Ника Оболенская – Беда майора Волкова (страница 8)
Но мне так нравится, что я стараюсь продлить это чувство. Ерзая сильнее, целуя глубже, вжимаясь в ощутимый бугор и едва не постанывая от накатывающей разрядки.
Мне… мне еще чуть-чуть… еще немножко.
Но сил нет просить. Только чувствовать взаимное влечение.
Когда Волков, оторвавшись от моих искусанных губ, задирает на мне майку и прикусывает сосок, прихожу на секунду в себя.
Боже, мне так хорошо, что руки сами тянутся к поясу его джинсов.
Хочу продолжить, хочу получить весь спектр сумасшествия.
Моя ладонь на его эрекции, моя грудь искусана, а я вдруг с ужасом понимаю: «Еще пара минут, и мы тряхнемся прямо здесь. С утреца пораньше порадуем всех соседей…»
Мысль отрезвляет настолько, что я застываю в руках Волкова.
Почувствовав перемену, Кэп отстраняется от меня.
В тишине машины слышно наше загнанное дыхание. Смотрю в шалые зеленые глаза, прекрасно понимая, что в моих он читает то же самое. Безумие, похоть, желание…
Мы будто слетели с привычных орбит и нас несет в открытый космос.
— Больше так не дела й, Яна… Владимировна. Я не железный. — Волков поправляет на мне майку, и это будто становится сигналом.
Перелезаю молча на пассажирское сидение и нащупываю кроссовки. Пока я обуваюсь, Андрей хранит молчание.
Да и о чем говорить? Ну пососались, с кем не бывает. Ну поерзала по капитанскому члену, тоже не смертельно. Кошусь на бугор, вздыбливающий ширинку, и сглатываю слюну. Сколько у меня уже не было секса?
— Спасибо, что подвез, — выдавливаю из себя, под тяжелым обжигающим взглядом Волкова.
Шиза.
Выбираюсь из тачки, и все же наклоняюсь к окну.
— Хорошо, что ты не железный. Мое предложение выпить кофе в силе еще полчаса, номер квартиры 248, этаж тринадцатый.
Хлопнув дверью иду к подъезду. Я прислушиваюсь, в надежде услышать ответный хлопок водительской двери, но утро безмятежно и тихо.
Что ж, возможно, я поспешила с этой авантюрой.
Глава 5. Перец к кофе
Яна
Нашарив запасной ключ за щитком, радуюсь, что додумалась там хранить вторую связку. Кроме брелока от тачки и телефона у меня ничего с собой нет, всё осталось в бардачке машины, до сих пор припаркованной у дома бывшего.
Вспомнив о Паше, касаюсь припухших губ и вдруг ловлю себя на хулиганской мысли, что теперь спустя семь лет «игр в верность» мне есть с кем сравнить. И сравнение явно не в его пользу.
Дикарь Волков со своими ручищами, оскалом и каменным сердцем зажег во мне пожар за секунду, с Пашей же в последнее время я чувствовала себя замороженной рыбой.
Наш секс превратился в рутину. Пара минут в привычной мессионерской, и Паша уже финиширует, сопя при этом как старый мопс.
Мне не нравились его поцелуи — слишком слюнявые. Бесило, как он раз за разом не мог удовлетворить меня пальцами — складывалось ощущение, что он трет брезент в глупейшей попытке добыть огонь.
И даже запах его тела меня раздражал.
Странное дело, но даже то, что от Кэпа разило потом, меня сильнее возбудило, чем если бы он искупался в Армани или Дольче.
«Интересно, насколько ты смелый, Кэп?» — думаю, проходя в квартиру и намеренно оставив дверь приоткрытой.
Да, сегодня логика и умные мысли вышли из чата после того, как я поцеловала Волкова.
Говорят, что человек способен за секунды определить насколько для него важен партнер. Я шла к своему счастью семь лет, чтобы в конечном итоге за какие-то мгновения пропитаться насквозь осознанием, что только что в машине я была со «своим» человеком.
Прошлепав босыми пятками на кухню, включаю зачем-то кофемашину.
Ну я ведь обещала Кэпу вкусный кофе.
От адреналина дрожат кончики пальцев, а по телу растекаются колючие мурашки. Сердце барабанит в ушах, будто я несусь по трассе, утопив тапку в пол и давно положив стрелку на спидометре.
За шумом крови в ушах и кофеварки я не услышала шагов.
Тело прошил разряд, когда меня обняли со спины. Сердце пропустило удар, а потом застучало с утроенной силой.
Волков разворачивает меня к себе резко, без церемоний. Встречаю его потемневший взгляд — хвойный лес — и тону. Андрей медлит, что-то выискивая в моем лице.
Прикрываю согласно глаза.
«Не передумала. Хочу!»
А потом его губы накрывают мои. Этот поцелуй отличается от того, в машине. Тогда Волков не ожидал от меня инициативы и был, мягко говоря, обескуражен. Сейчас же он целует меня так, будто заявляет права. Клеймит мой рот поцелуями-укусами, шаря руками по телу. Запускает во мне цепь реакций.
Током прошивает насквозь, когда он, подхватив меня под ягодицы, усаживает на стол. Получив нужную опору, обхватываю крепкий торс ногами, помогая стащить с себя майку.
Не прерывая захватнического поцелуя, Волков играет с моей грудью, вызывая во мне жаркое цунами, которое волнами расходится по телу и концентрируется внизу живота. Температура тела — сто градусов по Цельсию. Клянусь!
Я плавлюсь в его руках быстрее, чем тает мороженое на адском солнце. Мои руки судорожно оглаживают плечи, пока он уверенно расправляется с застежкой и молнией джинсов. Неловко ерзаю, помогая стащить свои подранные скинни с ног, а затем и стринги.
Волков на секунду отрывается от меня, обжигая взглядом. А там лава, извержение, и пирокластический поток сейчас снесет меня, испепелив до атомов! И во мне что-то отзывается на это неприкрытое желание. Я расставляю ноги шире, без слов приглашая насладиться самым откровенным пирогом, что был на этом столе.
И Волков принимает вызов. Его футболка летит следом за моей одеждой.
Вжикнув молнией джинсов и приспустив боксеры, он подтаскивает меня ближе к краю.
Вцепляюсь ладонями в столешницу. Хочу сказать: «Скорее», когда меня уже таранит огромный член.
Боже. Зажмуриваюсь от удовольствия и боли, с ума сходя от контраста ощущений. Первый пробный толчок вызывает волну удовольствия.
Да-а-а-а, то, что нужно!
Открываю глаза, встречая потемневший взгляд. Зрачки расширены на максимум. Ну и кто из нас тут на дозе эндорфинов?
— А ты рисковый, Кэп. Без резинки… — уточняю скорее для проформы, потому что уже плевать, где он ее сейчас достанет.
— Здоров, привит, справка есть, — скороговоркой чеканит Волков, совершая очередной толчок.
Тяну сквозь зубы воздух. Боже, как хорошо!
Член входит и выходит, и это точно не из детской сказочки сюжет.
Плавные, неспешные движения до упора, будто Андрей приноравливается ко мне, растягивает под себя.
Испытываю легкое чувство дискомфорта и триумфа одновременно! Вот как должно быть, когда у мужика нормальный агрегат, а не огурчик дяди Вани!
Прикрываю глаза, концентрируясь на ощущениях. Принимаю каждый следующий толчок с нарастающим во мне томлением.
Безумие!
Не так давно я рассталась со своим женихом, с которым провела вместе семь гребаных лет, а теперь меня трахает на столе чужой мужик. Но как хорошо трахает!!!
Отдаюсь этим ощущениям без остатка.
Даже если это безумие, то я хочу окунуться в него с головой.
Заметно напрягаюсь, когда Волков находит чувствительную точку клитора.
Ну, блин, сейчас все испортит. Будет не так…
Но его пальцы касаются нежной кожи легкими движениями, вырисовывая там спирали и круги. Пару раз Волков меняет тактику на ритмичное скольжение и надавливания, и я расслабляюсь. Всё, как надо!