Ника Горская – Зверь (страница 58)
О том что у меня нет выбора я предпочла скрыть от них.
Зачем тревожить их ещё больше? Пусть лучше считают меня легкомысленной.
Поднимаю руку и осторожно касаюсь кончиками пальцев затянувшейся раны в основании шеи.
Теперь, когда на мне метка Айдара, мы должны какое-то время жить вместе.
Он сказал, что это необходимая мера. И она временная.
До тех пор, пока наша связь не окрепнет настолько, чтобы зверь не сходил с ума.
Помню то состояние ужаса, которое испытала, очнувшись в палате интенсивной терапии.
Всё казалось каким-то кошмаром. И я отчаянно ждала, когда он закончится.
С учётом серьёзности полученного ранения, можно сказать, что моё восстановление шло довольно быстро.
Мне стало казаться что мой кошмар отступает, но я ошиблась.
Начался другой.
Невероятно реалистичный и до абсурда неожиданный.
Недавнее воспоминание заставляет поёжиться…
Приближение Айдара к моей палате я почувствовала намного раньше, чем он в неё вошёл.
Это было так странно.
Необычно.
Однако, как выяснилось чуть позже, вполне объяснимо…
Айдар рассказал мне всё.
С самого начала.
О том как много лет назад влюблённая в него девушка пошла на преступление против природы оборотней. Обратившись к магии, она навела морок. Грубо говоря, исказила реальность, выдавая желаемое за действительное.
Однако сильного оборотня, каким является Айдар, не так просто обмануть.
Зверь почувствовал обман и наказал ту, что посмела назвать себя избранной.
Полученное под давлением признание Илоны, так же подтвердило тайное расследование Леона. Подробности которого я планирую позже узнать у него лично.
Известие о поставленной Айдаром метке, с помощью которой он фактически спас мне жизнь, повергло меня в шок.
С того момента прошёл уже не один день, а мне по-прежнему сложно смириться, что мы с Айдаром теперь связаны.
Я слишком хорошо знаю, что для оборотней это означает.
Но пока предпочитаю не думать об этом.
То, что метка ничего для меня не меняет – факт.
Я всё так же считаю, что мы не можем быть вместе.
И не будем.
Резко открываю глаза, прислушиваясь к себе.
Моё тело откликается раньше, чем начинает реагировать разум.
Бродившее всё это время в крови едва различимое жжение, постепенно усиливается.
Дыхание сбивается.
Пульс ударяет в виски.
Сердце влетает в горло.
О, боже мой…
Грудную клетку пронзает вибрацией. Насквозь.
Шумно сглатываю.
Я всё время буду так на него реагировать?..
Нет… пожалуйста… я не хочу…
Запускаю пальцы обеих рук в волосы и нервно массирую кожу головы.
Мой судорожный выдох сопровождает открывшуюся в палату дверь.
Взгляд сам собой врезается в Айдара, чертит по его лицу зигзаги и только потом опускается на сына в его руках.
-- Мама! – голосит малыш.
Вскакиваю с кровати и бросаюсь к нему.
-- Маленький мой, - забираю ребёнка из рук бывшего мужа, стараясь не касаться его самого. – Я так по тебе соскучилась.
Крепко прижимаю к себе и расцеловываю пухлые щёчки.
-- И я, - по-детски жалуется Матвей.
Переговариваясь с ребёнком, отхожу к кровати и присаживаюсь на край, продолжая держать его на руках.
Понимаю, что открыто игнорирую присутствие Айдара, но это выходит не специально. Просто мне так легче. Даю себе время задвинуть подальше эмоции и начать трезво мыслить.
Концентрирую всё внимание на сыне и его оживлённом рассказе о том, как он проводил время в моё отсутствие. Улыбаюсь, задавая ему уточняющие вопросы.
Фоном идёт приглушённый звук работающего телевизора и моего хаотичного дыхания.
-- Ты готова? – взрывает окружающее пространство голос Шакурова.
Снова ощущаю толчок в грудь и накатывающую волну жара.
Перевожу на него взгляд.
Айдар продолжает стоять у двери, руки в карманах брюк, поза расслабленная.
Выглядит как всегда идеально.
Интересно он чувствует то же что и я, или нет?..
Может метка на оборотней действует как-то иначе, не так как на людей?
Судя по его очевидному спокойствию это так и есть.
-- Да, готова, - отвечаю, чуть помедлив.
Я действительно готова ехать домой. Вещи собраны, выписка и рекомендации врача получены.
Меня в больнице больше ничего не держит.
-- Тогда идём?