Никита Киров – Молот империи. Часть 3 (страница 2)

Да и помогает моему статусу, на человека с охраной здесь смотрят иначе, а таких обученных телохранителей нет даже у Яна. Хотя он из Нарландии, а элитные штурмовики меня недолюбливают за тот случай, когда я выказал им недоверие, но они профи и свою работу делают идеально.

Сейчас рыжий штурмовик сидел на переднем сиденье, глядя вперёд. Сам я чутко дремал, иногда просыпаясь и делая пометки в записной книжке.

Когда доехали, охранник остался снаружи. Мы с Марком прошли на второй этаж по чистой лестнице, которую явно помыли к моему приходу. Сюда же привезли раненых с ночного боя. Пока главный доктор готовится к отчёту, я решил посетить одного из наших. Валентина положили на втором этаже, где обычно размещали старших офицеров.

Едва мы подошли туда, как из палаты вышли две девушки, Мария и Анита Сантек. Обе печальные.

– Как вы там держитесь? – спросил я. – А то давно не было случая поговорить.

– Мы? – удивилась Мария, будто не сразу меня узнав, настолько она казалась растерянной. – А мы-то что? С нами всё хорошо. А вы как?

– Жаловаться нечего, – ответил Марк.

– Всё хорошо, – с грустью сказала Анита. – А мы тоже к Валю пришли. А то он совсем один здесь.

– Он мало говорит, – расстроенно произнесла Мария. – Но сегодня поел, а вчера нет.

– А сегодня ночью же, – Анита посмотрела на меня. – Мой папа…

– Выжил, – заверил её я. – Он в Исполине, ничего ему там не будет. Но… в общем, мы с Яном обязательно решим, как отправить тебя назад. Скоро будешь в безопасности.

Проблема в том, что её отец, Лукас Сантек, вообще прервал все переговоры с нами. Как вернуть ему дочь напрямую, мы пока не знали. Я опасался провокаторов, которые могут во время возвращения убить Аниту, и тогда такое начнётся, так что решил, что пусть пока она будет в столице Огрании.

Уже понятно, что некоторым знатным домам по всей империи эта война выгодна, даже не знаю, сколько среди них сообщников покойного Ульдова, или кто знал о его планах и поддерживал их.

Но история с послом Рэгвардов и ультиматумом, которые скорее всего вручили без ведома Келвина, говорила о многом. Они вполне себе способны прикончить беззащитную девушку, чтобы вообще исключить любую, даже малейшую возможность мирного исхода.

Но что-нибудь придумаем.

– Кстати, – я легонько тронул Марию за плечо. – Я скоро поеду с инспекцией в Нерск. И там, по пути, мы увидим старое поместье Загорских. Можем осмотреть его, увидим, что осталось.

– Наверное, – сказала она. – Я бы хотела заехать к одним знакомым. Я жила у них раньше, когда папа был жив. Может быть, ты со мной? – Мария оживилась. – Они будут рады с тобой познакомиться. Их дед видел нашего прадеда.

Я наверное его даже знал в своё время. Далёкий лесной клан одного моего сподвижника тогда приютил у себя мою жену и сына, и оберегал их целых три поколения.

– Посмотрим, – сказал я. – С кланами Огрании мне тоже нужно будет увидеться.

Девушки ушли по коридору, а мы с Марком вошли в палату.

Бледный, как покойник, Валентин лежал с закрытыми глазами. Он сильно похудел за последние дни. Сейчас он спал и тихо сопел носом. Кто-то из девушек подоткнул под него одеяло в белом пододеяльнике. Из-за отсутствия ног ниже колен он теперь казался совсем маленьким. Рядом с ним на белой тумбочке стояла тарелка с недоеденным супом и надкусанный кусочек серого хлеба.

На одеяле лежала старая потёртая книга, очень толстая, руководство по эксплуатации и ремонту БРИ-3 «Ищейка». Под ней лежал рисунок, со схематично изображённым на нём четырёхногим Исполином.

Валя готовили пилотом Ищейки с детства. Сложная машина, намного сложнее, чем другие Исполины. Уйдут месяцы, чтобы новичок смог хотя бы выучить нестандартное расположение важных узлов и агрегатов, не говоря уже о том, чтобы сесть за рычаги.

– Так и не получилось у него, – Марк вздохнул, глянув на книгу.

– Рома, Марк? – хриплым голосом пробормотал Валентин, открывая глаза. – Я думал, вы про меня забыли.

– Нет, – я сел рядом на белую деревянную табуретку. Она скрипнула. – Просто было много всего.

В палате очень тепло, но запах лекарств от этого казался ещё хуже чем обычно. А окно, за которым темнота, уже заклеили на зиму, не проветрить.

– Ян придёт позже, – сказал я. – У него сейчас нет ни минуты покоя. Но за тебя беспокоится.

– А чего обо мне беспокоиться? – глаза у него сверкнули. – Я же не убегу теперь никуда.

Он откинул голову на маленькую подушку.

– Я слышал, что мой брат-предатель выжил, – сказал Валь. – Это же он выстрелил, я знаю. Туда, где сидел я. Не знал, что он так меня ненавидит. Ладно, тогда подрались, но это…

– Может, это получилось случайно, – произнёс я. – Бой начался очень внезапно.

– А я ещё не хотел в него стрелять, – Валь усмехнулся. – Начал с Яном бороться, чтобы он не выстрелил. А Паша… предатель… я рад, что он жив. Я ему сам отрежу ноги. Пусть узнает, каково это. Если бы мог его достать.

Он закрыл глаза и шумно выдохнул через нос.

– Только как? – произнёс Валь, сжимая кулаки. – Только как мне его достать? Я же так хотел попасть в Ищейку. Дерьмо, всё сраное дерьмо. Всё насмарку!

– Спи, старина, – Марк встал с другой стороны от койки и похлопал его по плечу. – Сейчас спи. А что будет потом – это потом. Но если что, то запомни – ты был с нами в одном экипаже. Экипаж – это как семья. Мы тебя не оставим никогда. Будь спокоен.

Я кивнул. Валентин снова уснул. Марк поправил ему одеяло.

Близнец очень зол, и эта злость будет его пожирать. Надо бы, как у него будет самочувствие лучше, перетащить его во дворец, чтобы не лежал здесь один. Тогда ему будет полегче.

– А что с Ищейкой? – спросил Марк, когда мы вышли в коридор.

– Не знаю. Скорее всего, пока будет полустационарным орудием для охраны столицы. Для неё нужен особый пилот. Даже тебе придётся потратить месяцы, чтобы освоить её. На ней же всегда были Климовы.

Что плохо, у Рэгварда есть Павел Климов, поэтому они могут решиться захватить Ищейку. А как только они узнают, что Валентин не может управлять, то поймут, что Ищейка в основном бесполезна, некому управлять Исполином.

Пока жив старик Климов, он на что-то способен, но он в возрасте, ему тяжело. Вопрос, кто будет следующим пилотом, очень меня занимал. Иногда даже думал, что сам попытаюсь выучиться на ней, но нет времени, никто не будет ждать весны, атака начнётся раньше.

Провозился в госпитале около часа, отдал нужные распоряжения. Потом надо будет встретиться с Яном, а завтра с самого утра посадить его и Марка в Исполинов. Нечего больше тянуть.

На улице меня ждали, три гвардейца Варга в длинных чёрных пальто. Мой охранник с дробовиком напрягся.

– Лорд Варга приказал срочно передать вам это, – сказал их старший, морщинистый мужик с седыми усами.

Два конверта, один вскрытый. Я сел в машину, где водитель включил мне лампочку в салоне, и достал лист из вскрытого.

– Что это? – спросил Марк, садясь рядом.

– Дом Рэгвард официально объявил войну и кровную месть Дому Варга, – сказал я. – За убитого посла. Думаю, теперь остальные Дома точно присоединятся к ним.

– И что тогда будем делать? – он забеспокоился.

– Будем разбираться.

Я взял второе письмо. От Келвина лично мне, «Генералу Роману Загорскому», запечатанное, Ян эту печать не вскрывал.

Я отправил письмо Рэгварду сразу после происшествия, где рассказал, что случилось, и ответ пришёл быстро. Конечно же, предупредил об этом Яна, чтобы он не думал, что я ему не доверяю и веду дела за его спиной. Я рассказал ему о том, что в предложении Келвина говорилось совсем не о том, что передал посол. Но Ян, смотревший неподвижным взглядом в горевший камин, просто сказал «Какая теперь разница».

Да, теперь никакой разницы не было. Я вскрыл конверт и прочитал письмо.

Оно очень короткое, но ёмкое.

Глава 2

Я ещё раз посмотрел в письмо от Рэгварда, будто оно могло сказать мне что-то ещё. Но Келвин ответил на всё случившееся одним-единственным словом:

«Увы».

Увы, тут больше ничего и не скажешь. Как бы он ни хотел оттянуть неизбежное, придётся ему влезть в это самому. Кто хотел столкнуть нас лбами – у них это получилось.

– На главный ремонтный завод, – приказал я водителю и посмотрел на Марка. – Мы высадим тебя во дворце, изучай там руководство по Ужасу. Пригодится. Завтра будет первое занятие.

– Понял, – ответил Марк, моментально успокоившись. – Сделаю, что могу, раз уж я с вами.

Когда спокоен он, его спокойствие действует и на остальных. Я стал обдумывать дальнейшие шаги, не отвлекаясь на другие мысли. Водитель начал что-то насвистывать, мой телохранитель расслабился и убрал свою жуткую пушку подальше.

Бывают же такие люди, наверное, поэтому я так за Марка и ухватился. Мой брат же действовал на окружающих похоже, но немного иначе, он сразу заражал всех энтузиазмом. Даже не знаю, как у него получалось, но в его присутствии никто и никогда не унывал. А при Марке все успокаивались.

Заводы располагались на северной окраине Мардаграда. В основном это кирпичные трёхэтажные корпусы, но за долгие годы в них так въелась гарь, дым и грязь, что стены стали почти чёрного цвета.

Во дворе стояли ригги, ожидавшие своей очереди на ремонт. Персонал завода спешно с ними возился, некоторые работы проводили прямо на улице, чтобы справиться пораньше и запустить следующую машину.

Пока они работали, на крышах разворачивали противовоздушные пушки. Враг пока не присылал крылолёты, а столица пока оставалась вне зоны действия осадных мортир.