Ника Лисицына – Сводные. Ты (не) можешь меня любить (страница 25)
Теперь нас ничто не разделяет. Наоборот, сейчас она в моих руках и в моей власти.
В глазах темнеет. Сердце отбивает набатом одному ему известный ритм. Снова крыть начинает.
– А если не отпущу? – спрашиваю я. – Что тогда?
Она смотрит на меня своим невозможным взглядом. В глазах её вызов. И снова язычок пробегает по нижней губе.
Да бля-я-я-ядь!
Резко дёргаю её на себя и жадно впиваюсь в её губы.
Вот теперь тебе точно не уйти от меня, Барби.
22
Глава 22
Дурею просто. Оторваться не могу.
Ольга в первый момент попыталась вырваться из моей хватки, но разве я могу отпустить свою добычу?
В голове шумит, вся кровь приливает к паху. Мыслить ясно уже не получается.
Ольга, я точно чувствую это, она тоже на грани.
Теперь она сама впивается в спину ноготками и упав на мои колени, начинает тереться об меня грудью.
Твою мать, это же просто отвал башки!
Одна моя рука удерживает её за шею, а вторая… Вторая уже развязала узел из полотенца на груди и ласкает оттопыренный сосок.
Стон из горла Ольги как спусковой крючок. Срывает все предохранители, стирает грани и даёт зелёный свет моим желаниям.
О, да, теперь ничто меня не сможет остано…
От звука дверного звонка Ольга дёргается в моих руках, а я словно под гипнозом.
Похер на всё и на всех. Не отпущу. Только не теперь. Ни тогда, когда она в моих руках и готовая на всё, лишь бы утолить тот голод, что живёт внутри каждого из нас.
– Макс, – она отрывается от моих губ и пытается встать с колен. – Макс, остановись, – стонет Ольга.
– Ты и сама не хочешь, чтобы я останавливался, – говорю, продолжая ласкать её тело, прикусывая шею и оставляя жалящие поцелуи за ушком.
– Нет, остановись! Там кто-то пришёл, – едва не стон рвётся из её горла.
– Плевать. Пусть проваливают, – говорю, в промежутках между поцелуями.
Ещё один звонок.
Готов наорать матом на того гада, который решил прервать нас в такой момент.
– Макс, прошу, – шепчет Ольга и запахивает полотенце на своей груди.
Как же всё это не вовремя, чёрт побери.
Ольга поднимается. Чувство потери режет сознание.
И снова звонок, но теперь продолжительный и жутко нервирующий.
– Они не уйдут, – говорит Ольга, глядя на меня осоловевшим взглядом.
Трясу головой, стараясь вернуть ясность мыслям. Но получается у меня это с трудом.
Поднимаюсь и иду в дом ко входной двери.
Горечь от осознания того, что эта малышка снова выскользнула из моих рук заставляет злиться.
Стук в дверь.
Открываю и уже собираюсь наорать на визитёра, но слова застревают в глотке.
Егор. Он бы не ломился, если бы дело не было срочным.
– Чего тебе? – спрашиваю, отходя в сторону, чтобы впустить друга.
– Ты почему ещё не одет? – с порога спрашивает приятель. – И какого хрена ты мокрый? Ты душ прямо в одежде принимал что ли?
– Представь себе, – хмурюсь я, потирая лицо. – Так зачем пришёл? Что-то случилось?
– Макс, ты чего? У тебя встреча через полчаса с Павловым.
Вот же… Точно. Ужин, чтоб его.
– А позвонить не мог? – спрашиваю я.
– Звонил, только у тебя телефон не доступен.
Вот же… второй раз. Совсем забыл, что притопил мобилу в бассейне, когда занырнул в пиджаке.
– Точно, – говорю я и направляюсь к лестнице.
– Поторопись, мы не можем опоздать на встречу.
Да знаю я, но видят Боги, огромное желание послать сейчас этого Павлова далеко и надолго.
Поднявшись в комнату, быстро привожу себя в порядок и возвращаюсь к Егору.
– А у тебя тут классно, – говорит приятель, оглядывая помещение.
– Едем, – отмахиваюсь и иду к машине.
В ресторан мы приезжаем ровно к назначенному времени. За указанным столиком, к которому ведёт нас официантка уже сидят двое.
Первый — темноволосый толстячок с залысиной на макушке. Одет в чёрный костюм и галстук в красную полоску. На вид он обычный офисный работник, но это обманчивое впечатление. Взгляд острый, хоть и кажется чуть глуповатым.
И второй. Седовласый мужчина лет шестидесяти с большой родинкой на правой щеке. Одетый в синий джемпер, а из под выреза на груди виднеется толстая золотая цепь. Его взгляд, похожий на акулий проходится по присутствующим, словно невзначай, но я уверен, он замечает каждое движение всех в этом зале. Павлов собственной персоной.
Подхожу к столику, и мужчины поднимаются.
– Добрый вечер, – говорю и протягиваю руку своему врагу.
– Добрый, Максим Александрович, – пожимает мою ладонь. – Позвольте представить моего помощника, Степан Эдуардович Парфильев, – говорит он, указывая на плешивого.
Пожимаем руки и я представляю Егора.
Когда усаживаемся на свои места, официантка тут же подаёт меню.
Делаем заказ и ведём обычную беседу. Но когда ужин оказывается у нас на столе, Павлов решает перейти к делу.
– Не думал, что у моего старого друга Саши вырастет такой сын, – говорит он. – Честно признаться, я весьма удивлён.
– Чем именно? – спрашиваю, отрезая кусок от мяса и кладу его в рот.
– Вашим стремлением вести дела, конечно же! – говорит с улыбкой. – Помнится, что он описывал вас мне совершенно иначе.
– Возможно вы были с моим отцом ни так уж и близки, – констатирую я.