Ника Веймар – Некромант в яблоках (страница 50)
– Д-да, но он разряжен, – пробормотала я, протягивая ему светлый камень.
– На один раз еще хватит, – уверил меня маг.
Тяжело ступая, направился к арке. Я встала перед ним, озаренная внезапной мыслью. Он говорил, что я могу отдать свой темный дар тому, у кого его нет. Так пусть забирает, если это возможно! Спросила с отчаянной надеждой:
– Рэй, я могу отдать свой дар некромагии тебе?
– Нет, – мотнул головой он.
– Мжш-ш-шна, – скрипуче просипел пенанггалан.
– Тебя кто спрашивал?! – рыкнул на него мастер смерти.
– Мж-ж-на, – уверенно повторила мертвая голова, утвердительно качая подбородком. – Счас-ш-ш… час-с-ш-ш-ш… врмя-с-ш-ш…
Все, что я поняла из шипения ссохшихся связок, так это то, что времени оставалось немного. Решать надо было сейчас.
– Даже не думай! – строго заявил мне тер Фоскор.
– Рэй, так будет лучше для всех! – я умоляюще смотрела на него. – Забирай, мне не жаль! Хороший маг земли и хороший некромант по отдельности лучше, чем хороший маг земли и плохой некромант в одном! Ты Хранитель, герой приграничья, ты знаешь, как обращаться с этой силой и… и можешь научить кого угодно! Прошу тебя, возьми темный дар. – И тихо добавила, не отводя взгляда: – И меня в придачу.
Рэйдан несколько долгих мгновений смотрел в мои глаза, а потом наклонился и поцеловал. Пока мягко, не удерживая, давая возможность передумать и отстраниться. Но я все для себя уже решила. Так было правильно, так было справедливо. Разве что фетча немного жаль, я успела привыкнуть к своей серебряной змейке, но… У меня останется
Продолжая целоваться, мы прошли под аркой, и маг на несколько мгновений оторвался от моих губ, осмотрелся вокруг. Подхватил меня под ягодицы, поднимая, и шагнул куда-то вбок, под защиту уцелевшего перекрытия. Тут даже камней на полу было меньше. Рэйдан снова вернулся к моим губам, а я обвила поясницу некроманта ногами, вжимаясь сильнее и, держась одной рукой за его плечи, второй отчаянно, суматошно пыталась выдернуть из-под ремня рубаху. Маг свободной рукой сорвал с себя плащ, бросил его на какой-то каменный выступ и усадил меня туда. Что-то упало на пол, жалобно звякнув. Некромант на мгновение отстранился, прижался лбом к моему лбу, спросил хрипло, тяжело дыша:
– Не передумала? Последний шанс отказаться.
– Даже не думай! – с удовольствием вернула я ему его фразу.
Рэйдан усмехнулся и снова накрыл мои губы поцелуем. Застежки обеих мантий легко поддались его умелым пальцам, следом настал черед блузки, которую он просто потянул вверх. Его рубашка к этому времени черной лужицей валялась где-то на полу, и я, едва не всхлипывая от наслаждения, касалась гладкой, горячей кожи. Захолодило обнаженную, слишком чувствительную грудь, но ее тут же согрели умелые губы. Я выгнулась навстречу этому откровенному поцелую, не смущаясь, не сомневаясь и не жалея. Ловила, запоминала прикосновения пальцев и губ к шее, ключицам, плечам, животу. Тихо щелкнула пряжка ремня, а потом Рэй обхватил мои запястья одной ладонью, прижал над головой к холодному камню. Я обхватила его ногами за поясницу, скрестила лодыжки. На миг стало страшно: слишком маленькой и хрупкой я казалась по сравнению с Рэйданом.
– Отдаешь темную силу добровольно и без сожалений? – сквозь зубы выдохнул некромант.
– Да, – шепнула я и затаила дыхание.
Тихо вскрикнула, скорее от неожиданных, незнакомых ощущений, чем от боли, когда он подался вперед, одним плавным, глубоким движением разрушая остатки моего страха. Негромкий, размеренный шепот мага отражался от полуразрушенных стен храма, звучал в каждой клеточке моего тела. Плескался внутри, скручивался в тугую черную спираль внизу живота навязанный темный дар, перетекая из моего тела в другое. Рэй увеличивал темп, двигался резкими, сильными толчками, каждый из которых разливался по телу сладким наслаждением. О боли я давно уже позабыла. Впивалась ногтями в плечи некроманта, стонала, захлебываясь от эмоций и чувств, не умоляя – требуя продолжать, не останавливаться! Пока мир не вспыхнул перед глазами радужным водоворотом, не разлетелся сияющими искрами и удовольствие не накрыло с головой. Кажется, мой протяжный, довольный стон совпал с прерывистым, громким выдохом Рэя.
Уткнувшись лбом в горячее плечо некроманта, я обнимала его ослабевшими руками, все еще вздрагивая от отголосков волн наслаждения. Теплое дыхание мага щекотало мой висок. Было хорошо-о-о… Настолько, что даже шевелиться не хотелось. И почему-то клонило в сон.
– Как ты, маленькая? – тихо спросил Рэйдан, отстраняясь.
Накинул на мои обнаженные плечи сползший плащ, потянул вниз юбку, прикрывая бедра. Я вяло шевельнулась и честно призналась:
– Превосходно. Только спать хочется…
В полумраке было не видно, изменилось ли что-то, но мне показалось, что волосы Рэйдана снова потемнели.
– Последствия передачи дара, – мягко пояснил мастер смерти.
Снял меня с каменного выступа, поправил и застегнул одежду. Наклонился за своей рубашкой.
– А теперь точно – обратно, – произнес он. Прижал меня к себе, тихо шепнул в макушку: – Ты мое чудо.
У меня уже слипались веки. Я прижалась щекой к его груди и все-таки провалилась в вязкую, бархатную дрему. Урывками, точно о ком-то чужом, не о себе, помнила вспышку портала, журчание теплой воды, осторожные прикосновения ладоней к телу, пушистую мягкость полотенца и прохладную гладкость сорочки.
Проснулась я в своей комнате. Одна. Ну, как одна: с фетчем на запястье и Аресом на изголовье кровати. Собственно, крысомыш меня и разбудил. Радостно пискнул и вручил букетик из мяты и душицы. Села, пытаясь понять, сон это был или все-таки нет. Тело отозвалось сладкой истомой и легким потягиванием в деликатных местах. И ушибленное колено побаливало. Щеки опалило запоздалым румянцем. Ох, как мне только вчера хватило смелости буквально требовать у Рэйдана, чтобы он… скажем так, забрал себе мою некромагию.
– Тебя тоже нужно отдать? – спросила я у наблюдавшего за мной браслета.
Правое запястье тоже почему-то слегка ныло, хотя никаких повреждений я на нем не видела. Фетч возмущенно зашипел и покрутил кончиком хвоста возле головы. Шикнул на Ареса, тот мигом подхватил и принес мой визор, и кобра бодро отстучала в нем кончиком хвоста: «Я наследство рода. Перейду только близкому по крови. Снять уже можешь, передать – нет».
– Я рада, – искренне призналась я, решив не ругать своенравный артефакт за то, что он только сейчас демонстрирует мне некоторые свои таланты. И снимать его тоже не хотелось. – А ничего, что во мне больше нет темного дара? Нет же?
Прислушалась к себе, мысленно потянулась внутренним взором. Некромагия действительно покинула меня. Осталась только родная, привычная с детства зелень. Только я теперь различала в ней отблески всех стихий. В том числе темной.
Кобра отвечать на глупый вопрос не стала. Ткнула хвостом в значок непрочитанного сообщения и снова замерла на запястье. Я открыла текст. Рэйдан писал, что срочные дела требуют его присутствия во дворце, и обещал найти меня, как только освободится. Постскриптум заставил меня улыбнуться: «Нет, мы не расстались. Даже не надейся теперь от меня избавиться». Да я и не подумала об этом. Слишком доверяла ему и не сомневалась. А потом увидела, что визор переведен в беззвучный режим и на нем уже больше трех сотен пропущенных вызовов и сообщений от родителей. Ахнула, понимая, что напрочь позабыла о них за собственными переживаниями. Бедные, как же они за меня волновались! Тут же набрала, успокоила, насколько сумела, выслушала справедливое негодование и пообещала все рассказать при встрече.
Академия гудела, точно раздраженный улей. Временно отменили занятия, но ввели комендантский час и в город никого не выпускали. В Санарде неизвестно откуда появилось три костяных дракона. Для их уничтожения срочно были вызваны мастера смерти из приграничья. Твари не успели натворить серьезных разрушений, но несколько человек пострадало. Слава матери-природе, никого из близких мне людей среди них не оказалось.
Преподаватели были заняты по горло, выловить кого-то из них не представлялось возможным. Зато по академии ползли странные слухи, каким-то образом связанные со мной и тер Фоскором. Вот только меня в них посвящать никто не спешил. А после обеда меня вызвали к ректору. Тот был не один. В его кабинете сидел мужчина средних лет с невыразительной, серой внешностью. Собственно, по ней можно было безошибочно определить род его занятий, даже если бы он не был в темно-синем мундире королевских дознавателей.
– Эрика Деларосо? – негромко осведомился он. – Я хотел бы задать вам несколько важных вопросов. С вашего согласия, разумеется.