Никита Шарипов – Иной мир. Побег в никуда (страница 18)

Уродов, изувечивших Тигры, не вижу, только вспышки выстрелов заметны. Стреляют теперь не так активно, техника старается постоянно перемещаться. Это они правильно делают, ведь стоять на месте только дурак будет. Стоять на месте – быть прекрасной мишенью.

Другая группа наёмников, вовремя вмешавшаяся и изменившая ход событий, видна отлично. Три внедорожника с пулемётами на крышах исколесили холм и постоянно отправляют врагу крупнокалиберные подарки. Поддержку им оказывают два грузовика с установленными в кузовах малокалиберными пушками. Грузовики выезжают редко и по принципу – вышел на позицию, дал несколько залпов и тут же спрятался. Весёлая у них война, однако. Так можно весь боекомплект расстрелять, но потерь врагу не нанести. О слове «наступление» там явно не слышали. Уверен, что обе группы наёмников относятся к любителям нападать из‐за угла и большим количеством. Выскочил, пострелял, собрал трофеи и уехал. Настоящая война не для них, не выносят звуков ответной стрельбы. Что‐нибудь весёлое будет, или можно прекращать просмотр спектакля?

Весёлое случилось – увидел взрыв. Удивился, потом что минимум что‐то объёмно‐детонирующее применили.

Огненный шар вырос в районе наёмников, обстрелявших нас, которые дальше всего находятся. Большая, не меньше двадцати метров в диаметре, огненная сфера горела ярко. Продержавшись несколько секунд, огонь поглотил сам себя, а затем начали раздаваться другие взрывы. Всего их было семь, и гремели они один за другим. После стало тихо, даже стрельба прекратилась.

Затишье длилось не более полминуты, а затем буря возобновилась, но в другом месте. На этот раз не поздоровилось наёмникам, находящимся к моей позиции значительно ближе. Отчётливо увидел, как взрывы окутали три внедорожника. Пара секунд и следом за внедорожниками были взорваны грузовики. Красиво взорваны, с множеством огня и отличным разлётом осколков.

Пришла окончательная тишина, и теперь только пожары указывают, что совсем недавно было сражение, и для кого‐то оно закончилось плачевно.

– Не пугайся!

Я, конечно, испугался – ломанулся в темноту, на ходу развернувшись и пытаясь найти цель.

Спрашивает, на что рассчитывает человек, подкрадываясь к другому в темноте и говоря «не пугайся»? Других, менее резких слов, нельзя подобрать? Впрочем, когда ты сидишь в траве и разглядываешь смертельный спектакль, не ожидая подвоха, любой звук автоматически испугает. Особенно, если подвох тихо подкрадывается к тебе со спины и говорит «не пугайся». Расслабился, каюсь.

– Ты где был? – спросил я, с трудом прогнав испуг из головы. Жаль, что дрожь в руках и ногах так сразу не прогонишь, выдаёт зараза.

– Не хотел пугать. – Андрюха сел в траву рядом со мной. – Устал искать тебя, слишком далеко убежал, у страха глаза велики, поздно опомнился… Когда опомнился, тебя рядом уже не было. Решил вернуться и поискать… Повезло, что нашёл!

– Те муравьи были опасны? – почему‐то спросил я.

Андрюха, не удивившись вопросу, мощно кивнул:

– Ещё как опасны! Пять‐десять укусов, и ты будешь валяться парализованный, а тем временем тебя начнут жрать! Чтобы обглодать человека до костей этим муравьям требуется не более десяти минут. Страшное дело!

– Опаснее проблема имеется – сказал я, показав в сторону пожаров. – Теория с нашими теперь точно не работает, не наши это были.

– Да я уже понял, Никита, что наши совсем не телятся. Это, скорее всего, ещё один отряд наёмников, и, судя по тому, как они работают, самый вооружённый и подготовленный. Часа два‐три у нас точно есть, потому что сейчас они будут искать наши трупы. Не завидую тем, кто в этом горелом фарше ковыряться будет. Ух и удивятся, когда поймут, что мы свалили!

– Атаковавшим должно быть известно, что мы были в Тиграх – сказал я, наконец‐то протрезвев от страха. – Слишком всё красиво вышло. Похоже, что кто‐то из парней Чернова слил инфу о том, что мы у них. Иначе не объяснишь, не от Всевышнего же они узнали о нас и о том, что Чернов нас захватил. Среди парней Чернова был крот, и этот крот сливал всё и вся, сливал и нашим, и вашим, так сказать. Скорее всего он мёртв, но легче нам от его смерти не стало. Если сейчас к Тиграм кто‐то поедет, то это подтвердит мои предположения. Согласен?

Андрюха кивнул:

– Согласен, без крота точно не обошлось. Давай понаблюдаем, а затем будем думать. Муравьи уже потрудились, и от большинства бойцов Чернова и его самого остались только кости. Пусть гадают, какие из этих костей принадлежат нам.

– Не соглашусь, – я медленно покачал головой. – Ты же умный мужик, Андрюха, и должен понимать, что у наёмников есть человек, который очень хорошо разбирается в трупах. Я не сомневаюсь, что он у них есть. Этот человек за короткий промежуток без особого труда восстановит ход всех событий. Восстановит, а затем поймёт, что кто‐то всё‐таки свалил… А ещё есть вариант, что за нами наблюдают и о нашем уходе известно. Как тебе такой расклад, друган?

– Хреновый расклад… – пробормотал Андрюха. – Давай будем смотреть в оба, и на врага, и по сторонам. Не хочу, чтобы меня сожрали…

Переместившись к невысокому дереву с раскидистыми ветвями, начинающимися почти от корней, мы взобрались на него и стали наблюдать. Минут десять ничего не происходило, а затем наёмники показали себя.

Если до этого нами интересовались любители, то этих можно смело назвать профессионалами. Одна только имеющаяся в наличии техника чего стоит: два бронетранспортёра, четыре лёгких внедорожника, три грузовика, пара багги, семь квадроциклов и что‐то непонятное…

– Повылазили, тараканы! – прорычал Андрюха. – Целая армия! Не могу понять, что за хреновина по бугру ползёт, пушка как у гаубицы, с виду БМП, колёса огромные. Что за уродец?

– Не знаю, и знать не желаю. Далеко и слишком темно. Скорее всего, какая‐то самоделка, смесь гаубицы и БМП, но вряд ли она бьёт навесом.

Железные тараканы поползли в сторону трёх догорающих Тигров. Квадроциклы быстро вырвались вперёд, три с одной стороны, четыре с другой. Минута, и будут на месте. Медленнее всего ползут бронетранспортёры, оба сильно напоминают отечественные БТР.

– Бронетранспортеры в скорости ограничены – сказал я. – С Иерихона они точно приехать не могли. Эти наёмники, и все остальные, включая покойного Чернова, будто рядом находились. Есть предположения, откуда они приехали?

– Из Сан‐Венганза.

– Знакомое название, где‐то я его уже слышал. Не напомнишь?

– Не знаю, где ты его слышал. Этот город такой, его основал какой‐то американец. Поговаривают, что в прошлой жизни он снимал фильмы. Сан‐Венганза – город наёмников. Тех, кто убивает за деньги. От нас до него примерно полторы тысячи километров. Думаю, что вся эта кодла прибыла оттуда. Иначе откуда им ещё взяться, Никита?

– Наши действия? – спросил я, пытаясь вспомнить, где слышал о Сан‐Венганза. Напрочь из головы вылетело, но крутиться где‐то рядом.

– Уходим мы, – ответил Андрюха. – В сторону гор пойдём, в данном случае это самый оптимальный вариант. Плохо, что возле Черногорья мы находимся, если ты ещё не понял этого. За горами, примерно километрах в трёхстах, город Светлый… Чернов, сука такая, нас окольными путями вёз. Жаль, что горы он не с нужной нам стороны обогнул, ведь рвануть в горы для нас сейчас самое выгодное решение… Главное, Ник, в пещеры не лезть и я надеюсь, что погоня не заставит нас сделать это. А ещё лучше пусть её не будет. Не хочу, чтобы за нами гнались…

Предстоящий путь будет сложным, в этом можно не сомневаться. Главная проблема – мы идём пешком. Помимо отсутствия транспорта, у нас нет фонарей, еды, воды, хотя бы одного ножа, нормальной одежды и кучи тех необходимых мелочей, что упрощают жизнь в пешем походе. Даже банальных ремней на автоматах нет – бойцы, которым до этого принадлежало оружие, похоже, были дураками, ведь ремень очень важный элемент, и об этос не стоит забывать. Автомат, когда не используется, достаточно тяжёлая железяка крайне неправильной формы, и если выбирать из двух возможных вариантов, то лучше ему болтаться на ремне, чем быть зажатым в руках. Пальцы, они тоже устают.

– Какие опасности могут нас поджидать? – тихо спросил я.

Андрюха идёт первым, идём мы в гору, постоянно огибая плотные заросли кустов. Трава, поросшая на открытых участках, так и норовит спутать ноги. Поход не радует с самого начала.

– Всякие опасности, Никита. Начиная от насекомых и заканчивая крупным зверьём. До рассвета еще пара часов, рассветёт и станет легче. Я пока не особо понял, куда нам надо, поэтому до рассвета наша цель проста – подойти к Черногорью как можно ближе.

Черногорье… Кажется, что горы совсем близко… Выйдешь из‐за кустов, и они начнутся… Зрительный обман, до молчаливо нависающей чёрной стены ещё топтать и топтать.

– Тебе уже доводилось бывать в таких передрягах? – спросил я, когда подъём закончился.

Теперь мы идём под гору, по‐прежнему огибая плотно растущие острова кустов. На них имеются какие‐то ягоды, но мы не знаем, пригодны ли они для еды, а рисковать нет желания.

– Мне доводилось бывать во многих передрягах, – ответил Андрюха. – Но в такую попал впервые. Никита, ты уникально удачливый человек, неприятности любят тебя и тянутся, словно металлическая стружка к магниту. Не поверишь, но моя прежняя жизнь до твоего появления была тихой и неинтересной. Два‐три события в год, и события эти, в сравнении с нынешним, можно считать пустяковыми. Что в тебе такого, Ермаков? Своей удачей ты поставил этот мир с ног на голову. Не будь со мной тебя, уверен, что я был бы уже съеден. Пытаюсь в этом разобраться, но не могу. Может, ты знаешь ответ? Может есть что‐то такое, что‐то фантастическое?