Никита Сахно – Охотники на героев. Цена свободы (страница 6)

– Ты мой.

Челюсть заныла, и он снова проснулся. Рантар хорошо разбирался во снах и их оттенках. И ненавидел их все. Ему давно были известны и сладкие грезы, и колющие кошмары.

Он и так провел в безумном сне последние десять лет. Больше не допустит ни одного такого дня, он станет свободен от Доротеи. Он провел рукой по лицу, проверив, не видят ли его, но спутники до сих пор спали.

«Жаль нельзя провести рукой и выкинуть ее из головы так же, как сон».

Хотя даже со сном он справился не очень успешно. Сердце до сих пор стучало, а челюсть ныла. Загляни в отражение и можно будет увидеть следы от пальцев. Рантар ничего не знал о магии, которой его околдовала Доротея. Но зато он знал себя. Вернее, надеялся, что знает. Пока он мог рассчитывать только на свою упертость. Это все что оставалось – двигаться по привычке, несмотря ни на что. Он очнулся спустя десять лет рабства и двигался дальше, встретился с безумной королевской изобретательницей и странным амеваном, и нашел способ обратить это в преимущество. Узнал, что королева забрала его сына и…

Что дальше делать он не совсем понимал. Идея Виктории по борьбе с королевой была лишь блажью, глупой фантазией. Он просто двигался вперед. Вырывался как мог из липких лап отчаяния. Все, что он умел. Все, что оставалось. Потому что хорошо знал – если остановится, то проиграет.

Рантар еще раз провел рукой по лицу, пытаясь справиться с дрожью. Нужно спать поменьше, всего-то делов, не будет кошмаров ни про отца, ни про Доротею. Тут до него донесся знакомый шум.

Он сел так быстро, как только смог и сразу скривился. От тупой боли в ребрах перехватило дыхание. Он до сих пор не пришел в себя после боя с великаном Усином. Возможно, ему еще повезло, кто-то другой бы уже никогда не оправился после такого боя. Но Рантар с сожалением признавал, что вряд ли сможет стать прежним воином. В его годы такие битвы уже не проходят бесследно.

Имва и Виктория еще спали, лишь петух глазел на него, а вот повозка остановилась. И свиста гоблина не слышно. Рантар отодвинул полог, вглядываясь в морозное утро, и ощутил, как внутри все противно сжимается. Сначала мимо проплывали мутные озера и лагуны, с поверхности которых срывались большие пузыри.

Снега больше не было, в Белоозерье путная зима никогда не наступала из-за колдовского жара земли, который топил и снег, и лед. А вот дальше, там, где чернела выгоревшая земля, где никогда не росла трава, между дозорными башнями, располагались знакомые шатры с золотисто-красными полосами. Можно было разглядеть повозки и склады с фуражом. Судя по количеству шатров, в поле находилось не меньше нескольких сотен воинов.

– Проклятье, – Рантар стиснул зубы и достал топор.

Увы, даже хватка на рукояти не была прежней. И сам топор ощущался тяжелее, будто и не было всех этих изматывающих тренировок, когда от боли у него наворачивались слезы. Отвары Имвы помогали снять боль лишь на время и не были рассчитаны на тренировки. Но Рантар не мог иначе. Как только он ощутил, что может стоять на ногах и держать оружие, он вернулся к своим упражнениям. Сейчас больше, чем когда бы то ни было, от этого зависела жизнь. И не только его.

– Впереди патруль, – услышал он голос гоблина. Что ж, хотя бы не сбежал и не сдал их.

Имва и Виктория уже очнулись, услышав голоса. Первым поднялся амеван, у него был более чуткий слух. Девушка все никак не могла очнуться. Но, надо отдать ей должное, когда догадалась о проблеме, тут же подскочила и принялась собирать вещи.

Впереди показалась новёхонькая башня над черными, обгоревшими воротами, где древесина разошлась черными трещинами. Этот въезд, направленный к лесу, назывался Горелые ворота, и был тем немногим, что осталось с предыдущего набега рогатых, у остальных ворот были только номера. Каждый раз город отстраивался заново, но этим воротам каким-то чудом удалось сохраниться на протяжении десятков лет. Белоозерцы очень серьезно относились к символам.

На случай неожиданностей у их компании было все заготовлено. Не просто же так они ютились в этой богомерзкой повозке. Тюки, всевозможные ящики и остальное барахло должно было их спрятать от глаз па любой заставе. А тяжелый кошель у гоблина выступал самым серьезным аргументом, который, судя по звуку, пришлось пусть в ход. Зато они смогли проехать внутрь города. Видимо, выживший герой еще не успел добраться сюда.

Рантар стиснул зубы. Опять приходится прятаться, дрожать, как трусливая псина вместо того, чтобы сделать хоть что-то. Посмотрите на него – гроза двух королевств потеет под козьей шкурой вместо того, чтобы сражаться. Он должен был пробиться в город, раскидать стражу при необходимости или добраться вплавь по ледяной реке. В общем, сделать хоть что-то лишь бы просто что-то сделать. А не довериться гоблину-контрабандисту. Но других возможностей не было.

Рантар всматривался в щель через полог телеги, пока они въезжали в город, и наблюдал за исчезающим из виду лагерем королевских гвардейцев.

– Их здесь быть не должно.

– Нас тоже скоро не будет, – вмешалась девушка. – Имва разберется со своими, поможет нам, и мы уедем.

Рантар хотел сказать, что у них и так на счету каждый день, но вспомнил, что уже говорил про это вчера. Трижды. Вместо этого он засопел и передвинулся на другую сторону повозки, рассматривая деревянные стены города, будто клетку.

«Она здесь, она здесь» – отбивало сердце ритм, но он заставил его заткнуться. Ее здесь нет, Доротея не сможет его найти. Так обещал ее сын, бывший король Эстеба́н. И хотя Рантар не верил ему, вообще никому не верил, он заставил себя задышать медленнее.

Несмотря на присутствие гвардейцев неподалеку, в Белоозерье, на первый взгляд, было спокойно. Рантар вздохнул и чуть распрямился. Вид мирно слоняющихся повсюду горожан слегка успокаивал. И все же он хорошо понимал – гарнизон гвардейцев здесь неспроста.

– Ты готова? – спросил Рантар, глядя, как девушка пытается заколоть волосы.

– Давно пора размяться, – пожала она плечами.

Рантар постучал по повозке, и вскоре гоблин ее остановил.

– Ты помнишь? Встречаемся у фонтана в форме чаши и…

– Я помню, – закатила глаза девушка, коснулась его плеча и довольно ловко спрыгнула на дорогу. – До встречи мальчики.

Отряхнулась, накинула на голову алый капюшон, и как ни в чем не бывало пошла вперед. Рантар и Имва переглянулись. Раньше она их так не называла. Но, возможно, это не было такой уж проблемой в их обстоятельствах.

Когда повозка снова тронулась, Рантар сказал:

– Мы будем в гоблинском квартале.

– Ага, – отозвался амеван.

– Будем ждать тебя в Большом котле, Меро сказал, что там лучше всего. Но только три дня.

– Ага.

– Ты не обязан этого делать, – сказал Рантар и сжал губы.

– Знаю. Но я обещал помочь. Друзья помогать друг другу.

«Мы не друзья» – хотел ответить Рантар, но только сильнее сжал челюсти. Много ли было в его жизни тех, кто был готов ради него всем рискнуть? Если они решили помочь, это еще давало робкую надежду – он сам хоть немного стоил того.

Рантар посмотрел на топоры. Раньше он мог позаботиться не только о себе. Вытащить из передряги. А теперь Имва будет один. Забота спутников лишь распаляла в Рантаре раздражение – все напоминало о том, каким слабым и беззащитным он стал.

– Я говорил тебе, что ты странный? – спросил Рантар, чтобы не слушать скрипа колес, от которого сводило зубы.

– Нет, – поежился Имва. – Что это означать?

– Что я не понимаю тебя. Но, наверное, это и к лучшему. Пусть остальные амеваны тоже не смогут.

– Я ничего не понял.

Рантар кивнул, будто это могло что-то значить. Посмотрел на улицу и снова постучал по повозке. Гоблин остановил ее.

Настала очередь Рантара уходить. Так они должны были рассредоточиться, чтобы их меньше видели вместе. Чтобы они меньше походили на себя. При каждом удобном случае Виктория просила Меро рассказывать об «Охотниках на героев», и том, что избранникам королевы стоит держаться от них подальше. Если Имве не повезет, то он зря рискнет жизнью ради человека, которого узнал пару месяцев назад. Рантар хотел ободрить Имву, выразить благодарность, сказать сколь много это для него значит. Но все, что он вместо этого сказал:

– Постарайся не умереть.

Рантар взглянул на петуха, кивнул Имве, и вышел из повозки на свежий воздух. Натянул шляпу как можно ниже на глаза и пошел быстрым шагом в противоположную сторону. До ушей донесся стук колес, и сделав еще пару шагов, Рантар на мгновение обернулся. Как раз в том момент, когда повозка скрылась за поворотом. Потом он ругнулся и поскорее пошел дальше. Повсюду на домах, почти на каждом, торчали башенки – белоозерцы очень бдительно следили за безопасностью и пожарами. В свете утреннего солнца искрились лужи, а с деревянных островерхих крыш мерно капала вода. Чтобы не свалиться в густую грязь, можно было пройти только по деревянной мостовой.

Они должны были встретиться с Викторией в полдень, у фонтана. Трудно представить себе наименее подходящих спутников – амеван и одержимая. Но это было большее из того, на что он мог рассчитывать. Если бы не они – Рантар бы давно умер. Или снова попал в руки к Доротее, что куда хуже.

Через силу он заставил себя не обернуться еще раз, хотя прекрасно знал, что уже не увидит повозку. Рантар не хотел признаваться себе, и все же Имва напоминал его самого, когда он был достаточно мал, чтобы еще верить в людей. И в сказки, что все будет хорошо. Не хотелось, чтобы парень разочаровался в жизни в столь ответственный момент.