Ник Уилгус – Пусти к себе свет (ЛП) (страница 68)
— Да, в мексиканский, и будем объедаться там тако и энчиладой, пока нас не станет тошнить! — добавил Сэм.
— Ага! — со счастливой улыбкой сказал Ишмаэль.
— И угощать буду я, чтобы дядя Хен не волновался, что сколько стоит. Так что твой дядя Хен посадит свой зад за стол и не будет мешать нам, потому что мы голодные мужики. Да, Иши?
— Ага!
— А где мой телефон? — спросил я.
— Что? — сказал Сэм.
— Мой телефон. Где он?
— Не знаю.
— Я всегда оставляю его на столе. Ты это знаешь.
— Не видел его. Сядь и поешь.
— Где мой телефон?
Сэм, который следил за яичницей, повернулся, посмотрел на меня, и на его лице промелькнуло какое-то странное беспокойство.
— Что? — спросил я.
— Просто сядь и поешь.
— Я хочу знать, где мой телефон.
Сэм вздохнул.
— Что? — спросил я.
— Мы можем сначала поесть?
— Сэм, где мой телефон?
— Я положил его на журнальный столик в гостиной. Но пожалуйста, давай мы сначала…
Я пошел в гостиную и схватил телефон.
Там было сообщение от Анны:
Конечно, я понял, что значит ее сообщение и почему Сэм не хотел, чтобы я его прочитал. Приходской совет встретился и решил разобраться с проблемой «практикующего гомосексуалиста», который играет на гитаре во время месс и получает причастие.
Я положил телефон и вздохнул.
Глава 81
Точка зрения сестры Асенсьон
В понедельник утром, подстригая газон у мисс Иды, я увидел, как у обочины остановился фургон церкви Святого Спаса. Оттуда вышла сестра Асенсьон и направилась прямо ко мне.
— Хен, нам на вчерашней мессе тебя не хватало, — сказала она, когда я выключил газонокосилку.
Я ничего не сказал.
— Мне очень жаль, Хен. Правда. Они меня не послушали.
Я не знал, что сказать. Страшась этого разговора и не желая иметь дела с проблемой, я не ответил на три ее телефонных звонка и проигнорировал четыре ее сообщения — как и звонки с сообщениями от нескольких других прихожан. На вчерашнюю мессу я не пошел, потому что на душе у меня было гадко, и я был несколько зол.
— Ты, должно быть, расстроен, — проговорила она.
— Вы тут не виноваты.
— Это моя церковь, — возразила она. — И в моей церкви мы не отворачиваемся от людей, потому что они грешат иначе, чем остальные. Я расстроена, Хен. Ответственность лежит и на мне. Я должна была остановить их, но поскольку я не священник… поскольку я
Я вытер с лица и шеи пот.
— Есть и хорошие новости. Это был компромисс. Основной их заботой была твоя игра на гитаре, и они согласились, что если тебя отстранят от участия в хоре, то они не будут настаивать на чем-то еще. Не идеально, конечно, но могло быть и хуже. Три голоса против двух, и они почувствовали, что добились хотя бы чего-то.
Я был не в настроении замечать положительные моменты.
— Хен, ну не надо так. Очень многие прихожане огорчены, и у отца Гуэрры сейчас, наверное, разрывается телефон. Мисс Стелла получила то, что хотела, но она не подумала о последствиях.
— О каких, например?
— Члены совета избираются голосованием. И в следующий раз их могут и не избрать.
— О.
— Знаешь, формально она права. Если очень жестко, очень дотошно, бескомпромиссно следовать букве Писания, то она права — и все же она заблуждается, и очень многие это осознают. Святой Отец ведет нас совсем в другом направлении. Мы должны прекратить стучать людям по головам церковной доктриной.
— Я знаю, вы в непростом положении, — сказал я. — И мне очень жаль. Но прямо сейчас я слишком зол, чтобы мне было не все равно.
— Я знаю, ты злишься, но не отгораживайся от нас.
— У меня есть право следовать своей совести.
— Я напомнила им об этом.
— Любить мужчину, быть верным ему и посвящать ему свою жизнь — это не грех. Печально, что церковь считает иначе, но это не моя проблема, а их.
— Мне ты об этом можешь не говорить.
— Я ведь ничего плохого не сделал.
— Не сделал.
— Но я недостаточно хорош, чтобы во время мессы играть на гитаре.
— Для кого-то — возможно. Но у остальных никаких проблем с этим нет. Хен, не позволяй людям, вроде мисс Стеллы, сломить себя.
— Это неправильно.
— И я надеюсь, что однажды она это поймет.
— Знаете, а может все к лучшему, — сказал я.
— Почему?
— Я не знаю, зачем вообще хожу в церковь. Я же не верю в половину всей этой чепухи.
— Хен, не надо так говорить.
— Иисус был замечательной личностью, но от его последователей меня немного тошнит.
— Его последователи часто ошибаются, но это не должно сбивать тебя с толку. Ты часть нашей семьи. Как и все остальные.
Я тяжело вздохнул.
— Хен, я не собираюсь тебе докучать. Просто держи дверь открытой — это все, о чем я прошу. Хочешь ты этого или нет, но ты — часть нашей семьи. Важная ее часть. Не забывай.
Глава 82
Заправка мистера Хасана
По дороге домой я заехал на заправку «Тексако» на севере Мейн-стрит, чтобы наполнить бак. Кроме «хонды» мистера Хасана, которая стояла возле обочины с наклейкой церкви Святого Спаса на бампере, других машин на станции не было.