Никита Шарипов – Иной мир. Побег в никуда (страница 19)

– Нет, – тихо ответил я. – Честно, не знаю, но хотел бы знать…

Почему Боков называет это удачей? Когда способность попадать в передряги на ровном месте успела стать ею? Или моя удача в том, что после всего случившегося мы всё ещё живы? Да, в это сложно поверить, выжить мы не должны были вопреки всему. Взять хотя бы попадание реактивной гранаты в крышу Тигра – она ударила в неё и разорвалась, ударная сила лишь поставила лежащую на боку машину обратно на колёса. Стрелок что, кумулятивный снаряд с термобарическим перепутал? Слабо верится. Возможно, кумулятивных у них не было, и было использовано то, что имеется. Это можно объяснить тем, что все три Тигра были атакованы снарядами с огнесмесью. Прежде мне такого встречать не доводилось, но кто знает, на что способны местные кулибины.

За раздумьями не заметил, как остановился Андрюха, и поэтому налетел на него.

– Тихо ты, – прошипел он. – Прямо по курсу движение, зверь или звери. Что видишь?

Справа и слева плотные кусты и бесшумно передвигаться по ним способен лишь зверь не крупнее хомяка. Идём мы по извилистой просеке не шире трёх метров, прямо темнота. Выглядываю из‐за Андрюхиной спины, но ничего не вижу.

– Вроде чисто, – ответил я. – Или просто не вижу.

– Двадцать метров, левая сторона, у кустов, смотри внимательно.

Приглядевшись, увидел что‐то чёрное, лежащее в траве. Размером оно не превышает земного кабана, так что бояться нечего, с АК такого зверя наверняка возьмём. Положив палец на спусковой крючок, я приготовился.

– Сейчас кину в него камень, – сказал Андрюха. – Хочется кинуть пистолетом, но он ещё пригодится. Кидаю, а ты будь готов!

– Буду, – ответил я и взял черноту на прицел.

Андрюха попал и результат не заставил ждать – чёрное вскочило на ноги и с поросячьим визгом ломанулось в кусты, создав много шума. Посмеяться не удалось, потому что секунд через пять, за которые кабан успел прилично удрать, раздался истошный визг и более громкий треск кустов. Мгновение, и визг сменился хрипом, а затем и вовсе пропал.

Громадина, ростом не менее трёх метров, медленно встала. Мы, как полагается, тут же упали в траву и прекратили дышать. Гиганта отлично видно поверх кустов, серая шерсть переливается в лунном свете. Форму тела он имеет вполне человеческую, рук две, ног тоже, голова одна.

– Это гориллоид, – шёпотом сказал Андрюха. – Не шевелись, а лучше вообще не дыши.

Зажатый в лапе гориллоида кабанчик отправился в рот, но целиком не влез, только половина. Половина! Звук работающих челюстей и хруст перемалываемых костей мы услышали отчётливо.

Жевала обезьяна минут пять, и за это время я успел вспотеть от пяток до макушки. Сам собой напрашивается вопрос – сможем мы навредить этому переростку своим оружием? Вряд ли, только пощекочем.

Довольно, и совсем по‐человечески, рыгнув, гориллоид медленно сел, а затем и вовсе лёг, пропав из поля зрения. Уходить он, похоже, не собирается.

– Опасная животина попалась, – почти неслышно заговорил Андрюха. – Главное, не шуметь. Гориллоид в этих краях редко встречается, но если встречается, то он тут царь. В одиночном бою его уложить способен, наверное, только берсерк, да и то, потому что вооружён. Гориллоид никого и ничего не боится. Наша задача – просто уйти. Уйти не создавая шума. Встаём и пошли…

Андрюха встал. Бороться со страхом мне порядком надоело и решил не обращать на него внимания. Просто встал следом. Делая осторожные шаги, мы продолжили путь. Облегчённо выдохнуть удалось только метров через сто.

– Впервые в жизни увидел эту обезьяну так близко, – заговорил Андрюха, слегка покачиваясь. – Ноги ватные и ходить отказываются. Если бы он напал на нас, то мы были бы съедены. Без вариантов!

– Если преследование будет, то оно просто обязано нарваться на гориллоида, – мечтательно сказал я. – Надеюсь, что им не поздоровится…

Рассвет начался в горах. Солнце озарило чёрные вершины, создав эффект золотого нимба, а затем вышло из‐за гор, и темнота отступила. Стало намного теплее и наше продвижение заметно ускорилось. Километр, и войдём в плотный смешанный лес, но пока что от него нас отделяет поросшее высоченной растительностью поле.

Чуть позже стало понятно, что это не поле, а самое настоящее болото. Растительность – аналог земного камыша. Воды, к счастью, не много, даже ботинки удалось не намочить.

– Здесь нам стоит кого‐то опасаться? – спросил я, продираясь следом за Андрюхой.

Идти сложно, старательно обходим растущую кустами траву, остроте которой может позавидовать даже земная осока. От сгоревших Тигров ушли километров на десять‐двенадцать, не больше.

– Никит, в этом мире стоит опасаться всего. В таком болоте я прежде не бывал, но могу смело сказать, что желающие сожрать нас твари здесь имеются. Главное, не заходить в воду глубже колена, ведь местные пиявочки то ещё удовольствие. Они не присасываются, они заглатывают…

Преодолев метров сто, вышли на островок без растительности. Точнее, всю растительность, которая здесь была, кто‐то тщательно утоптал. Крови слишком много: бурой, спёкшейся, хлеставшей во все стороны. Какой‐то крупный зверь уделал менее крупного зверя, затем сожрал его, а после ушёл, оставив чёткий след. Немногочисленные кости раздроблены, черепа съеденной зверушки не видно, везде много бурой шерсти и кусков плотной шкуры.

– След не хилый, – сказал я, показав на оставленную лапой вмятину. Такой след способен оставить кто‐то размером не меньше слона, но разобрать форму невозможно, слишком мягкая почва, и слишком много воды. Возможно, в этом месте ужинал гориллоид.

– Пошли, пока этот любитель болотных пикников не надумал вернуться, – сказал Андрюха и продолжил пробираться по болоту.

Пройдя ещё метров триста, и старательно огибая появляющиеся на пути блюдца с водой, услышали стрельбу. Стреляют из пулемётов и из чего‐то более мощного. Примерно в пяти‐семи километрах от нас, возможно даже ближе.

– Скорее всего погоня, – предположил я. – И, скорее всего, она нарвалась на гориллоида.

– Мне это неинтересно, – отозвался Андрюха. – Еще немного, и выброшу пистолет. А вместе с ним автомат. Бесит всё!

Огромный червяк вылез из земли метрах в трёх от нас и начал извиваться. Толстый, не меньше метра в диаметре, бледно‐белого цвета, с пастью, усыпанной несколькими рядами острых треугольных зубов, он уставился нас. Хотя, как может уставиться тот, кто не имеет глаз?

– Не шевелись, – попросил Андрюха, не подав виду, что испугался. – Это болотный червь, он реагирует на колебания, двинемся и атакует. Сперва спрячется, а затем атакует. Эта тоже атака была, но, как ты уже понял, он промахнулся. Мазила, нормально явление.

Сказать, что меня испугал червь – значит промолчать. Не каждый день увидишь уродливый шланг, который вылез из земли и теперь смотрит на тебя открытой пастью, усыпанной сотнями зубов. Не сомневаюсь, что, захватывая жертву, эти зубы служат конвейером, который жертву перемалывает и проталкивает в чрево. Предпочёл бы быть сожранным гориллоидом, нежели оказаться в пасти червя и чувствовать, как жуткие зубы кромсают тело.

– Варианты? – сухо спросил я. Мой ствол автомата уже смотрит на червя, а палец лежит на спусковом крючке.

– Просто стреляем, – ответил Андрюха, и его автомат разорвал тишину болота.

Я выстрелил следом. Для пуль АК тело червя не стало значительной преградой, с лёгкостью пробили его и полетели дальше. В считаные секунды червь приобрёл множество дырок и решил поспешно ретироваться.

– Не убили, но напугали, – сказал Андрюха, осторожно пятясь. – Под нами трясина. Отступаем и будем пытаться обогнуть её. Не мешало бы найти палку…

Минут через двадцать молчаливой и осторожной ходьбы достигли края болота и вышли к лесу. Привал устроили у первого дерева, ствол которого напоминает земную ольху, но вместо листьев на его ветках висят плоды, похожие на бананы, только вдвое длиннее. Эти самые плоды, только высохшие, валяются вокруг дерева, создавая сухую подушку.

– Съедобно? – спросил я, сорвав один из «бананов». Кожура у него толстая, и без ножа её точно не снять.

– Рискни, – ответил Андрюха. – Но я не советую тебе толкать в рот продолговатые предметы, если ты ничего не знаешь о них. Если увижу хоть что‐то съедобное, то скажу об этом. Пять минут отдыхаем и идём дальше.

– Пять минут… – пробормотал я и выбросил «банан». – Мы, однако, везучие с тобой. Столько отмахать и почти никого не встретить. Гориллоид меня напугал, но с червячком он ни в какое сравнение не идёт. Больно жуткая тварь этот болотный червь. Говоря о пиявках, ты его имел в виду?

– Говоря о пиявках, я имел в виду пиявок. Встреча с червяком была неожиданностью. Повезло, что я читал о нём, и знаю, чего стоит бояться, а чего нет. Стоило ему вылезти из земли и во мне проснулся холодный расчёт. Вспомнил, что за тварь и, главное, как с ней бороться. Болотный червь вид имеется страшный, но не слишком опасным созданием не является. Получая отпор, он предпочитает отступить. В этом лесу опасностей будет больше, нам придётся всю дорогу смотреть под ноги. Змеи – гадкие создания…

Глава 7

Наш путь только начался, но уже полон чудес. Гориллоид и кабан, которого он сожрал. Неизвестный потрошитель, сожравший неизвестную зверюгу. Болотный червь, в котором мы наделали много дырок и прочие радости…