Никита Шарипов – Иной мир. Побег в никуда (страница 17)

Выкрал Чернов нас изящно, но, похоже, что всё‐таки на чём‐то прокололся, раз наши среагировали так быстро. А может, это и не наши вовсе, потому что пока не известно, кто всё‐таки устроил эту заварушку. Есть лишь догадки. Дабы успокоить душу, будем считать, что наши всё‐таки имеются, потому что это лучше, чем думать, что их нет, лучше в моральном плане. Спокойнее…

Осталось решить последний ребус – кто обстрелял броневики Чернова?

Тут всё сложнее. Если «Светлое Будущее» разослало заказ на нас по всем наёмникам, то охота будет нешуточная, ведь этот мир полон анархии и анархистов. Желающих неплохо заработать точно не один и не два. Их, как бы это страшно ни звучало, сотни, и все они хотят одного: получить меня и Бокова, получить живыми или мёртвыми. Из этого вытекает, что попадание в лапы Семёна Чернова можно считать большим везением, мы чудесным образом выжили, узнали о заказе от «Светлого Будущего», и способны сопротивляться. Предупреждён, значит вооружён. Будет сложно, но разве бывает легко?

Бабах!

Одно из колёс Тигра, ехавшего в голове колонны, взорвалось, и опять стало относительно тихо.

– Сейчас ещё бахать будут – сказал лежащий рядом Андрюха. – Как‐то подозрительно тихо в округе. Стрелять некому, что ли? Или не в кого?

Истошно завопил человек. Мы быстро перевернулись и привстали. Из Тигра, в котором нас везли, выскочил горящий боец. Упав в траву, начал кататься по ней. Через несколько секунд территорию накрыл пулемётный огонь, а затем усилился в несколько раз. Тем, кто стреляет, видимо показалось, что пулемётов будет мало, и они принялись бить по горящим броневикам из мелкокалиберных пушек.

– Ёшкин‐матрёшкин! – заверещал Андрюха, упав в яму и закрыв голову руками. – Вот кроют, суки!

Я не стал отвечать. Кроют не слабо….

Заключительным моментом стал удар ПТУР. Ракета влетела в Тигра, в котором нас везли, взорвалась и превратила машину в ромашку. Даже мёртвому бругару досталось.

Нас, как полагается, начало забрасывать горящими фрагментами машины, совсем рядом упало колесо, в полёте оно успело потухнуть, но, остановившись, покрышка вспыхнула с новой силой. От едкого дыма стало трудно дышать.

Андрюха, покрывая матом всех и вся, начал выбрасывать из нашей чудо‐ямы горящие фрагменты броневика. Не жалея пальцы, я схватил разогретую и сильно оплавленную тангенту и выбросил как можно дальше. Следом за ней отправил руль и здоровенный кусок дюраля. Противнее всего было выбрасывать оторванную по локоть человеческую руку.

– Варианты есть? – спросил я, когда с очисткой укрытия было покончено. – Может, свалить попробуем?

Андрюха покрутил пальцем у виска, показал на горящее в трёх метрах от нас колесо и сказал:

– Потуши сначала его, затем всё остальное, а уже потом о смене позиции говорить будем!

– Если сваливать, то лучше сейчас. Тепловизоры у них точно ни хрена не видят, всё горит.

– Думаешь, они в них смотрят? Наш квадрат и без тепловизоров отлично просматривается, поэтому лучше нам лежать тихо и делать вид, что не существуем.

Полосы пулемётных очередей начали бить в то место, откуда пришла недавняя атака. Наши бьют, если они всё‐таки наши. Небо осветили красивые, ядовито‐зелёного цвета, росчерки трассеров. Судя по полосам, ударили сразу пять пулемётов. Перевернувшись на спину, я пробормотал:

– Давай фейерверк смотреть, раз уж совсем делать нечего.

Андрюха, подумав, кивнул и лёг рядом.

Пулемётам ответили пулемёты, добавились ярко‐красные полосы трассеров. Стрелки патронов не жалеют. Плохо, что наша позиция не позволяет увидеть, кто и в кого стреляет.

– Хотел спросить, – заговорил я. – Ты стяжку порвал или схитрил как‐то?

– Схитрил. У меня в ремне на подобный случай кусочек лезвия от канцелярского ножа припрятан. Длинноват ремень был раньше, укорачивал, сломал лезвие и решил немного покреативить. Просто втолкнул обломок между слоями кожи, но сделал всё так, что вытащить его в случае нужны не будет проблемой. Расшатываешь и вытаскиваешь. Никогда не думал, что пригодится мне это лезвие. И сейчас не пригодилось, потому что вот!

Андрюха сунул руку за спину и через пару секунд продемонстрировал маленький складной ножичек. Усмехнувшись, сказал:

– Обыскивали нас совсем хреново, только оружие забрали. Видимо, были уверены в собственном превосходстве. Чернов, он часто на такой ерунде прокалывался, но больше проколов в его жизни не будет…

Метрах в сорока от нас, прямо за одним из горящих Тигров, застрочил автомат. За несколько секунд потратив все патроны, оружие замолчало и послышались слабые пистолетные хлопки.

– А ведь мы не одни тут! – обрадовался я. – Кто‐то из парней Чёрного выжил. Интересно, в кого они стреляют?

Андрюха не ответил. Посмотрев на него, я по физиономии понял, что дела плохи. Кислая, обвисшая, показывающая страх рожа, а не целеустремлённое лицо вижу. Ощущение, словно он увидел минимум десять многоногов, нависших над нами с вилками и ножами в многочисленных ногах.

Причина паники обнаружилась через мгновение – тело Семёна Чёрного, которое мы вытолкнули из ямы ногами, облеплено крупными красно‐чёрными насекомыми.

– Мура… – начал заикаться Андрюха, показывая на ползучих гадов. – Тара… Тера… Терми… Это… Это термиты, сука! Пожиратели местные! Валить надо! Валить!

Посмотрев по сторонам, я понял, что яму термиты накрывают слишком стремительно. Этакое чёрно‐красное одеяло наступает со всех сторон, старательно огибая всё горящее на пути.

Боков не стал рассказывать мне, что это за насекомые и чем они опасны. Просто схватил трофейные автомат и пистолет в руки, вскочил и рванул в темноту ночи, ни о чём не заботясь. Увидев, как огромный красно‐чёрный термит, размером с пачку сигарет, пытается укусить меня за палец, я тоже решил свалить. Уж лучше быть застреленным из пулемёта, чем заживо съеденным. Пусть потом нас едят, уже мёртвых. Живыми не дадимся!

Пытаясь разглядеть мелькающую в ночи спину Андрюхи, я молился, чтобы под ноги не попала какая‐нибудь ямка или палка. Навернуться совсем не хочется.

Росчерки трассеров в небе не утихают, и это радует, нами совершенно не интересуются. Может, и удастся избежать пулемётного обстрела.

Пробежав с полкилометра и влетев в какие‐то кусты, я решил, что хватит. Нахожусь в ложбинке, горящих внедорожников не вижу, только слабое зарево пожара. Трассеры также остались в стороне. Бокова рядом нет и мне становится страшно. Ночь в этом мире опасное явление, особенно в местах незнакомых и особенно без оружия.

– Андрюха! – тихо позвал я.

Ответа не последовало. Похоже, мы всё‐таки разделились. Плохо дело, очень плохо!

Я позвал Бокова ещё раз и снова тишина. Орать громко не позволяет инстинкт самосохранения. Вместо так желанного в этот момент товарища может прийти опасный и голодный хищник, с которым я вряд ли смогу справиться… Ну где же ты, Андрюха?

Глава 6

Для начала нужно успокоиться. Сильный вдох… И выдох… Для закрепления повторить. И повторять, пока не станет легче…

Повторял, повторял, а легче не стало. Ладно, будем думать и гадать. Бокова найти пока не получается – значит, пусть он меня ищет, а я пока попробую осмотреться.

О фонаре помечтал и забыл, про прибор ночного видения и думать нечего. Как говорится, гол как сокол. Хотя, всё не так уж плохо, у меня есть автомат и пистолет. Но этом всё, список можно заканчивать. Пистолет, кстати, хороший, семнадцатый «Глок» собственной персоной, пополнить коллекцию трофеем не помешает. Автомат ничем не блещет, старый добрый АК экспортной модификации. Хорошо, что калибр «7.62». Плохо, что патронов маловато, не планировал я выживание в лесу.

Итак, начнём: вокруг кусты и какие‐то одиночные деревья, трава невысокая, почти до колена, почва под ногами твёрдая, луна на небе имеется, светит хорошо.

Бой всё ещё не утихает. Похоже, что это всё‐таки не наши, у наших столько патронов вряд ли бы нашлось. Скорее всего войну устроили две конкурирующие организации, разные группы наёмников между собой воюют, и они уже уничтожили третью группу, которую возглавлял Семён Чернов. Доели его муравьи, уверен в этом.

Местность, на которой происходит перестрелка, теперь находится в стороне, но не так незначительно, как хотелось. До ближайших наёмников, которые, по всей видимости, нас догоняли, метров семьсот. До дальних, атаковавших нас, почти два километра. По сути, можно не бояться ни тех ни этих, им сейчас ни до кого, кроме друг друга, дела нет, пусть воюют. Да где же, чёрт возьми, пропадает Боков?

Местность…

С местностью всё относительно нормально. Далеко, в той стороне, куда бежал, чернеет что‐то большое и длинное. Думаю, это горы. Надеюсь, не Черногорье… Кто его знает, как Семён Чернов свой маршрут прокладывал…

Рельеф меня окружает холмисто‐равнинный, увидеть большего не позволяет позиция, не мешает забраться повыше.

Скрипя зубами, осторожно переместился метров на двести в сторону и оказался на возвышенности. Исцарапал лицо и руки кустами, но зато обзавёлся хорошей позицией. Точно знаю, что нахожусь рядом с высокими горами. Километров пять‐семь до них примерно.

Совсем рядом, в извилистой ложбине, течёт река, луна в воде отлично отражается. Берег обрывистый, спуск к воде может доставить проблем, поэтому лучше не соваться.

Хорошо вижу три факела, так теперь выглядят броневики Тигр Семёна Чернова, скоро догорят они. Эх, такой транспорт угробили… Пока был в плену, грешным делом успел подумать, что при хорошем раскладе мы можем получить в пользование три хорошие машинки. Ага, как бы не так…