Ник Уилгус – Пусти к себе свет (ЛП) (страница 61)

— Ветролет? — повторил Ишмаэль, и его лицо просветлело.

— И потому жители этого дома проголосуют за разрешение продавать алкоголь.

— В целенаправленности тебе не откажешь, — сказал я. — Иши, тебе задали какие-нибудь уроки?

— Если с дробями, то я тебе помогу, — сказал Сэм. — Хен до сих пор не знает, как решать дроби.

— Мне надо написать слова по чипсописанию.

— Ух, этим вредным словам несдобровать, — сказал Сэм.

— По чистописанию, — сказал я.

— О, — сказал Ишмаэль. — Я никогда не запомнюсь.

— Запомню, — сказал я, поправляя его.

— Запомню что?

— Не запомнюсь, хороший мой, а запомню.

— О. Я никогда не запомнюсь, как говорить все эти слова.

Сэм рассмеялся.

— Я тебе помогу, — сказал он. — А потом, ковбоец, мы посмотрим кино. Что скажешь?

— Можно мы посмотрим «Стар Трек»?

— Сегодня его не показывают, медвежонок.

— Медвежонок? — сказал я.

— Он мой медвежонок. Правда ведь, Иши?

Ишмаэль усмехнулся.

— Я думал, что твоим медвежонком был я, — сказал я.

— Дядя Хен просто ревнует. Жалкий он человечишко.

— Так ты проследишь, чтобы твой медвежонок помылся и почистил зубы?

— Обязательно прослежу.

— А мне точно надо помыться? — спросил Ишмаэль.

— Ты же не хочешь пахнуть, как старый пердун, — сказал Сэм. — Что скажут девочки?

— Но я мылся вчера.

— Ты разбиваешь мне сердце.

— Дядя Сэм!

— Медвежонок, мы в этом доме вонючек не любим. Плюс, твоя свистулька отвалится, если ты не будешь держать ее в чистоте, и всем девочкам станет грустно.

— Тебе обязательно так говорить? — спросил я.

— Я просто с ним разговариваю.

— Мисс Кора сказала, я должен стараться лучшéе, — сказал Ишмаэль.

— В чем именно? — спросил его Сэм.

— Лучшéе писать.

— И все?

— Я ненавижу писать.

— Кто такая мисс Кора? — спросил Сэм.

— Он твой ковбоец да еще медвежонок, а ты не знаешь имя его учительницы? — сказал я.

— Я много работаю.

— А я, типа, нет?

— Ну, ты заботишься о нем больше, чем я.

— Если ты зовешь кого-то своим медвежонком, то тебе как минимум следует знать, кто его учит.

— Не слушай его, — сказал Сэм Ишмаэлю. — Он просто злится из-за того, что ты мой медвежонский ковбоец. Тебе нравится твоя учительница?

— Она красивая, — сказал Ишмаэль. — Но она на меня разозлилась.

— За что?

— Я сказал, что Грейси моя нигга.

— Ого! — удивленно воскликнул Сэм.

— Что-что ты сказал? — всполошился я.

— Что она моя нигга.

— Иши, нельзя говорить такие слова, — сказал я.

— Но мама всегда говорила, что я ее нигга.

— Иши, нехорошо так говорить. У тебя будут проблемы.

— Мама всегда говорила: «Иди сюда, мой маленький нигга».

— Твоя мама делала плохо.

— Она не говорила его, как плохое.

— Все равно, это нехорошее слово.

Сэм с улыбкой и некоторой растерянностью посмотрел на меня через стол.

— Иши, — промолвил он, — мы знаем, что твоя мама не вкладывала в него плохой смысл, но все-таки оно очень и очень плохое. Это гадкое слово. Поэтому не говори его, ладно?

— Ладно.

— Значит, вы с Грейси стали друзьями?

Он кивнул.

— Как тебе в школе?

— Нормально.

— Только нормально? Разве в школе не весело?

— Весело, но я там не вижу.