Ника Варназова – Приключения Швфлямчега Опрстуфа (страница 5)
– Пытаюсь предположить, как выглядят их создатели. Роботы не имеют ни камер, ни световых индикаторов. Они не реагировали на свет наших фонарей, но мгновенно активизировались от громкого звука.
Швфлямчег указал на ближайшего робота, который, казалось, слушал гудение НаучБота, поворачивая к нему разные бока своего бугристого тела.
– Очевидно, привычное нам зрение у них отсутствует. Они ориентируются по звуковым волнам. Развитая эхолокация, – продолжил Швфлямчег, мысленно уже набрасывая введение к новой статье. – Их создатели, вероятно, живут в условиях постоянной темноты или в мутной среде. Основные чувства – слух, осязание. Возможно, обоняние.
Тем временем снаружи началась какая-то суета. Часть роботов, покинувших корабль, не стала разбегаться по городу и даже не захватила ближайший ларёк с пончиками, как было в недавно нашумевшем блокбастере «Пончики смерти». Вместо этого они целенаправленно окружили поле. Насекомые почему-то ещё не пытались сломать жала и жвала о корпуса вторженцев. Впрочем, едва ли это было вторжением – роботы выстроились точно по периметру, но на само поле не закатился ни один.
– Они копают, – сообщил Вапролд, глядя на трансляцию с внешних камер. – О… Смотрите-ка, в шарах открылись дырки. Пришельцы знают толк в бильярде. А, нет, это всего лишь перечницы…
Из отверстий в корпусах инопланетных машин вылетели рои крошечных чёрных дронов, которые тут же устремились в почву.
– Надо их остановить! – воскликнул кто-то. – Мы не знаем, что они делают! Нужно подключать силовиков!
– Ни в коем случае! – голос Ячсмит перекрыл нарастающий шум. – Пока они не проявляют открытой агрессии по отношению к людям или животным, мы не имеем права вмешиваться. Это может быть расценено как объявление войны.
– На редкость самоубийственная стратегия! – взвился Вапролд. – Мы просто стоим и смотрим, как потрошат нашу планету! Точно так же пару веков назад дохрена этичные идиоты позволили радикальным исламистам захватить половину Европы, потому что боялись показаться невежливыми!
– Коллега, – вмешался медицинский этик Апротимс, поправляя запотевший (очевидно, бракованный) респиратор, и его тон был настолько полон замаскированного под терпение раздражения, что даже Швфлямчег приподнял бровь. – Кол-ле-га. Напоминаю вам, что те события были официально отменены Верховным Судом как исторически неполиткорректные и травмирующие. Следовательно, прецедентом они являться не могут.
Вапролд уже открыл рот, чтобы высказать всё, что думает о Верховном Суде, истории и умственных способностях этиков, но его прервал сигнал НаучБота.
– Код расшифрован, – сообщил ИИ. – Прогресс сто процентов. Шестьдесят четыре процента работы выполнили сами инопланетные роботы, декодировав наши языки программирования быстрее. Контакт установлен.
– Чудесно! – Ячсмит мгновенно преобразилась и прямо-таки засияла. – НаучБот, поприветствуй гостей. Передай им информацию о человечестве, о нашей культуре, науке… И запроси сведения об инопланетянах. Мы хотим видеть капитана. Или слышать. Или как это у них работает…
Прошло несколько томительных минут. Роботы вокруг НаучБота замерли, издавая лишь тихое мурчание.
– Получен ответ, – наконец произнёс НаучБот. Голос его был, как всегда, дружелюбно-равнодушным, но по возросшим паузам между предложениями было понятно, что думает он на полную мощность и чем-то по-своему глубоко озадачен. – Инопланетянин – это облако пыли, находящееся в данном помещении.
Все учёные дружно уставились на взвесь, зависшую в воздухе.
– Это… шутка? – спросил Вапролд.
– Нет. Это существо, состоящее из миллиардов микроскопических частиц. Оно прибыло сюда, чтобы установить контакт с собратом по разуму.
– Ура! – воскликнула молодая аспирантка-лингвист. – Мы не одни в этой части вселенной! Они прилетели к нам!
На радостях она обняла стоявшего рядом учёного. Это оказался тот самый айтишник, который ещё не адаптировался к непривычному интерьеру, и, кроме того, как и многие люди его профессии, страдал ограничением социально адаптивного ресурса. Потому, не выдержав нового стресса, бедняга всё-таки рухнул без чувств. Аспирантка взвизгнула и чуть ли не в слезах побежала за ждущими снаружи МедБотами.
– Дополнение, – объявил НаучБот. – Инопланетные роботы полностью проигнорировали пакет данных «Человечество». Файлы с историей, искусством и биологией людей были удалены как спам. Зато они проявляют сильный интерес к архитектуре, парковым зонам и, в особенности, к тому полю снаружи. Они запрашивают схемы корневой системы.
В повисшей тишине было слышно, как Швфлямчег Опрстуф поправляет шляпу.
– Хм, – сказал он. – Это логично.
– Что логично? – рыкнул Вапролд. – Что куча пыли считает нас пустым местом?
– Он прилетел не к нам, – спокойно пояснил Швфлямчег. – Подумайте. Облако частиц. Кого он ищет? Того, кто имеет схожую архитектуру.
Он указал рукой в сторону выхода, туда, где за стенами корабля роботы копошились в земле.
– Поле?! – задохнулся господин Длорпав.
– Именно так, – подтвердил НаучБот, получивший новые данные. – Роботы утверждают, что поле является разумным существом, которое мыслит за счёт передачи сигналов с цветок на цветок посредством насекомых.
– А мы для этого инопланетянина – всего лишь фоновый шум, – не без осторожности, видя, как покраснел от ярости его друг, добавил Швфлямчег.
Лицо Вапролда начало наливаться совсем уже нездоровым багровым цветом.
– Ах, шум? – прошипел он. – НаучБот! Передай этому пыльному сгустку, что доминирующий вид здесь – мы! Мы построили города! Мы расщепили атом! Мы изобрели искусственный интеллект, чтоб его! Пусть немедленно обратит на нас внимание!
НаучБот помигал лампочками и принялся тихонько выть, переводя слова на язык, понятный роботам-чужакам.
– Получен ответ, – доложил НаучБот. – Ответ отрицательный. Они утверждают, что люди не соответствуют критериям разумности. В качестве доказательства приложена формула вычисления коэффициента сознания.
На планшетах учёных звякнули уведомления о присланном файле. Это была громоздкая, ужасающая количеством символов математическая конструкция, где переменные, непонятно что обозначающие возводились в степень непонятно с какой целью и делились на непонятно откуда взявшиеся числа.
Физики, математики и инженеры уставились на формулу.
– Бред, – вынес вердикт Вапролд через минуту. – Это не математика, а чёрт знает что. Либо ты, НаучБот, что-то сильно попутал в переводе, либо эти инопланетяне ничего не смыслят в математике. Они делят на ноль в трёх местах!
– Возможно, у них другая… – робко начал кто-то из инженеров, но под взглядом Длорпава умолк.
– НаучБот также получил технические подробности, – сменил тему инженер, пытаясь разрядить обстановку. – Смотрите, как интересно облако строит своих роботов. Это трёхступенчатая система! Сначала облако формирует роботов первого порядка – просто уплотнения пыли, эффективнее взаимодействующие с материей. Ими они собирают роботов второго порядка – примитивные инструменты. И уже инструментами с помощью первых роботов клепают вот эти железные шары. Изумительно! Вот так облака пыли построили целую цивилизацию и космические корабли!
Вапролд тут же забыл про оскорблённую гордость человечества и по уши погрузился в оперативно сделанные НаучБотом чертежи, бормоча что-то про нано-сборку и реконфигурируемые сплавы.
Швфлямчег же, напротив, растерял остатки энтузиазма. Он просмотрел отчёт о химическом составе облака и ничего интересного в нём не нашёл.
– Ни одной органической молекулы, – разочарованно протянул он. – Сплошная неорганика. Ни ДНК, ни РНК, ни даже примитивных белков. Скука. Тут биологу делать нечего. Это к химикам.
Зато этики во главе с Ячсмит развернули бурную деятельность. Они не могли смириться с тем, что их не считают разумными, махали руками, стучали по планшетам, на ходу редактировали формулы, пытаясь подстроить их под логику пришельца. Но проблема заключалась в том, что логику пришельца никто не понимал.
– Мы должны доказать им нашу субъектность! – горячилась синеволосая женщина, тыча пальцем в сторону пылевого образования. – Надо найти способ общаться с ним напрямую.
– Проблема коммуникации, – уныло отозвалась Ячсмит. – Облако-пришелец, судя по скорости движения частиц, мыслит чрезвычайно медленно. Если считать по расширенной формуле интегрированной информации, можно предположить, что одна смысловая цепочка первого порядка внутри его сознания занимает часы, если не дни. Текущее общение идёт через роботов, не задействуя пришельца, но они мыслят узко и не выходят за рамки того, на что их запрограммировали.
Господин Опрстуф отчего-то вспомнил путешествие через ПРОЛАЗ, птиц с их птенцами-памятью и зелёного соплеобразного Укенга. Потом вспомнил защиту докторской диссертации, восторг всего научного сообщества и легонько улыбнулся.
– Мы найдём выход! – громыхал воодушевлённый Апротимс. – Упростим концепции, чтобы донести их до пришельца!
Тем временем роботы, окружавшие поле, закончили подготовку. С пугающей синхронностью они выпустили новые рои, что покоились в капсулах, ожидая своего момента. Раздался низкий гул, земля дрогнула. Огромный пласт почвы – вместе с цветами, травой и злыми насекомыми – был аккуратно вырезан и поднят в воздух. Инопланетные машины, поддерживая свою добычу какими-то непонятными лучами, поплыли к кораблю. В корпусе «О», в той его части, которая больше всего напоминала сковородку, открылся гигантский люк.