Ника Ёрш – Темные секреты драконов. Часть 1 (страница 10)
Миртон снова сжал кулаки. Черные глаза болезненно сверкнули. На висках появилась испарина. И я второй раз за два дня ощутила вину.
Как же это все мне не нравилось!
– Ты в курсе, что в твоей ауре остался «подарочек» от проклятия? – уточнила я, подзывая гера Эшера к себе.
Честно говоря, ждала, что он станет угрожать жалобой в деканат. Имел право. Или пригрозит, что расскажет все богатому папе. Одет парнишка был дорого, вел себя развязно. Точно не из бедных и не из тех, кто привык к проигрышам.
Мне хотелось, чтобы Эштон проявил свои худшие черты и накинулся с обвинениями. Тогда чувство вины могло утихнуть. Но увы…
– Я все равно сниму остатки этого проклятья, – сказал Эшер, упрямо сцепив зубы. – Мне не требуется помощь. Жалость – тем более. Вы идете? Или не нужно провожать?
Это был хороший ответ. А чувства, которые я испытывала, хорошими не были. Меня накрыло стыдом.
«Да чтоб вас всех!» – подумала я, призывая тьму и посылая легкий импульс в голову парня. Остатки проклятия растворились без следа за пару секунд. Эшер дернулся, затем облегченно вздохнул и потер пальцами виски. Но когда снова посмотрел на меня, в глазах не было и толики благодарности.
– Я сделал бы все сам, – заявил он упрямо. – Верните все как было. Думаете, не разберусь?
– В следующий раз – обязательно, – ответила я, смиряясь с тем, что должна сделать дальше. – Но сначала повторишь формулы. Будешь приходить ко мне по вторникам после шестой пары. Поработаем с твоими навыками снятия проклятий. У тебя талант. Посмотрим, смогу ли я чем-то помочь в его развитии. Но предупреждаю: будет больно.
– Это же дополнительный сегмент, – нахмурился парень. – Здесь ему обучают только на четвертом курсе.
– Хочешь подождать? – усмехнулась я. – Мне показалось, ты давно изучаешь тему самостоятельно, так что лучше делать это под руководством знающего человека. Уж поверь. Я специализируюсь на этом. До академии работала в департаменте ликвидации последствий магических преступлений. Так что смогу помочь. Сегодня ты нарушил формулу, и получилось только хуже. В общем, если заинтересован, согласна немного натаскать тебя.
– А вам с этого что? – Эшер склонил голову к правому плечу. – Зачем вам мне помогать?
– Мне так будет спокойнее, – честно ответила я. – Буду знать, что ты не навредишь себе, пока являешься моим студентом. И сможешь ликвидировать последствия моей злости, если доведешь на уроке. Так что?
– Я приду, – согласился Эшер.
– Хорошо. – Улыбнувшись, кивнула в сторону. – А теперь я иду в подвал. Не терпится взглянуть на почти дипломированных магов и их слаженную работу над телом. А ты – прочь с глаз. Надоел.
Эшер встал у меня на пути.
– Что еще? – удивилась я.
Напустив на себя делано-безразличный вид, парень уточнил:
– А сегодняшнее проклятье снимать научите? По правильной формуле.
– Да. Мы начнем как раз с него и будем набирать обороты постепенно. Станет страшно или сложно – уйдешь, – ответила я.
– Не уйду. – Он неожиданно заулыбался: широко и задорно. А в темных глазах разгорелось предвкушение скорых приключений. – До вторника, гера Эффит. Я знал, что вы захотите видеться чаще!
Я заломила бровь и поводила Эшера задумчивым взглядом, гадая: не совершила ли ошибку? Курс снятия и наложения проклятий действительно начинался с четвертого года обучения, но… Этот парень мог навредить себе, экспериментируя самостоятельно. Я ведь видела такое во время работы. Значит, лучше возглавить бардак в его голове и направить в верное русло.
Обдумывая случившееся, я спустилась на нулевой этаж, вошла в вотчину преподавателя патологоанатомии и поморщилась: не от страха или омерзения, а от холода, сковавшего внутренности. Меня встретили стерильность, запах свежести и ощущение близости смерти.
Я быстро прошла к секционной и замерла у окна, которое с другой стороны выглядело как зеркало.
За стеклом проходил урок. Внутри я насчитала девять человек. Семеро студентов, преподаватель и тело недавно погибшего, которое как раз готовили к изучению.
Что ж, пришло время знакомства с пятым курсом будущих светил некромантии. Собравшись, я начала рассматривать их слева направо, по очереди.
Первым мое внимание привлек парень, сидящий в углу секционной. Далеко от остальных. В полусогнутом положении он медленно вращался на крутящемся железном табурете то влево, то вправо. И смотрел в пол. Я видела его профиль – выдающийся упрямый подбородок, крупные губы, прямой нос, густые черные брови. Брюнет. Нарочно взъерошенные волосы были уложены в красивом беспорядке. Случайно такого не добиться. Из-под распахнутого белого халата виднелась футболка-поло черного цвета и укороченные черные брюки по последней моде. Кожа у парня была бледной до синевы. Руки он сцепил на коленях.
Я стала припоминать прочитанное в делах и узнала парня: его звали Даниэ́ль А́стрид. Потомственный некромант, воспитанный тетей (сестрой матери), талантливый зельевар.
Преподаватель взмахнул рукой, отвлекая меня от созерцания унылого Даниэля. Судя по всему, всех звали поближе к телу, действо начиналось.
Я не включила звук, чтобы не отвлекаться на голоса. Студенты подошли к секционному столу. Все, кроме Даниэля. Тот продолжал крутиться на табурете. Крылья его носа трепетали. Он поджимал губы, кривил их, его голова все сильнее кренилась вниз.
Наблюдая за ним, поняла: это новый сюрприз от Налсура. Некромант-пятикурсник с боязнью трупов.
– Как он вообще дотянул досюда? – вырвалось у меня. – И я – его куратор. Я – ответственная за судьбу недотепы, боящегося своей работы. Ну отлично. Спасибо тебе, Налсур, за очередную подставу…
Сердито вздохнув, принялась наблюдать за остальными.
Остались пять парней и одна девушка, копающаяся в руннофоне: миниатюрная блондинка с черными губами и пирсингом в носу. Вспомнила и ее: Ю́лия Бье́рт. Из семьи боевых магов с севера. У нее семеро братьев. Единственная любимая дочь Аарона Бьерта – знаменитого борца с нежитью. Она – точно не моя цель. Ее родители живы и здоровы.
Объект, которого мне велели отыскать, сирота. Или приемный ребенок. И он появился в Икоре около восьми лет назад. Не раньше.
Дальше внимание привлек элегантный худощавый выпендрежник. Пепельный блондин. Этот парень оказался чрезвычайно подвижен, но каждое его действие у секционного стола выглядело отточенным до мелочей. Все остальные флегматично передали ему бразды правления и лишь наблюдали за действиями. Даже преподаватель расслабленно попивал чай чуть в стороне. А парень манипулировал у тела на столе.
– Александр Форт, – припомнила я имя студента. – Единственный ребенок в семье исконных магов Икоры. Два года учился на лекаря, но из-за проснувшейся тьмы был переведен в некроманты.
Выглядел он совершенно нетипично для темного. На нем были классические брюки со стрелками, кипенно-белая рубашка и халат. Бледная кожа, слишком светлые волосы, серые глаза с длинными темными ресницами и темными же бровями. Холеный, знающий себе цену. Эталонный красавчик, покоритель сердец, но никак не некромант.
По поведению Александр также казался слишком открытым и раскрепощенным. Он действовал спокойно и уверенно, говорил с легкой улыбкой. Словно выступал на сцене или на кафедре перед многочисленными слушателями. Явно не моя цель.
Но сразу отвести взгляд я не смогла: заинтересовалась его действиями. Александр как раз взял в руки инструмент, повернулся к остальным и принялся что-то рассказывать. Его слушали не перебивая. Преподаватель кивал, наслаждаясь бутербродом.
Рассматривая Александра, я вспомнила свои выводы, сделанные еще вчера: парень не представлял для меня интереса, потому что его родители не погибали. Но в деле Александра стояла пометка, сделанная рукой Налсура: «
Последнее заставляло меня нервничать.
Пока смотрела на Александра упустила важное: меня разоблачили. И теперь я ощущала на себе чей-то тяжелый, пронизывающий взгляд.
Наблюдатель находился в секционной. Им оказался смуглый коренастый парень среднего роста. Молодой человек словно видел меня сквозь зеркало. Его черные чуть раскосые глаза были полны печали, в которую он погружал и меня. Я ощутила, как много всего давило в последние месяцы, как я устала, как истощена…
Крупные полные губы парня приоткрылись. Он что-то зашептал, и я поняла, что замерзаю. Содрогнулась всем телом и случайно отвела взгляд от студента. Оцепенение моментально спало. Я поспешно отошла в сторону, а парень продолжил смотреть на опустевшее место. Из моей груди вырвался вздох облегчения.
– Просто совпадение, – пробормотала я, но на всякий случай пальцем нарисовала на стекле формулу защиты.
Черноглазый задумчиво склонил голову влево. Его темные, сильно отросшие волосы упали на высокий лоб. Миг – и парень отвернулся, пряча подбородок в высоком горле теплого зеленого свитера. Поежился, словно сильно замерзал, хотя остальные были одеты гораздо легче.
– Та́ттис Чесс, – припомнила я, глядя на одного из главных кандидатов в подозреваемые. – Очень талантлив. Чистокровный шокрилиец. Воспитанник приюта для беженцев. Был вывезен из королевства во время переворота.
Таттис прошел вперед и встал за Александром Фортом. Я недовольно покачала головой. Хотелось лучше рассмотреть парня и прислушаться к своему чутью. А вдруг мне повезло, и счастливый билет на свободу уже обнаружен?