
Просыпаюсь в надежде получить свою утреннюю порцию ласки, но вторая половина постели оказывается пуста. Зато с кухни уже тянет головокружительными ароматами.
Разумеется, Сияну я нахожу там. Пританцовывающую у плиты в одной из моих рубашек на голое тело. На столе уже красуются брускетты с красной рыбой и салат из овощей и зелени.
– Выглядит божественно, – сглатываю слюну, облокачиваясь об косяк. – Но не стоит ради этого вставать раньше на целый час.
Девочка вздрагивает разворачивается, чуть краснея. Закусывает нижнюю губу, задерживая синие глаза на моем прессе, отчего младший снова принимает боевую стойку.
– Я думала…
– Что? Я не просыпаюсь? Просто не хотел тебя смущать. Но не стоит ради меня так заморачиваться.
– Мне приятно тебя кормить, – в два шага оказывается рядом и льнет всем телом. – Я привыкла вставать так рано.
За грудиной припекает. Такая простая, бесхитростная и искренняя забота перемалывает камень внутри, что именуется сердцем, и тепло разливается по всему телу.
Такая маленькая, хрупкая Девочка одной фразой способна покачнуть почву у меня под ногами. Невероятно!
– Спасибо, солнышко. На самом деле твоя забота очень кстати. Мне предстоит сегодня тяжелый день.
Я бы даже сказал дерьмовый, учитывая перспективу снова увидеть Ольгу.
Но я дико соскучился по сыну. Наше общение по видеосвязи, пока он гуляет с няней на площадке, не в счет. Я не обнимал Марселя столько дней, что прикоснуться к собственному ребёнку становится острой необходимостью.
А ещё няня сказала, что мой сын приготовил мне какой–то сюрприз.
Глядя на Сияну, понимаю, что нужно будет рано или поздно познакомить ее с Марселем. Сейчас мне кажется неправильным, что она не знает об этой моей части жизни. Хотя до недавнего времени я был уверен, что не впущу на эту территорию ни одну женщину.
Но Сияна – исключение.
Она мое исключение из всех правил и принципов.
Мое солнышко встает на носочки, руками обнимает меня за шею и мимолетно прикасается к губам.
– Пусть он пройдет легко и просто.
– Это вряд ли. Сложно знаешь ли, сосредоточиться на делах, когда все мысли о тебе. После обеда меня не будет в офисе, я вызову тебе такси. Жди меня вечером в кровати. Голая.
Сияна краснеет, на лице появляется виноватое выражение лица.
– Извини, забыла сказать – я сегодня встречаюсь с папой. Так что…, – разводит руками.
На этих словах я здорово напрягаюсь.