Ника Лазарева – Пасюк, завоевавший мир, или Историческая фантасмагория (страница 4)

К тому же ему было скучно: во-первых, потому что брат Павел был постоянно занят своими мыслями (что для нашего героя, начавшего осваивать речь и соответственно желавшего её развивать, было печально), а во-вторых, что было ещё ужаснее, успев привыкнуть к разнообразной пище, подававшейся в монастыре, он не мог насытится ягодами и грибами.

Чтобы утолить голод, он, спустя несколько дней после побега из монастыря, решился попробовать полевую мышь, а затем лягушку, которые часто попадались на пути, и, как ни странно, они ему понравились. Лишь брат Павел, увидев, как Колизмат с хрустом поглощает лягушку, расстроился — сам он, в отличие от других монахов, мяса не ел и любую живность считал «тварью Божьей». Он посоветовал Колизмату не есть их. Но тот не хотел останавливаться, поэтому, чтобы вновь не слышать проповедей про «божьих тварей», стал поглощать пресноводных только за спиной благочестивого монаха.

К слову сказать, Колизмат мало понимал убеждения монаха и шёл вслед за ним лишь от незнания, куда идти самому.

Но к несчастью для монаха, двум путешественникам вскоре пришлось покинуть лес, так как оказалось, что он принадлежит королю и там часто проходят охоты. Путь их продолжался, и впервые за много дней они оказались на большой дороге, которая, как оказалось позже, вела в город.

Поняв это, брат Павел повернул и направился на запад, потом на восток, а потом вдруг на юг — последней сменой направления он окончательно запутал Колизмата. От такого головокружения силы нашего героя были на исходе, поэтому он решил передохнуть.

Развалившись на лоснящейся на солнце траве, он хотел лишь немного полежать, но дурманящий запах неизвестных цветов и жуткая усталость погрузили его в многочасовой сон, плавно перетёкший в многодневный. Брат Павел, погружённый в раздумья, не заметил его отсутствия и отправился дальше искать место для своего уединения.

Неизвестно, сколько бы проспал Колизмат, если бы не сильный шум и гам, возникший рядом с ним словно из ниоткуда.

Вздрогнув от сотрясавших землю звуков, так внезапно нарушивших его сон, Безфамильный протёр глаза и увидел, что находится посреди огромного поля, к центру которого с противоположных сторон сходятся две группы людей. Он ещё не успел понять, что происходит, как между ними началась схватка. В ход шли руки, ноги, головы, сучья деревьев, камни и всё, что попадалось под руку. Люди, одетые в практически одинаковые одежды, с практически одинаковой внешностью, мутузили друг друга, оставляя кроваво-багряные следы по всему полю.

Наш герой, прежде не видевший подобных сцен, с интересом наблюдал за сражением, которое длилось десять дней и десять ночей. Иногда драка прерывалась, но затем по непонятному сигналу вновь начиналась.

В один из периодов передышки Колизмат приблизился к одному из участников бойни, выглядевшего после многодневной драки, если признаться честно, ещё страшнее, чем наш герой: с выбитыми зубами, сломанным носом и свисавшими от усталости до колен руками — и попытался выяснить, что это за драка. Но так как речь всё ещё была им плохо освоена, он использовал жесты.

Предположительно опрашиваемый им человек находился на той же стадии развития, что и наш герой, поэтому быстро понял, что от него хотят.

— Э, не знаю, парень, из-за чего мы здесь собрались. Но мы почти выигрываем... а может, и проигрываем. Главное — драться нужно... обязательно! — только избитый мужчина успел это сообщить, как бойня снова возобновилась и уже не останавливалась. Лишь на десятый день, когда на поле не осталось ни одного живого существа, кроме нашего героя, драка закончилась.

Походив по бранному полю и не найдя ничего интересного, Колизмат отправился дальше. Снова пробираясь сквозь высокую траву, он следовал своему нюху, который вёл его в неизвестном направлении.

Нюх его не подвёл, и вскоре вдалеке он заметил очертания огромного замка. Впервые увидев столь внушительное сооружение с устремлёнными вверх башнями, рельефными пиками и мощными стенами, он долго рассматривал его и не решился подойти ближе, так как оно напоминало ему какое-то чудище.

Правда, вскоре интерес взял верх над страхом, и он устремился по направлению к замку. Но попасть внутрь оказалось не так-то просто. Входа нигде не было видно, а огромный ров с водой мешал подойти ближе.

Хотя в начале рассказа и упоминалось, что судьба была несправедлива к нашему герою, даже ему порой сваливалась на голову удача. Он мог бы долго простоять у замка и не попасть на страницы этой книги, потому что бы умер от голода и холода. Но в тот самый момент мимо как раз проходила служанка, возвращавшаяся с рынка. Она напевала себе под нос и ничего не замечала.

Поэтому когда под её ногами что-то зашевелилось, от неожиданности она вскрикнула и хотела бежать, но Колизмат не растерялся и схватил её за ногу. Девушка попыталась отпихнуть его, но он вцепился мёртвой хваткой, учуяв запах свежего хлеба из её корзины.

Думая, что за ногу её схватила собака, девушка хотела кинуть ей кусок хлеба и уже запустила руку в корзину, как вдруг увидела перед собой несущуюся мимо крысу. Заголосив ещё сильнее, она уже не знала, кому следует кинуть еду, чтобы освободиться.

А Колизмат, увидев перед собой бегущее мясо, уже не обращая внимания на заманчивые запахи из корзины служанки, кинулся за грызуном. Имея большой опыт в поимке этих млекопитающих, он догнал её быстро. Переломив пополам крысу, он с удовольствием принялся жевать сырое мясо.

Изумлённая служанка передёрнулась от отвращения и собралась было бежать, но вдруг поняла, что встретила существо, которое давно искал хозяин замка. Ей не пришлось долго его уговаривать — Колизмат с радостью пополз вслед за девушкой (вернее, за корзиной с едой), надеясь, что в огромном доме он сможет отдохнуть и согреться.

Служанка провела его сразу на кухню. Здесь Колизмата встретили различные запахи: густого мяса и пряных трав, запах тяжёлого пота, исходивший от слуг (тяжёлый труд всегда источает запах), а также новый, чарующий аромат могущества и богатства, который сразу же понравился нашему герою. И только они встретили его приветливо.

— Ты кого привела, паршивка? — осведомился толстый и лысый человек в грязном одеянии.

— Это крысолов, сэр. Ведь милорд Питер давно ищет его.

— Не тебе думать, что ищет милорд! Посмотри, какой он крысолов — он сам как крыса! — усмехнулся главный слуга, а это был именно он, разглядывая нашего героя. — Ты уверена, что он умеет ловить крыс?

— Да, сэр. Я только что видела, как он поймал в поле самую жирную крысу, какую я только видела!

— Ладно, посмотрим. Если это так, то хозяин будет рад. Но если нет, то тебе работы мало не покажется.

Служанка улыбнулась, довольная тем, что угодила главному слуге, и убежала работать.

— Парень, ты точно крысолов? — недоверчиво продолжая оглядывать нашего героя, поинтересовался слуга.

Колизмат ничего не ответил — он уже был занят другим, особо важным делом: шмыгая носом, пытался уловить, откуда шёл приятный запах мяса.

— Ты глухой, что ли? — начал злиться толстый и лысый человек. — Отвечай, когда я с тобой разговариваю!

— Я есть! — произнеся эти слова, Колизмат кинулся вслед за маленькими тёмными глазами, скрывавшимися в углу кухни. Добыча была поймана быстро.

Глава четвёртая. Дар слова

Вот так, неисповедимыми путями, в жизни Колизмата начался новый этап. Он был сыт (для любопытных уточним, что в его рацион, помимо грызунов семейства мышиных, входили остатки с барского стола), в относительном тепле и среди людей, которые хоть и не считали его равным, но и не пытались убить. К тому же в новом окружении Безфамильный научился разговаривать. Пусть это были ещё несложные предложения, но они уже выражали его мысли.

— Есть, — как можно догадаться, было его любимое слово.

Помимо него, в лексиконе Колизмата появились новые выражения, перенятые у слуг, не все из которых были ему понятны: «пошла, паршивка», «торопитесь, проклятые». Новые знания он часто вставлял невпопад, поэтому нередко получал тумаки и пинки.

Основным занятием Колизмата в замке стала ловля крыс, коих в каждом тёмном углу водились сотни. Он не раз вступал с ними в схватку, не раз получал болезненные укусы, но отделывался лишь небольшими ранками, которые быстро заживали. Кроме охоты на крыс, Безфамильный тратил время на сон — на тонком тюфяке в одном из тёмных углов замка — и на наблюдение за людьми, которые его окружали.

Особенно интересно было наблюдать за главным слугой. На него и других слуг этот толстяк только и делал, что кричал, но стоило перед ним оказаться хозяевам — голос его тут же становился мягким и почтительным. И менялся не только голос. Вместо грубых окриков теперь звучали красивые, заученные фразы: «Всё будет сделано, сэр», «Вы прекрасно выглядите, баронесса». И за каждую такую фразу главный слуга неизменно удостаивался благосклонной улыбки.

Помимо работы и изучения людей, Колизмат занимался исследованием самого замка. Для представителя своего сословия, названного servant, он был чересчур любопытным. Его интересовало буквально всё: от цвета пыли за котлом до качества материала, из которого были сделаны стены.

Конечно, так как он был «крысоедом» (как его прозвали), некоторые части дома оставались для него закрыты. Но он исследовал вдоль и поперёк все доступные уголки. Однажды жажда познания стала столь велика, что он нарушил правило, упорно втолковываемое главным слугой: не переходить в хозяйскую часть замка. Повёл его туда не расчёт, а тонкий, манящий запах — тот самый, что он ощутил впервые, едва переступив порог замка.