Ник Уилгус – Пусти к себе свет (ЛП) (страница 103)
— Мы молимся за тебя. Сестра Лурдес читает новенну. По-моему, она не делала этого с начала семидесятых. Я к тому, что мы дергаем за все ниточки. И я говорю о нас всех. Вот бы ты тоже пришел на мессу и разрешил нам помолиться вместе с тобой. Все наладится. Подожди и увидишь.
Глава 130
Я не предполагал
— Что ты делаешь? — спросил Сэм, зайдя вечером после работы в комнату Иши. Он посмотрел на меня и нахмурился.
Я перестелил на кровати Иши белье, переставил по-новому мебель, вытер пыль, пытаясь подготовить комнату к его возвращению. Слушание было назначено на следующий четверг.
— Готовлюсь, — ответил я.
— О?
— Хочу, чтобы у Иши стало просторнее. Надо убрать часть вещей. Я хочу, чтобы все было красиво и чисто. Я хочу, чтобы он был счастлив здесь. Чтобы у него было все необходимое, Сэм. Понимаешь?
Он с тревогой смотрел на меня.
— Сэм, он должен вернуться. Должен, и все. Если он не вернется… я не могу даже думать об этом. Совсем не могу. Если он… Он должен вернуться, Сэм. Ты понимаешь?
Он кивнул.
— Это неправильно. Он должен быть здесь. Здесь его дом, его место. Его семья. Никто не будет любить его так, как мы. Сэм, он моя кровь. Почему моя кровь не со мной? Чем я плох?
— Все наладится.
— Он должен вернуться, Сэм. Понимаешь? Поэтому мы должны подготовиться. Я хочу, чтобы все было идеально. Чтобы везде была чистота. Чтобы никто не смотрел на нас косо и ничего не говорил обо мне, или о нашем доме, или что мы живем в грязи, или что мы просто пара неотесанных голодранцев, или что с нами что-то не так. Я не потерплю этого, Сэм. Ты понимаешь? Не потерплю.
— Хен, с тобой все хорошо?
— Пусть люди оставят меня в покое.
— Тебе надо с кем-нибудь поговорить.
— Не надо мне ни с кем говорить. Мне надо, чтобы Иши вернулся. Со мной все нормально. Мне надо, чтобы люди отъеблись от меня и дали мне жить своей жизнью.
Сэм взялся за мои плечи.
— Хен, ты в порядке?
— Мне его не хватает, — прошептал я.
— Бэби, я знаю.
— Я не понимаю, что, черт, со мной не так.
— С тобой все в порядке.
— Я с ума схожу, Сэм.
— Знаю.
— Он должен вернуться. Он вернется ведь, да?
— Адвокат, в целом, в этом уверен.
— Но мне надо знать точно. Точно. Понимаешь меня? Я же хороший человек. И ничего плохого не сделал. Я этого не заслужил.
— Не заслужил.
— Это неправильно.
— Нет.
— Почему это происходит со мной? Сэм? Что я делал не так? Скажи! Неужели я настолько плохой?
— Ты все делал так. Просто у судьи есть полное право делать все, что он хочет, независимо от того, хорошо это или нет.
— Но ведь он мой младший брат.
— Не волнуйся. Мы со всем разберемся. Вот увидишь, бэби. Я обещаю.
— Правда?
— Да. Если судья не даст нам опеку, то мы продолжим бороться. И вообще, мой друг-адвокат серьезно взялся за Сару с тем, чтобы она подписала отказ от родительских прав. Стоит ей подписать его — и все сразу закончится, так что не надо сдаваться. Мы справимся.
— Ты рассказал ему про ту гильзу?
— Конечно, и если Сара не хочет, чтобы он отдал улики полиции, она подпишет чертов отказ и перестанет изматывать нас. У нее есть время подумать, и она подпишет его.
— Ты не можешь знать это наверняка.
— Я знаю людей, и знаю, что до нее скоро дойдет, что если она не подпишет отказ, то дела ее будут плохи.
— Мне надо, чтобы Иши вернулся домой. Ты меня понимаешь? Я больше так не могу.
— Знаю, бэби, — сказал Сэм, обнимая меня. — Я знаю.
— Сэм, это невыносимо.
— Я знаю.
— Мне надо, чтобы он вернулся домой.
— Ш-ш.
— После того, как мамы с папой не стало… после того, как Сара ушла… Сэм, я больше так не могу.
— Ш-ш, бэби.
— Сэм, я не могу.
— Ш-ш.
— Ты должен помочь мне. — Я оттолкнул его. — Во всем доме должна быть чистота. Везде. Наверху, внизу, в спальнях, в ванной, на кухне. Я заглянул в духовку… Сэм, ее тоже надо отмыть. Я хочу, чтобы все было безупречно. Без единого пятнышка. Надо поснимать и выстирать шторы. Знаешь, когда их в последний раз…
— Хен, пожалуйста…
— И почини перила на крыльце. Я тут подумал, что надо бы его перекрасить, чтобы стало покрасивей…
— Хен…
— И мне не нравится, что собака везде оставляет шерсть. Я не потерплю этого в своем доме, Сэм. Ты слышишь меня? Я не потерплю, чтобы люди болтали гадости обо мне, или о нашем доме, или о нашем «образе жизни», или о чем-то еще. Я ничего плохого не сделал! Да, я живу достаточно скромно, и у меня нет кучи денег, но это не значит, что я плохой человек. Лишь потому, что я…
— Хен, пожалуйста. Сядь.
— Я не хочу, чтобы эти ублюдки смотрели на меня свысока…
— Хен…
— Да, я зарабатываю на жизнь стрижкой газонов. И что? Еще я работаю в чертовом продуктовом. Я много работаю, Сэм. Я не доктор, не адвокат, не индейский вождь, но, Сэм, я работаю не покладая рук, и я дам Иши все, что понадобится, все, чего никогда не было у меня. Я… я… о, господи, Сэм, ну за что? Дьявол их всех забери!
— Сядь. — Он довел меня до кровати и заставил сесть. Потом обнял за плечи и притянул к себе. — Перестань. Все наладится, бэби, я обещаю. Все будет хорошо. Вот увидишь. Но ты должен перестать себя изводить. Ничего плохого нет ни в тебе, ни в нашем доме, ни в нас, ни в том, как мы живем. Мы обычные люди. Как все. Судья это поймет. Все закончится хорошо. Вот увидишь, Хен. Честное слово.
— Ты так думаешь? Ты правда так думаешь, Сэм?
— Да, бэби.
— О… блядь, Сэм. Блядь! Блядь, блядь, блядь…