Никки Холл – Безусловный лидер (страница 3)

Мак обхватил меня рукой за плечи, вырывая из размышлений.

–Общежитие Каппы[11]?

– Где твоя подружка?

Вопрос вырвался прежде, чем я смог его остановить, но Мак проигнорировал мой раздраженный тон.

– Сегодня ей не до вечеринки.

Я пытался. Правда. Мы дошли до главного холла, и там я уже не смог сдержаться.

– Откуда ты ее знаешь?

Мак бросил на меня лукавый взгляд, остановившись, чтобы осмотреться.

– Заинтересовался? Я мог бы тебя с ней познакомить, но ты произвел дерьмовое первое впечатление.

Я смотрел на него, чувствуя, что, возможно, что-то упускаю.

Мак дружил со всеми, но обычно он не делился собственными завоеваниями.

– Что она скажет, узнав, что ты передаешь ее мне?

– Спасибо? – Он пожал плечами. – Между мной и ЭрДжей ничего серьезного.

– Она не будет против, если ты предложишь ее своим друзьям и перепихнешься с любой из дамочек, зацепивших тебя на вечеринке?

– Нет, чувак. Мы просто приятели по тренировкам. Правда. Вайбы совсем другие, не для секса. Она вся твоя.

К захлестнувшему меня облегчению добавилось смущение, и я ускорил шаг, словно мог обогнать свою удручающую реакцию. Неважно, с кем спал Мак. Важна игра.

– Ты знаешь мою политику. – Это не было ответом, а его фырканье говорило о том, что он не купился на мою попытку избежать разговора. – Я просто переживаю за целую ораву женщин, ожидающих тебя в общежитии Каппы.

– Дамы в самом деле требуют моего внимания.

Мы вышли из здания в теплый вечер и направились к моей машине.

– Завтра в восемь утра собрание команды. Ты уверен, что хочешь на вечеринку?

– Да, черт возьми. Там новая партия первокурсниц, еще не видевших моего прославленного тела.

–Если ты покажешь мне свои кубики, клянусь, я высажу тебя у «Ватабургера»[12], а не у общежития Каппы.

Мак рассмеялся и отпустил свою футболку, за которую уже успел схватиться.

– Да ладно тебе. Ты же знаешь, что я зациклен на этих малышах.

– Лучше нянчись с ними, а не с какой-нибудь девчонкой, из-за которой завтра опоздаешь на собрание.

Я сел за руль и подождал, пока Мак отодвинет сиденье до упора. У него тоже очень длинные ноги.

– Почему не оба варианта сразу? – Мак пристегнул ремень безопасности и тут же начал возиться с радио. – И я не опоздаю. Иначе тренер будет смотреть на меня своим разочарованным взглядом, который я ненавижу.

Я покачал головой и начал короткую поездку в «шикарную» часть нашего маленького городка. В ней теперь в основном располагались дома братств.

– По крайней мере, он не заставит тебя остаться на убийственную тренировку.

Мак вздрогнул, и я понял, что он чувствует. Наш предыдущий тренер верил, что непокорность из нас можно выбить. Когда он был недоволен приложенными усилиями или кто-то выводил его из себя, он требовал, чтобы капитаны проводили «добровольную» тренировку, на которой не было ничего, кроме кондиционных упражнений, обычно в жару. Мы называли их «убийственные тренировки», потому что лишь чудом во время них не умирали.

А еще он был полнейшим маньяком, готовым на все ради победы, в том числе на выход за рамки дозволенного в попытке контролировать студентов. Я помог Сорену добиться его увольнения в прошлом году прямо перед чемпионатом, который мы проиграли. Сорен и Ди ушли в профессиональный спорт, а университет нанял тренера Гордона.

Я расслабил стиснутые челюсти, свернув в район больших домов. Тренер Гордон отличался от всех остальных тренеров, которые у меня были, тем, что он не был с нами агрессивен. Он относился к нам как к коллегам, требуя, чтобы мы выкладывались по максимуму для себя, а не для кого-то другого. Поначалу такая система казалась странной, но, проработав с ним все лето и увидев положительные изменения, я начал ему верить. Играя за УТ, у меня больше не оставалось выбора.

Руководство ясно дало понять, что у меня не будет еще одного шанса, если я облажаюсь: следуй правилам, выигрывай матчи, не попадай в неприятности. Ни Сорен, ни я не жалели о содеянном, но команда не заслуживала того, чтобы расплачиваться за наши действия. Я взял на себя полную ответственность за свой прошлогодний поступок и планировал загладить перед всеми вину, выиграв чемпионат. Даже если для этого придется нянчиться со своими товарищами по команде на вечеринках.

Мак рассмеялся.

– Нет, спасибо, мам. Ты не думал о том, чтобы по-настоящему повеселиться на вечеринке, а не стоять в углу с хмурым лицом? Тебе нужно расслабиться. Дать себе волю. Повеселиться.

Вечеринки и в лучшие времена не были моим предпочитаемым видом развлечения, но трудно объяснить такое Маку, всегда жаждущему внимания.

– Я дам себе волю, когда мы выиграем чемпионат.

– Конечно, дашь, – пробормотал он.

– Кроме того, хмурый вид отпугивает девушек. Тебе больше достанется.

Мак потер подбородок, затем решительно кивнул.

– Согласен на такой план. Пошли.

Мак вылез из машины, и я с тихим стоном последовал за ним. Мы прошли не больше квартала, прежде чем к нам присоединилась группа из четырех девушек в обрезанных шортах и бикини. Мак беззастенчиво флиртовал, но я проигнорировал сладострастные улыбки, направленные в мою сторону, и замедлил шаг.

Они не обратили на меня ни малейшего внимания, когда Мак с готовностью поддержал их игру. Я не шутил насчет хмурого вида, как и Мак не шутил насчет моего места в углу. Многие наши парни любили подобные вечеринки, и Маку всегда удавалось заманить их в одно место, что облегчало мою работу. Но я бы предпочел, чтобы они сидели дома.

Однако я был не настолько глуп, чтобы думать, что кучка студентов предпочтет сон девушкам.

Впереди меня Мак обеими руками обвивал два подтянутых тела. Я не против секса. Черт, я наслаждался славой, которая шла рука об руку с элитной футбольной командой колледжа, но мои связи не заходили дальше одной ночи и не повторялись. И я никогда не цеплял девушек на вечеринке. Слишком много драмы.

Когда мы ступили на тротуар перед общежитием Каппы, девушки оставили нас, вероятно, направившись к бассейну, и Мак пихнул меня в плечо.

– Рыжая все время на тебя оглядывалась.

Я видел ее, но невысокий рост и слишком пышные формы не произвели на меня никакого впечатления. Может, если бы она была повыше. И блондинкой. И мы повстречались не на этой вечеринке.

– Однажды ты перестанешь убеждать меня с кем-то переспать.

Мак насмешливо хмыкнул.

– Вряд ли. Однажды твоя отрекшаяся от женщин задница найдет подходящую девушку, и вся эта чушь о том, что ты ни с кем не встречаешься, наконец-то закончится.

В голове всплыл образ девушки в тренажерном зале: огонь в ее глазах, когда я сказал, что ей нельзя там находиться. Я поморщился, вспомнив, как заявил о том, что она спит с Маком, как будто эта девушка не стояла прямо передо мной так, словно пришла из моих самых сладких снов.

Я отогнал эту мысль подальше. Может, она и не пошла на вечеринку, но с ней также не стоило связываться. Девчонка ошивалась вокруг спортсменов в надежде что-то от нас получить. Может, Мак и не увлекся ею, но она все равно отвлекала. Где-то на задворках сознания я подумал, что, возможно, стоит узнать о ней побольше.

Вместо того чтобы защищать свою сексуальную жизнь, я указал на очевидное:

– Ты не планируешь встречаться ни с одной из этих девушек.

– А мог бы. Я просто привередлив.

Я фыркнул. Мы все знали, что он неравнодушен к Еве.

После того как Ди выпустился весной, Мак переехал к нам, а Еву он уговорил переехать в квартиру напротив. Она утверждала, что ей нужно больше места для ночных киномарафонов, которые по традиции устраивались у нее. Но мы подозревали, что дело было в скидке на оплату проживания, которую Мак выторговал для нее. Что напомнило мне…

– Разве соседка Евы не должна была приехать на этой неделе?

Мак провел рукой по лицу.

– Да. У нее были какие-то проблемы с транспортом, но она переехала сегодня.

Я нахмурился.

– Я думал, Ева хотела, чтобы мы помогли.

– Думаю, нет. Когда я спросил ее об этом, она сказала, что все улажено и чтобы я уходил. – Мак поднял руки в знак капитуляции. – Когда она говорит уйти, я слушаю.

Громкий крик прорезал шум вечеринки, и я напрягся. В прошлом году у нас были неприятности на вечеринке Каппы. Темноволосая девушка, которую я знал по одному из своих курсов, выскочила из дома в крошечном платье и босоножках. Один из парней-хоккеистов – Джон? Джош? – последовал за ней на улицу. Я шагнул в их сторону, намереваясь помочь, но на ее лице красовалась широкая улыбка.