Никки Кроу – Король Неверленда (страница 33)
– Дарлинг? – зовёт Баш.
Я уже почти сплю.
– М-м?
– Какое у тебя любимое блюдо?
Вопрос какое-то время витает у меня в голове сквозь дымку сна.
Требуется значительное усилие, чтобы определиться, и ещё большее – чтобы ответить вслух.
– Круассаны.
Баш негромко смеётся.
– Правда?
Я ускользаю всё глубже в сон. Кровать здесь намного удобнее, чем мой старый надувной матрас, Баш согревает меня спереди, а Кас сзади, и я сама не успеваю заметить, как отключаюсь.
Глава 21
На следующее утро я просыпаюсь в постели одна, за открытыми окнами барабанит дождь. Воздух свежий и чистый, но в комнате довольно прохладно, а на мне только позаимствованная у Каса футболка. Я, естественно, никаких вещей с собой не брала.
Но, встав с кровати, я нахожу на высокой спинке кресла толстый свитер. Быстро влезаю в него и буквально тону – такой он большой.
Шлёпаю на кухню.
Баш наливает в кружку свежесваренный кофе. Рядом на столе стоит корзинка с выпечкой, особо выделяются золотисто-коричневые круассаны.
У меня вырывается лёгкий всхлип.
– Что такое? – недоумевает Баш, немного удивлённый моей реакцией.
И тут я вспоминаю, как он спрашивал насчёт моей любимой еды.
Неужели он специально встал раньше, чтобы приготовить что-то для меня?
– Спасибо, – говорю я.
– Не за что, Дарлинг. После того как ты меня ублажала прошлой ночью, это меньшее, что я могу сделать.
Почему-то я краснею – не из-за самого поступка, а от напоминания о нём при дневном свете.
Будем ли мы ещё когда-нибудь этим заниматься? Все вместе?
Я бы хотела. Я безумно сильно хочу, чтобы это произошло снова, под чужой одеждой у меня напрягаются соски, и между бёдер возникает дрожь предвкушения от одной только мысли. Такого секса у меня не было, ну, вообще никогда, а тут, учитывая все обстоятельства, у меня случилось довольно много секса за очень короткий промежуток времени.
Я сажусь на табурет, и Баш ставит передо мной тарелку с круассаном и кофе. Ароматный пар нежно касается лица, и я немного просыпаюсь.
– Где все?
– Кас на рыбалке. Вейн… ну, чёрт его знает, куда он девается. Пэн, как обычно, у себя в гробнице.
– Почему ты всё время называешь это место гробницей? – Я подношу ко рту кофе, дую на него, сбивая пар.
– Потому что оно буквально находится под землёй, и там нет окон, только дверь.
Прямо как моя «особая комната» в полуразрушенном викторианском доме. Возможно, у меня больше общего с Питером Пэном, чем я сперва думала.
– Почему он спит там, внизу?
Баш указывает большим пальцем за спину, на окна.
– Солнечный свет убивает его.
– Что? Правда?
– Да.
– А как так?
– Долгая история.
– У меня есть время.
– Ешь давай, Дарлинг. – Баш тут же отвлекается от меня, пристально смотрит на балконную дверь.
Секундой позже появляется Кас. С кончика его носа капает дождь, распущенные мокрые волосы лежат на плечах. Он без рубашки – конечно же, он без рубашки. Все эти парни не любят носить рубашки. Я замечаю напряжённые мышцы пресса, глубокие тени от подвздошных костей скрываются ниже под поясом шорт.
Я ловлю себя на том, что таращусь на его пах, и изнутри снова захлёстывает волна жара. Когда я поднимаю глаза к лицу Каса, то обнаруживаю, что он следит за тем, как я на него пялюсь.
Взгляд у него тяжёлый, полный желания.
Я вздрагиваю и вцепляюсь в кружку с кофе.
– Ни хрена себе! – Баш кивает на серебристые тела, свисающие с верёвки у Каса в руках. – Давненько у нас не было такого улова.
Он забирает у брата рыбин и бросает их в раковину. Те хлопают хвостами, и слизь летит по воздуху дугой.
– Ой, фу. – Я отодвигаю свою тарелку подальше от всего этого бардака.
– Что такое? – удивляется Кас. – Ты никогда раньше не видела свежевыловленную рыбу?
– Э-э, нет.
Близнецы смотрят друг на друга. Звенят колокольчики, хотя, клянусь, никаких колокольчиков поблизости нет.
Я, может, и не так давно знаю парней, но уже догадалась, что такие выражения их лиц говорят о каких-то близнецовых проказах.
Кас щёлкает пальцами, будто соглашаясь с братом.
– Отличная идея.
– Подожди, какая идея? – Я ничего не слышала.
– Мы научим тебя чистить рыбу, – заявляет Баш.
– Нет. – Я мотаю головой для верности. – Я не хочу, да мне и незачем.
– Конечно, есть зачем, – ухмыляется Баш.
– Ну и зачем же?
– Для развлечения!
– Фу.
– Всё, доедай, – велит он, и в раковину плюхается ещё одна рыба. – У нас полно дел.
Очевидно, от этой перспективы мне не отвертеться: как только я глотаю последний кусочек промасленного, слоёного, о-о-очень вкусного круассана, Баш тянет меня на другую сторону стола.
– Ну правда, зачем оно мне надо? – ною я, совершенно не волнуясь о своём поведении.
– Мы же твои обворожительные похитители, – возражает Баш с улыбкой. – Разве ты можешь нам отказать?
Я хмуро смотрю на него, скрестив на груди руки.