Никита Киров – Командор (страница 10)
Это командор, как называли командующего десантом на каждой летающей крепости.
Глаза закрыты. Он мёртв или без сознания?
Рядом с ним работал радист. Перед ним стоял тяжёлый ящик радиостанции в серой расцветке, к которому были подключены толстые провода гарнитуры. Лампы на ящике светились.
— Буран-1, Буран-1, это Кречет-2, приём! — говорил бритый наголо парень, придерживая гарнитуру. — Огонь по своим! Квадрат 4-2-1-2! Прекратите огонь, прекратите огонь, вы по своим стреляете. Приём!
Снаружи затряслась земля. Сразу три близких разрыва. С потолка начала сыпаться пыль.
— Прекратите огонь, Буран-1! — продолжал кричать радист, выждав немного. — Это Кречет-2, вы по своим стреляете!
Он огляделся, посмотрел на раненых товарищей вокруг и проговорил со злостью, срывающимся голосом:
— Вы по своим стреляете, уроды. Твари!
— Отставить ругань, — прохрипел седой офицер. — Что за разговорчики в эфире?
Командор ещё жив. Я шёл к нему, пока путь мне не преградил высокий молодой офицер. Светлые волосы торчали дыбом, левый глаз налился кровью, правое ухо опухло, а нижняя часть лица перевязана бинтами. Там, где должен быть рот, расплылось кровавое пятно.
— Это кто тебя так приложил, Юджин? — тихо спросил я.
Капитан Флетчер что-то промычал, совсем неразборчиво. Похоже, пуля или осколок задели рот. Говорить не мог совсем.
— Молчи, — сказал я. — Беру командование на себя.
Флетчер кивнул, но сморщился от боли. А я подошёл к окну и сел рядом с командором Шлейном. Командор тоже не из северян, как и Флетчер, но он в десанте с самого первого дня появления этого рода войск.
Шлейн открыл глаза.
— Вернулся, Климов?
— Вернулся. У нас проблемы. И утром будет хуже.
У него минимум три тяжёлых ранения. Получил пулю в живот, грудь, да и голова перевязана не просто так.
— Что нашёл? — спросил он слабым хриплым голосом.
— В штабе крепости засел шпион. Передал пустынникам свежие радиокоды, а нам старые. Поэтому крепость стреляет по нам. Они её наводят.
— А я думал, они сами так мажут, — Шлейн хмыкнул.
— Но это не самое худшее. Они устроили радиоигры, передают в наш штаб то, что выгодно пустынникам. В том числе от нашего лица.
— Дерьмище, — прохрипел командор. — Полный бардак, и никто этого так и не понял.
Я полез в сумку, доставая бумаги, продолжая говорить:
— На завтра в восемь утра запланирована операция. Они хотят заманить в этот район побольше имперских сил.
— И она попадёт в засаду? — спросил он.
— Хуже. Они подорвут все мосты и отрежут район от остального города. И мы тоже останемся здесь, если не успеем отойти.
— Окружение и избиение, — прохрипел командор. — Хитрые гады. Но как мы свяжемся со штабом, если нет новых кодов?
— У сухарей они есть. И у нас теперь тоже.
Шлейн посмотрел на меня и слабо улыбнулся.
— Знаешь, Климов, — сказал он. — С самого первого дня я знал, что не ошибся, когда брал тебя на крепость, хотя меня отговаривали. Но я сразу увидел, что ты на своём месте.
— Благодарю, командор. Принимаю командование на себя.
Он пожал мне руку и что-то пробормотал слабым голосом, закрывая глаза.
Я передал коды радисту. Тот с удивлением посмотрел на мятую грязную бумажку с имперским гербом в виде ветвистого кольца и подписью «Совершенно секретно», потом на меня, и сразу склонился к рации, начиная крутить ручки.
Едва он закончил, как рация будто взорвалась от шума в эфире.
— … вы чё там, уснули?.. — проорал кто-то, а затем последовал звук выстрелов.
— … прошу разрешения на отход… — следом взрывы.
— Гнездо-3, вы куда, ***, бомбы сбрасываете? *** ***, вы куда на своих бросаете?!
— Гнездо-1, Гнездо-1, — этот голос был слышен чётко. — Это Заря-2! У меня три коробки сгорело с утра! Прошу разрешения на отход, в квадрат 4-2-2-7! Всех пожгут!
— Отставить, Заря! Запросите помощь Беркута! Он рядом с вами.
— Да нет его здесь! Нигде нет! Тут вообще наших нет! Вы куда нас отправили вообще?!
— Как нет, Заря?! Они только что передавали…
В городе происходил хаос, что понятно по тону переговоров, которые велись совсем не так, как принято по регламенту. А ещё мы на общем канале, который слушают враги. И корректируют свои планы, чтобы нанести нам больше ущерба.
— Начинай, — сказал я радисту.
А сверху начались очередные взрывы. Крепость снова открыла огонь.
Радист откашлялся и начал:
— Гнездо-1, Гнездо-1! — произносил он новые позывные. — Это Беркут-2! Приём!
— Беркут-2, это Гнездо-1, слышу вас. Приём. — почти сразу ответил голос из радиостанции.
Слышно было чётко. Ведь штаб сидел в летающей крепости, а там мощные радиостанции.
— Гнездо-1, вы по нам стреляете со вчерашнего дня! Прекратите огонь!
— Это невозможно, Беркут! — голос был удивлён. — Вы же сами передали координаты! Кто это вообще говорит? Кто это говорит, мать вашу? Подтвердите личность.
— Это я Беркут-2! — тут же возмутился другой голос. — Кто это там в эфире?
Уже выдают себя за нас. Но этих хитрых гадов мы достанем.
Глава 5
Я сделал знак радисту, и он протянул мне гарнитуру.
— Коды скомпрометированы, Гнездо, — произнёс я. — Запрашиваю смену всех кодов и позывных. Они в руках врага.
— Подтвердите личность, Беркут, — упрямились в штабе.
А если не подтвердить личность, то они хоть и сменят коды, ведь они так или иначе уже скомпрометированы, но продолжат огонь по квадрату, ещё сильнее, чем раньше. Надо их убедить.
— Передайте Гнезду-1 привет его деду от моего прадеда, — произнёс я.
Это вообще не пароль. Но я знал, кто командует, и знал, что он всегда слушает эфир. И мы с ним говорили до высадки. Он поймёт, что у десантников новый командир, и что это я.
Так и вышло.