Николь Бумер – Черная пантера (страница 3)

Я взяла его за руку.

И в тот же миг кости мои хрустнули, перестраиваясь, кожа пошла рябью, мир сузился до запахов и звуков, и я — впервые в жизни — встала на четыре лапы.

Черные. Сильные. С когтями, которые могли разрезать сталь.

Я была пантерой. Я была дома. И я ничего не потеряла. Потому что то, что было раньше — никогда мне не принадлежало.

* * *

Вдалеке выла стая. Не враждебно. Призывно.

Я подняла морду к двум лунам и завыла сама — низко, протяжно, на грани рыка и песни.

Шеол стоял рядом. В человеческом обличье. Но в его глазах горел желтый огонь зверя.

— Добро пожаловать домой, Элиана, — сказал он. — Тебя ждут. Не все — с распростертыми объятиями. Но ты не одна.

Я фыркнула. Пантеры не улыбаются. Но если бы могли — я бы улыбнулась во всю свою хищную пасть.

Одна? Да я никогда не была одна.

Просто раньше я искала себя не в том теле.

Глава 2. Когти и память

Первая неделя в Мире Двух Лун прошла под девизом «я либо убью следующего, кто скажет "успокойся", либо сожру его живьем».

Шеол привел меня в поселение, которое обитатели называли «Приют Последней Надежды». Звучало пафосно. Выглядело как деревня из «Ведьмака» — деревянные дома на сваях, факелы вместо фонарей, и полное отсутствие центрального отопления. И туалета на улице.

— Вы что, серьезно, — сказала я, стоя посреди главной площади и глядя на деревянную будку с сердечком на двери. — Две луны, магия, оборотни, а туалет — как в пионерском лагере?

— Адаптация займет время, — вежливо ответил Шеол.

— Адаптация займет время, — передразнила я. — Ты мне это говоришь уже в пятый раз. Где кофе? Где интернет? Где нормальный душ?

Шеол моргнул. Потом очень медленно сказал:

— Что такое интернет?

Я застонала. Пантера внутри меня, которая проснулась и теперь постоянно дремала где-то под ребрами, лениво перевернулась на другой бок и фыркнула. Ей было всё равно. Ей нравилось здесь — пахло лесом, свободой и потенциальной добычей.

Человеческая часть меня хотела забраться под одеяло с телефоном и заказать пиццу.

Телефон, кстати, умер на второй день. Я закопала его под серебряным деревом, как маленькую могилку моей прошлой жизни.

* * *

Люди — то есть оборотни — в Приюте были разными.

Старейшина Мара, древняя волчица с седой косой до пояса, встретила меня с холодным любопытством.

— Последняя пантера, — сказала она, разглядывая меня так, будто я экспонат в музее. — Вымирающий вид. Интересно, выживет ли.

— Приятно познакомиться, — ответила я. — Вы всегда такая обаятельная или сегодня особый случай?

Мара прищурилась. Шеол закашлялся.

— У нее есть характер, — сказал он примирительно.

— У нее есть язык без костей, — отрезала старейшина. — В нашем мире за такие слова могут и убить.

— В моем мире тоже, — пожала я плечами. — Но вы не убьете. Я последняя. Без меня ваш клан — просто стая болтунов.

Тишина повисла такая, что слышно было, как в соседнем доме кто-то грызет кость.

Потом Мара рассмеялась. Сухо, каркающе, но вполне искренне.

— Шеол, она мне нравится. — Она повернулась ко мне. — Учись выживать, детеныш. Через месяц — совет кланов. Тебя захотят убить все, кому не лень. А ленивых не будет.

Она ушла, оставив меня с ощущением, что меня только что приняли в семью, где любовь измеряется количеством ножей в спине.

* * *

Шеол поселил меня в отдельном доме на краю поселения. Маленьком, теплом, с настоящей печью и шкурой какого-то зверя на полу.

— Медвежья, — пояснил он, заметив мой взгляд. — Предок убил. С тех пор лежит.

— Ты всегда такой мрачный? — спросила я, садясь на кровать. Соломенный матрас, шерстяное одеяло. Роскошь.

— Я реалист, — сказал Шеол. — Ты хочешь знать правду или сказки?

— Правду.

Он сел напротив, на табуретку. В свете свечи его лицо казалось вырезанным из дерева — красивое, жесткое, с желтыми глазами, которые не мигали.

— Твой род уничтожили семьсот лет назад. Клан Серебряных Псов. Они охотились на пантер, потому что боялись. Пантеры были сильнее. Быстрее. Вы могли менять облик не только в полнолуние, а когда хотели. Вы чувствовали магию на расстоянии. Вы были идеальными хищниками.

— Звучит неплохо.

— Для вас — да. Для других — нет. Серебряные Псы заключили союз с людьми-магами. Вместе они устроили резню. За одну ночь погибло больше трехсот пантер. Выжили только те, кто успел сбежать. Твоя мать была среди них.

— И она отправила меня в другой мир.

— Да. Она знала, что охота продолжится. Псы хотели уничтожить род до последнего корня. Она спрятала тебя там, где магия не работает. Где ты будешь просто человеком.

— Но я не была просто человеком, — сказала я тихо. — Я была пустой. Бездарной. Никчемной.

— Ты была спящей, — поправил Шеол. — И твоя мать знала, что когда-нибудь ты проснешься. Она оставила мне знак. Камень в вашем мире. Я ждал. Тридцать пять лет.

Я посмотрела на свои руки. Они больше не дрожали.

— А где она сейчас? Моя настоящая мать?

Шеол отвел взгляд. В первый раз за всё время.

— Она погибла, когда тебе было два года. Серебряные Псы выследили её. Она приняла бой, чтобы они не нашли тебя.

Я ждала, что сейчас внутри меня что-то оборвется. Что я заплачу. Но вместо этого пантера внутри подняла голову и тихо, очень тихо зарычала. Не от боли. От ярости.

— Их убьют, — сказала я. Не спросила. Сказала.

Шеол посмотрел на меня долгим взглядом.

— Для этого ты должна научиться быть пантерой. Не просто менять облик — чувствовать, охотиться, убивать. Твоя мать была лучшей воительницей своего времени. Ты её дочь.

— Когда начнем?

— Завтра на рассвете.

Он встал, направился к двери. На пороге обернулся.

— Элиана. Ты не одна. Помни это.

— Ты уже говорил.

— Повторю еще раз. — И вышел.

Я осталась сидеть на кровати, глядя на пламя свечи. Пантера внутри потянулась, свернулась клубком и замурлыкала.