Ник Уилгус – Пусти к себе свет (ЛП) (страница 75)

— Попытался.

— Она сказала тебе, кто был отцом?

— Мой отец. Так она говорит.

— Ты сказал, что у меня есть свидетель?

Я кивнул.

— А она?

— Испугалась. По ней было видно. Но вы же знаете, Ишмаэль ничего не запомнил. Ему было тогда всего три.

— Не имеет значения, Хен. Главное, что она верит в то, что у нас есть свидетель. Заронить семя сомнения — это все, что мне нужно.

— Как-то все это неправильно, — сказал я.

— Только не жмись тут мне.

— Она ведь моя сестра.

— А еще она убийца твоего папы. Не забывай это, Хен. Если хочешь оставить того мальчонку себе, делай, что я говорю.

— Тот мальчонка — мой младший брат, и его у меня не отнимут. Я — его единственная родня.

— Хочешь, чтобы я рассказал судье о той ночи, когда я приезжал к вам домой?

Я нахмурился.

— Хен, думаешь, он не заинтересуется тем, что ты сделал?

— Я был расстроен!

— Расстроен? Да ты с катушек слетел.

— Я ничего плохого не сделал.

— Вряд ли судья согласится с тобой. Мы не пишем рапорты о подобных случаях не без причины.

— Чтобы потом было чем шантажировать?

— Если придется, — просто ответил он. — Это секрет. Кому-то ведь надо хранить городские секреты, разве не так? Никогда не знаешь, когда они пригодятся.

— Я ничего плохого той ночью не сделал.

— Вопрос не в том, сделал ли ты что-то плохое. Вопрос в том, вменяем ли ты. И как у тебя дела со стабильностью и душевным здоровьем. Если ты думаешь, что растить детей можно в любом психическом состоянии, то ты обманываешь себя.

Я молчал.

— Мой рот на замке. Но ты должен мне подсобить. Это все, о чем я прошу. Хен, я не стану сильно давить на тебя. Ты парень хороший. И всегда был таким. Никогда никаких проблем с тобой не было и вряд ли когда-нибудь будет. Но на мне висит нераскрытое дело, и, Богом клянусь, тем способом или иным, с тобой или без тебя, но я докопаюсь до правды. Я твоему папе многим обязан.

Я вздохнул тяжелее, чем собирался.

— Хорошо? — спросил он и в эдаком приятельском духе положил руку мне на плечо.

— Я попытаюсь.

Глава 90

Я не дрессировщик дебилов

— Твое имя попало на Стену Позора, — с улыбкой сказала Дебби, когда в среду днем я заступил на свою смену во «Всегда экономь». — Не ожидала, что они подадут эту историю именно так.

— Я тоже, — признался я.

Она имела в виду статью Марка Фусберга о том, как совет церкви Святого Спаса «уволил» музыканта-гомосексуалиста. Фусберг поместил ее на вторую страницу, где выходила местная «криминальная» хроника. В Бенде ее называли Стеной Позора.

— Марк сказал, ты не хочешь давать комментарии.

— Не хочу.

— Почему?

— А что мне сказать? Умоляю, разрешите мне играть на гитарке на ваших миленьких мессах?

— Хен, ты должен дать им отпор!

— Кому? Всей католической церкви?

— Той ведьме из приходского совета. Мисс Стелле. Так и тянет отсыпать ей пару ласковых, и в следующий раз, когда она положит ребрышки на мою ленту, я, наверное, не сдержусь.

— Это бессмысленно.

— С таким подходом ничего не изменится.

— Дебби, я не дрессировщик дебилов. Нянчиться с ними, пока они преодолевают приступы фанатизма и предрассудков, — с этим, прошу, не ко мне. Да и что ты предлагаешь сказать? «Извините, что вам приходится слушать, как какой-то педик играет на гитаре…»

— Не называй себя так.

— Ну а кто я?

— Ты гей. Есть, знаешь ли, разница. Ты должен с ними бороться.

— Я не первый, кого за это уволили. И не последний.

— Но это неправильно.

— Как будто бы мне там платили.

— Неважно.

— Я правда не хочу это обсуждать.

— Привыкай, приятель. Сегодня все только об этом и говорят. У тебя в нашем городе много друзей и союзников. Ты не заслуживаешь, чтобы с тобой так обращались. Бетси, моя подруга, она заходила недавно… сказала, что они с радостью пригласят тебя играть во Всех Святых в Тупело.

— Это епископальная церковь.

— И что? Суть в том, что не все церкви такие, как твоя.

— «Моя» церковь была очень добра ко мне много лет. Дело не в ней, а в одной женщине, которая посещает ее и, так уж совпало, является президентом совета. Она получила то, что хотела. Что тут сказать? Молодец.

— Она выставила приход кучкой фанатиков. И, кстати, тоже никак не прокомментировала историю Марка. Только подтвердила, что да, совет попросил тебя не играть больше на мессах. Вот бред.

— Меня удивляет, что она не настояла на своем сто лет назад.

— Хен, ты должен бороться.

— Ты знаешь, что я не борец.

— Ну и что? Ты должен расчехлить пистолеты.

— И пасть за правое дело?

— Если придется.

— Дебби, спасибо тебе за заботу, но из-за этой статьи я уже потерял трех клиентов и позволить себе потерять кого-то еще не могу.

— Ты о стрижке газонов?