Никита Тихонов – Риона Санчез. Часть 4. Богиня Тьмы (страница 5)

– Во-первых, рядом с тобой нам будет только безопаснее, – сказал Хайне, – а во-вторых, попробуй теперь убедить Хильду, что надо возвращаться в школу без тебя! Да ни один артефакт на свете, будь он хоть трижды магическим, не остановит мою сестру в стремлении помочь тебе!

Риона рассмеялась, вместе с ней улыбался и Хайне.

– Спасибо, что всегда помогаешь и понимаешь меня, – сказала девушка, – и прости, что так долго не понимала, насколько ты замечательный.

Она приблизила свое лицо к лицу юноши.

– Ну теперь-то ты понимаешь? – прошептал он.

Солнце уже скрылось за горами, тени от деревьев стали такими длинными, что, казалось, уходят за самый горизонт. В роще стало совсем темно.

Риона чувствовала на своих губах дыхание Хайне, затем он коснулся ее руки своей. Она потянулась к нему, закрыв глаза.

Хайне замер и отстранился.

– Что-то изменилось, – встревоженно сказал он.

– Ну да, стемнело, – Риона раздраженно посмотрела на парня, – так бывает каждый вечер!

– Нет, это не просто темнота! – Хайне вскочил на ноги и сжал свою трость обеими руками. – Я чувствую, когда наступает ночь, когда темнеет и когда светает, но сейчас это другая темнота, другой мрак, будто из раскопанной могилы!

Встревоженная Риона встала рядом с Хайне. Теперь и она ощутила нечто странное и жуткое.

– Звезды! – воскликнула она, посмотрев на небо.

– Что? – не понял Хайне.

– Их нет! – Риона сжала его руку. – Только что небо было усыпано звездами, а теперь там сплошная чернота!

Девушка вдруг ощутила странное покалывание на груди. Амулет Гора впервые за долгое время ожил.

Тьма сгущалась вокруг них, в ней слышались странные шорохи, скрипы, жадное завывание.

Молодые люди прижались к стволу дерева.

– Ты прав, это не обычная темнота, – прошептала Риона на ухо парню, – это словно вязкая смола! И в ней что-то есть. Что-то или кто-то!

Тьма приближалась к ним темной волной, грозя захлестнуть ноги, подняться выше по телу, влиться в рот и добраться до самого сердца, чтобы раздавить его в своих объятьях.

Из тьмы раздался звериный вой, перемежаемый глухим рычанием. Хайне обнажил клинок и водил им из стороны в сторону.

– Ничего не видно! – прошептала Риона.

– Мне это и не нужно, – ответил юноша, – главное, что ты рядом.

Риона снова ощутила теплоту в груди. Откуда-то от сердца поднималось тепло и свет.

Глухое рычание приближалось.

– По моей команде руби, – сказала Риона и Хайне решительно кивнул.

Девушка позволила теплу и свету разлиться по всему телу. Она почувствовала, как свет переместился в ее ладони.

Тогда она резко подняла руки над головой, раскрывая их наподобие цветка. Яркий свет словно тараном ударил в окружающую тьму, заставляя ее трусливо отпрянуть назад.

Зверь прыгнул, Риона успела увидеть распахнутую пасть, полную длинных острых зубов, покрытое короткой шерстью тело да горящие зеленым светом безумные глаза твари.

– Руби! – крикнула она, отскакивая.

Рука Хайне не дрогнула, и клинок не подвел. Стальное лезвие ударило четко в шею монстра. Зубастая голова отделилась от туловища и, прокатившись у ног Рионы, скрылась в пелене мрака.

– Что это было? – Риона опустила руки, но не спешила прятать свет.

– Не знаю, – пожал плечами Хайне, – но мне кажется, что в этой темноте это был не самый опасный монстр.

– Ты прав, мальчик, – раздался из темноты хриплый женский голос, – тьма скрывает множество ужасов! И я – самый страшный из них!

– Что вам нужно от нас? – спросила Риона у темноты.

– Разве не очевидно? – ответила собеседница с издевательским смешком. – Мне нужна ты, Риона Санчез!

***

Джек бежал по улицам городка настолько быстро, насколько был способен. Он перемахивал низенькие заборчики, отскакивал от стен, обходя препятствия. Очередная улочка закончилась тупиком с высоким забором, Джек взбежал по стене, зацепился за подоконник окна второго этажа, подтянулся и, оттолкнувшись ногами, перелетел на балкон стоявшего напротив дома. С балкона он перебрался на крышу и помчался над городом, почти не касаясь ногами черепичных крыш.

Дома закончились неожиданно. С высоты Джек видел заполненную мраком оливковую рощу.

– Риона! – прокричал он, – но ответом была лишь тишина.

Спустившись на землю, Джек бросился вперед. Сердце ухало в его груди и сжималось от страха. Он боялся не за себя, а за дочь. Риона, несмотря на все свои силы и достоинства, все же была ребенком. Его ребенком!

Джек мчался к роще. Ветер свистел в его ушах.

У самой рощи Джек остановился. Мрак, что окутывал деревья, не имел ничего общего с обычной темнотой.

Словно щупальца огромного монстра, этот мрак опутывал деревья, растекался между стволами, как живой подползал к ногам Джека.

Мужчина брезгливо смотрел на эти щупальца.

– Джек, Джек, Джек! – из темноты раздался вкрадчивый соблазнительный женский голос. – Ну что же ты остановился? Ты ведь был в этой тьме и знаешь ее нежные объятья, ее страстные поцелуи! Ты ведь все еще жаждешь вернуться ко мне! Ты скучаешь по моей силе!

– Нет! – как Барнс не старался, голос его все же дрогнул. – Больше я не куплюсь на твои посулы и обещания Сета!

– Почему? – голос звал и манил его, – Это ведь не добро и не зло, это просто сила! Ты можешь использовать ее во благо! Ты сможешь защитить своих близких!

Тьмы вдруг отхлынула от одного из деревьев.

Джек увидел Риону и Хайне. Подростки стояли, прижавшись спина к спине. С ладоней девушки лился чистый белый свет, а Хайне держал в руках обнаженный меч.

– Риона! Дочка! – позвал Джек, но девушка и ухом не повела.

– Прими меня, – снова заговорила тьма, – прими, и ты сможешь спасти их! Ты сможешь защитить свою дочь! Тьма милостива, она простит тебе предательство!

Джек с ужасом смотрел, как к Рионе подбирается со спины монстр, похожий на пса, но с непомерно вытянутой пастью крокодила. Зубы твари клацали, из пасти капала слюна.

Риона не видела приближающееся чудовище. Джек бросился было к дочери, но тут же наткнулся на непроницаемый барьер тьмы.

– Ты не сможешь ей помочь, – рассмеялась темнота, – ты слишком слаб! Без моей помощи ты просто погибнешь, как и твоя ненаглядная дочурка!

Джек с ужасом увидел, как страшные челюсти сомкнулись на туловище Рионы. Хрупкая девичья фигурка оказалась разрезана надвое.

– Не-е-ет! – закричал Джек и снова бросился к дочери.

На этот раз тьма послушно пропустила его.

Джек упал на колени возле Рионы, лежащей ничком. Он перевернул дочь и отшатнулся.

Вместо Рионы на него смотрела Мария. Лицо женщины было перекошено от боли и страдания, кожа была мертвенно бледной, под глазами пролегли черные тени, волосы были сухими и ломались под пальцами Джека, словно сухие ветки.

Мария вдруг посмотрела на Джека безумными, полными злобы глазами. Руки ее с длинными черными ногтями схватили его за горло. Джек захрипел, силясь разжать мертвую хватку.

– Это твоя вина! – выла Мария, обдавая Джека смрадным дыханием. – Это ты убил нас, Джек! Почему ты не спас нас? Почему не помог?

Джек уперся руками в грудь монстра. Ладони его начали продавливать гнилую плоть. Чудовище выло и ревело, то ли от упоения победой, то ли от боли.

Последним усилием Джек сумел оторвать от себя тварь и отбросить ее подальше. Он хрипло дышал, с трудом втягивая воздух. Мария скребла пальцами по траве, силясь подползти к своей жертве.

– Это все морок! – прохрипел Джек. – Этого нет на самом деле!