Ники Прето – Дом костей (страница 47)
Они оба были покрыты грязью, и хотя вода из источника почти смыла подводку под глазами Рен, в волосах у нее все еще виднелась запекшаяся кровь.
Огонь наконец разгорелся, и хотя сырые дрова дымились, Рен знала, что старые тлеющие угли помогут им не потухнуть.
Джулиан откинулся на пятки и посмотрел на нее с довольным выражением на лице.
– Почему ты вернулся? – внезапно спросила Рен. – То падение… ревенанты… Я была обречена.
– Но ты же выжила, верно?
Рен посмотрела на Джулиана, приподняв брови, и он отвернулся.
– Я должен был знать.
Она подумала об отце Джулиана, о сотнях других людей, которых он, возможно, знал и любил, но потерял из-за Пролома. Может, они так и не умерли окончательно, так и не обрели покой. Найди Джулиан ее мертвое тело, что бы он сделал?
– Это несчастный случай, – сообщил кузнец, и Рен в замешательстве нахмурилась. – Хлыст.
Выражение лица Джулиана было напряженным, и девушка поняла, что, вероятно, он хотел сказать это с того самого момента, как нашел ее.
– Я знаю, – заверила она с некоторой долей недоумения. Случись подобное в начале их путешествия, она бы действительно сомневалась. Но сейчас эта мысль даже не приходила ей в голову. Что бы она ни знала о Доме Железа и кознях, которые его жители строили к востоку от Пограничной стены, Рен не верила, что Джулиан способен смотреть ей прямо в глаза и намеренно обречь на смерть.
Но от его слов что-то тяжелое поселилось в ее груди.
– Так вот почему ты вернулся? Сказать, что не пытался меня убить? Чтобы не осталось недопонимания?
– Нет, – осторожно ответил Джулиан, избегая встречаться с ней взглядом. – Не совсем.
– Тогда почему?
Рен не знала точно, на что надеялась, но по мере того как тянулись секунды молчания, она решила, что не желает слышать отговорки, которые Джулиан силился придумать.
– Я хочу искупаться, – объявила она, вставая. – И мне нужно снова высушить одежду.
Джулиан взглянул на свою промокшую рубашку и грязные перчатки. С тех пор как они вернулись, Рен смотрела на пятно грязи, которое портило его бледную кожу.
– Я не стану торопиться, так что можешь тоже привести себя в порядок.
Рен не знала, почему проявила к кузнецу такую доброту, ведь в данный момент он раздражал ее по причинам, которые она сама не могла объяснить. Но его реакция, вернее, отсутствие таковой, на ее наготу отличалась от того, как он относился к собственному телу. По какой-то причине, о которой она могла только догадываться, Джулиан не снимал перчаток или рубашки даже перед лицом смертельной инфекции. Рен уже прижималась к нему, так что знала, что у того нет никаких причин переживать из-за своего телосложения. В чем бы ни была проблема, Джулиан не отказался бы помыться, так что Рен решила предоставить ему уединение, в котором он так нуждался.
– Хорошо, – сказал Джулиан и тоже поднялся на ноги. Когда Рен начала расстегивать свою рубашку, он отвернулся. – Хорошо.
Она стянула штаны и скинула сапоги, желая, чтобы он посмотрел на нее так же, как прошлой ночью, когда промывал ее рану.
Но Джулиан этого не сделал.
Мокрая ткань не казалась Рен такой тяжелой, как раньше, так что она приложила все усилия, чтобы разложить одежду, а не оставлять ее лежать мокрой кучей. Все это время Джулиан пристально смотрел на дальнюю стену, такой же далекий и недосягаемый, как всегда.
Спускаясь по скользким ступенькам, Рен вошла в воду, пока та не прикрыла грудь. Она обернулась, но Джулиан не двинулся с места.
Разочарованная, она уже собиралась полностью погрузиться в воду, когда он заговорил:
– Я в тебе нуждаюсь.
От этих слов Рен вздрогнула и нахмурилась. Джулиан посмотрел на нее краем глаза. Увидев, что Рен вошла в воду, он повернулся к ней лицом.
– У тебя же был мой меч, и ты имел дело с большим количеством ревенантов, чем любой кузнец за последние два десятилетия, – возразила Рен. – Так что я тебе не нужна.
Джулиан ответил не сразу. Вместо этого он посмотрел на нее, как прошлой ночью – по-настоящему. Сначала взглянул в глаза, потом на губы и скользнул взглядом ниже и ниже, пока не добрался до воды. Из-за богатого содержания минералов и темноты полупрозрачный источник напоминал молоко, так что Джулиан мало что мог рассмотреть. Но он смотрел.
С полуприкрытыми глазами, радужки которых стали такими же черными, как и зрачки. От этого взгляда все внутри Рен сжалось.
– Тогда не нуждаюсь, а хочу, – мягко сказал он.
Губы Рен приоткрылись, но она ничего не ответила.
Не отводя взгляда, Джулиан направился к ней. Он остановился у края и присел, для равновесия положив между своими ботинками руку в перчатке. Кузнец перевел дыхание и продолжил тихим голосом:
– Я не хотел переходить на другую сторону моста без тебя. Ты и я… мы хорошо справляемся вместе.
Рен сглотнула. Честно говоря, она не ожидала услышать что-то подобное от кого-либо и меньше всего от Джулиана. Казалось, слова давались ему нелегко, и как бы Рен ни хотелось позлорадствовать по этому поводу и смутить Джулиана, на самом
Лео хотел общаться с ней, потому что считал, что они весело проведут время. Так оно и было, но, по правде говоря, они с Лео были похожи так, словно Золотой принц был ее отражением в зеркале. Но Джулиан… скорее был противоположностью Рен. Она действовала опрометчиво и смело, в то время как он – вдумчиво и с подготовленной стратегией. Ей нравилось смеяться и находить что-нибудь забавное даже в самых мрачных ситуациях. Он же относился серьезно и с уважением ко всему, даже к тем, кто желал ему зла.
Они не отражали друг друга, а скорее дополняли. Как сложившиеся вместе кусочки головоломки.
Выражение лица Джулиана стало непроницаемым, он явно подавлял свои эмоции, и Рен вдруг осознала, что так и не ответила. Он открылся ей, обнажил себя, свои желания, а она так ничего и не сказала. Пусть в этот момент она тоже была обнажена, но это не шло ни в какое сравнение.
Он оставался так близко, что, глядя на его горло, она поняла, как участился его пульс. Рен была готова еще раз поспорить на фамильный кинжал, что Джулиану отчаянно хотелось отказаться от своих слов. На его месте она хотела бы того же. Но он этого не сделал. Он нес ответственность за сказанное, даже если это было непросто.
– Ты умеешь плавать? – прошептала Рен.
– Что? – переспросил Джулиан. – Умею.
Прежде чем она успела передумать, Рен схватила кузнеца за запястье и потянула.
Джулиан выпучил глаза, прежде чем нырнуть в воду головой вперед.
Рен отпрянула, ожидая, пока он не вынырнул, потрясенный и отплевывающийся. Джулиан тряхнул головой, чтобы убрать волосы с глаз, и повертелся, пока не заметил ее. Удивление на его лице сменилось… не гневом, а неистовым желанием взять реванш.
Он бросился на нее, и Рен, вскрикнув, отплыла, чтобы образовать между ними дистанцию, а после нырнула под воду. Она направилась к открытой двери, чтобы выплыть в широкий источник.
Когда девушка вынырнула, чтобы глотнуть воздуха, секундой позже у нее за спиной показался Джулиан. Струи дождя стекали со скал, окатывая обоих, как если бы они стояли под водопадом.
Джулиан снова тряхнул волосами и двинулся вперед, чтобы отрезать ей путь к отступлению.
Рен вскрикнула, развернулась, но оказалась прижатой к скалистому берегу. Теперь кузнец, понимающий, что поймал ее, медленно приближался с торжествующей улыбкой на лице. От этого и без того напряженный желудок Рен сжался еще больше.
– Ты за это поплатишься, – сказал Джулиан, упираясь руками по обе стороны от нее и тем самым заключая ее в ловушку.
В таком положении было трудно оставаться на плаву и при этом не дотрагиваться до него ногами. Рен боролась с противоречивыми эмоциями. Ей хотелось сопротивляться, смеяться – на одном вдохе требовать, чтобы он наказал ее, а затем, на следующем, умолять, если он этого не сделает.
Они были близко друг к другу, так близко, и напряженный, озорной блеск в глазах Джулиана сменился настороженностью. Неуверенностью.
– Я тоже не хочу заканчивать это путешествие без тебя, – тихо сказала Рен, чувствуя себя так, словно раскрыла все свои карты.
Выражение лица Джулиана смягчилось, и его внимание снова переключилось на ее губы. Его взгляд был горячим, напряженным. Он неуверенно протянул руку и провел большим пальцем по ее нижней губе. Хотел ли он стереть остатки черной краски или желал прикоснуться к ней?
Рен стало интересно, кажется ли она Джулиану более привлекательной в таком виде, без очевидных атрибутов костолома. Или менее привлекательной? Были ли чувства, возникшие между ними, желанием соблазнить врага? Испытать что-то неизведанное? Или за этим скрывалось что-то другое? Что-то… большее?
В ответ на прикосновение Джулиана Рен провела языком по дорожке, проложенной его большим пальцем. Он наблюдал за этим голодным взглядом, и она больше не могла сдерживаться.
Рен оттолкнулась от камня за спиной и набросилась на Джулиана, обвив ногами его талию, запустив пальцы в его волосы.
Ее губы встретились с его, мягкими, гладкими и чуть солоноватыми от воды.
Джулиан скользнул в ее рот языком, углубляя поцелуй. По коже Рен разливалось тепло, от которого ее щеки покрылись румянцем.
Джулиан обхватил ее спину руками и какое-то время не двигался, пока с тихим рычанием не скользнул ладонями вниз. Он сжал ее в объятиях, притянул к себе, сопротивляясь движению воды, создавая свой собственный ритм. Губы Рен горели, сверкающий жар охватил ее тело. А Джулиан… Рен, казалось, хотела поглотить его. Она полностью отдалась поцелую, покусывая, дразня и притягивая Джулиана все ближе, ближе, ближе.