Ника Коваль – Под кожей (страница 12)
Большую часть времени мы гуляем молча, пока не оказываемся в одном из переулков. Келл внезапно останавливается и обхватывает рукой мою щёку.
– Почему меня к тебе так тянет? – шепчет он, и его теплое дыхание щекочет мою кожу.
– Келл, что ты....
Не успев договорить, ощущаю, как его губы накрыли мои. Сначала нежно, но потом он начал углублять поцелуй, становясь всё более несдержанным. Его язык касается моего, а руки начинают блуждать по телу. В себя я прихожу, когда чувствую его руку между своих ног. Нет, нет, нет! Пытаюсь его оттолкнуть, но он только сильнее прижимает меня к себе, и я ощущаю, как его пах упирается в мой живот. Напряжённая выпуклость под толстой тканью брюк ощущается как приговор. Меня сейчас изнасилуют. Отрываясь от моих губ, он начинает целовать и покусывать шею. Мне это не приносит никакого удовольствия.
– Келл… Не надо… Отойди… – Умоляю я, и мое дыхание сбивается.
– Ты же сама этого хочешь. Думаешь, я не заметил, как ты смотрела на меня сегодня? – хрипло рычит он, вдавливая меня в стену.
– Нет! Я не готова… Прошу, Келл. Отпусти… – Мой голос начинает срываться, когда слышу звук. Щелчок. Сухой, отчётливый, как щелчок предохранителя. Ширинка. Звук вернул меня в тело с такой силой, что меня вырвало обратно в реальность.
Это уже не домогательство. Это предварительное убийство. И сейчас оно состоится.
– Брось… Я идеальный вариант для твоего первого секса, – шепчет он мне на ухо и прикусывает мочку.
Перед глазами начинает плыть из-за подступающих слёз. Несмотря на мои попытки его оттолкнуть или ударить, ему плевать. Как будто сражаюсь с бетонной стеной.
Я собираюсь закричать, но он закрывает мне рот рукой, начиная тереться бёдрами о мои, издавая при этом тихий стон.
– Я отрежу тебе член, если сейчас же не уберёшь от неё свои руки.
Грубый голос доносится до моих ушей, и мой взгляд встречается с глазами цвета стали.
ГЛАВА 6. ЭММА
Похоже, я забыла, как дышать…
Это точно он. Мой преследователь. Этот взгляд я узнаю из тысячи.
Моя тень стоит, держа руки в карманах. Чёрная рубашка очерчивает его накаченные руки и грудь. Когда я упомянула, что он шкаф, ни капельки не преувеличила! А ещё… Он, мать твою, без маски!!! В темноте не могу разглядеть его тщательней, но вижу острые скулы, низко посаженные тёмные брови и мелкую щетину, которая подчёркивает его мужественный вид.
Келл оборачивается, но не выпускает меня из объятий.
– Что тебе надо? Не лезь не в своё дело! – Рычит он.
– Я не буду повторять дважды. – Голос тени полон гнева.
– И что ты мне сделаешь? Я имею право трогать свою девушку, когда захочу! И никакой ебл…
Вдруг раздаётся громкий хлопок, после чего Келл издаёт животный рёв, выпуская меня из своей хватки. Он падает и хватается за ногу, из которой хлещет кровь.
Я каменею, смотря на стонущего от боли парня, и перевожу взгляд на него. Тень непринужденно суёт пистолет за спину и идёт к Келлу. Из его глаз будто стреляют огненные искры.
– Я сказал, что не буду повторять дважды. – Цедит он сквозь зубы и бьёт его ногой в живот, от чего Келл сгибается в позу эмбриона с болезненным стоном
– Сука. Кто ты…блядь…такой…? – Выдавливает из себя он.
Я не могу двигаться. То ли от страха, то ли от охватившего меня противоречия. Передо мной лежит человек, которому я доверяла, но он оказался редкостным подонком и сейчас истекает кровью. Ну и мой преследователь, который каким-то раком оказался здесь и хочет отрезать Келлу яйца. Может, я сплю и это очередной кошмар? Нет, это не правда. Я сейчас снова проснусь в своей постели и пойму, что это всё сон. Да, так и будет. Но из шока меня выводит крик Келла, и я вижу, как тень давит ему ногой на рану.
– Тебя не учили, что нужно спрашивать разрешение у дамы?
Грозный и грубый голос мужчины разносится по тёмным стенам переулка.
– Она моя девушка!!! Отвали нахуй от меня! Псих грёбаный!! Я на тебя заявлю! – Кричит Келл, и его голос надрывается.
Тень со всей дури бьёт его по окровавленной ноге, и Келл выгибается, выкрикивая ругательства.
– Соври ещё раз, и я точно отрежу тебе член. – Он склоняется над ним, упираясь коленом о землю рядом с его бедром, и достаёт из кармана штанов перочинный ножик. – Не хочется, чтобы дама стала свидетелем твоего оскопления, правда?
Глаза Келла округляются, когда он понимает, что это далеко не шутка и дрожащим голосом начинает умолять.
– Н…не надо…прошу… – Его взгляд устремляется на меня, и он истерически кричит. – ЧТО ТЫ СТОИШЬ?! ВЫЗОВИ КОПОВ, ДУРА!
Я вижу, как тело моего преследователя напрягается и почти дрожит от ярости. Он со всей силы бьёт Келла в челюсть, от чего тот с хрипом ударяется головой об мокрый асфальт. Изо рта начинает стекать струйка крови. Тень берет его за подбородок, грубо поворачивая к себе, и подносит нож к его глазу. Губы растягиваются в зверином оскале.
– Могу лишить глаза… Что ты выберешь? – шепчет он, и лезвие режет бровь. – Или лучше отрезать твой поганый язык? Может так ты научишься держать его за зубами…
Меня охватывает паника, но я не могу допустить, чтобы прямо здесь меня накрыл приступ. Нет, только не сейчас. Я должна что-то сделать. Этого не может повториться…не может.
Голос звучал изнутри и снаружи одновременно, заглушая крики Келла. Я зажмурилась, но картина не исчезла – Келл на асфальте, над ним – тень с ножом. И я понимала самую ужасную вещь: часть меня хотела, чтобы этот нож опустился.
Нет! Надо его остановить!
Делая глубокий вдох, шагаю вперёд и дрожащим голосом произношу.
– Не…не трогай его… Х…хватит!
Высокая фигура оборачивается ко мне и встречается со мной взглядом. Его зрачки расширены от переполняющие его злобы, на щеках играют жевалки. Но при виде меня его взгляд смягчается.
Он выпрямляется и подходит ко мне. Стальные глаза смотрят мне в душу, а крепкая грудь касается моей. Чувствую прикосновение грубых пальцев на моей щеке, и с моих губ срывается судорожный вздох.
– Ты в порядке?
Этот вопрос, заданный с какой-то странной нежностью, я осознаю лишь через несколько секунд. Его прикосновение к щеке было грубым, пальцы шершавыми. Но там, где они касались кожи, оставалась странная теплота, противоречащая льду в его глазах. Мурашки бежали не от страха. Они бежали от
«Молодец, что выдержала». И мой организм, предательский и сломленный, откликнулся на это одобрение, как на самую высокую похвалу.
– Да, – выдохнула я, и это «да» относилось не только к его вопросу. Это было «да» всему этому кошмару.
Его губ касается едва заметная улыбка, и он наклоняется к моему уху.
– Если я ещё раз увижу его рядом с тобой, вместо письма пришлю тебе его гениталии в конверте.
Внутри всё сжимается и мне удается лишь наблюдать, как он уходит.
Всё погружается в гробовую тишину, и я оборачиваюсь. Келл потерял сознание от потери крови, и мои глаза расширяются. Чёрт! Опускаюсь рядом с ним на колени, и на меня накатывает головокружение от вида крови. Дыши, Эмма! Ты должна ему помочь! Соберись! Меня пробивает ужас, когда я осознаю, что происходило на моих глазах. Я видела, как в него стреляли. Видела, как его мучили. И ничего не сделала. Снова.
Я трясу головой, пытаясь выбросить голос из головы. Руки снова чертовски дрожат, и глаза щиплет от слёз.
– Давай, Эмма. Ты работаешь в больнице! Ты знаешь, как оказать первую помощь! – твержу себе под нос и через силу смотрю на рану.
Для начала нужно вызвать скорую. Но что я им скажу? Мой коллега пытался меня изнасиловать, но вдруг появился мужчина, который сталкерит меня несколько дней, прострелил ему ногу и грозился отрезать его достоинства? Так что-ли? Дрожащими руками пытаюсь найти телефон и осознаю, что он остался в кармане пальто. Я бегу к стене и поднимаю его с мокрого асфальта. Достав телефон, набираю 911 и объясняю ситуацию. Некоторые детали я решаю скрыть и рассказываю байку о каком-то незнакомце, который напал на нас вовремя дружелюбной прогулки. Диспетчер сообщает, что скорая уже в пути и я возвращаюсь к Келлу.
Так, теперь нужно определить вид кровотечения. Спокойно дыши… Кровь тёмно-вишнёвого цвета, течёт медленно. Венозное. Слава Богу. Нужно наложить жгут ниже раны. Рву край своего платья и туго перевязываю ему ногу.
Господи, лишь бы помогло… Вижу, как количество вытекающей крови уменьшается и вздыхаю.
Через несколько минут приезжает скорая и перекладывает Келла на носилки. Мне остаётся лишь наблюдать, как его погружают в машину и дрожать от холода. Моё пальто чертовски грязное и до сих пор валяется на асфальте. Обхватывают себя руками и шмыгаю носом. Ко мне подходит врач, мужчина лет 40 с тёмными волосами и накидывает свою служебную куртку.
– Поедите с нами или дождетесь полицию? – Мягко спрашивает он.
– С вами. – Шёпотом произношу я. Лучше так, чем остаться наедине со следователем, который будет давить своими бесконечными вопросами. Так я выиграю себе время на раздумья.