Ник Ричмонд – Я слышу (страница 4)

– Я здесь, Адиль. Вместе с тобой.

– Я чувствую… бесконечность.

– Тебе пора возвращаться.

– Но я не хочу.

– Твоë время ещë не пришло.

– Я хочу провести вечность с тобой.

– Так и будет, Адиль. Обещаю.

– Да… Я знаю, Наджем. Я ощущаю… колебания.

– Ты возвращаешься.

Перед глазами появилось изображение – сначала мутное, затем оно стало понемногу проясняться. Появились очертания чего-то прямоугольного. Оно было чуть светлее всего вокруг и постепенно становилось ярче. Форма этого прямоугольника со скошенными углами казалась такой знакомой и привычной, такой правильной… Она дарила спокойствие. Прошло несколько минут, прежде чем Адиль понял, что это было окно.

Он громко чихнул, и во все стороны волной разлетелось пылевое облачко. Старик долго лежал на полу шлюзовой камеры с невидящим взглядом. Затем он несколько раз с силой моргнул и осторожно приподнялся на локтях, зажмурившись от усилия и боли. Выждав какое-то время, чтобы дать нормализоваться кровяному давлению, он аккуратно поднялся на ноги. Чуть прихрамывая, Адиль подошëл к внутренней двери и открыл еë, оказавшись в коридоре жилого отсека, а затем – в жилой комнате. Он сразу приблизился к экрану возле рабочего стола и зачеканил, хмуро глядя в него:

– Центр аномальной массы не смещался – как и всегда при редуцирующем сдвиге. Грависцилляция… четыре целых семь десятых. Слабо. Предварительной интенсификации не зафиксировано. Декремент затухания сохранëн.

Вдруг Адиль прервался и медленно опустил глаза. Постояв так некоторое время, он обвëл комнату изучающим взглядом, а затем провëл кончиком пальца по поверхности стола и поднял потемневшую фалангу к лицу. Осмотрев пятно, он повернул задумчивый взгляд в сторону коридора. Пару мгновений спустя он выбежал в него и торопливо зашарил глазами по полкам стеллажей, став судорожно раздвигать пыльные склянки, загремевшие единым беспорядочным хором. Несколько штук даже упало на пол, отскочив в разные стороны. Но вдруг старик замер, упëршись взглядом в одну точку. Он медленно протянул вперëд руку, не двигая при этом ни одной лишней мышцей, и вытянул дрожащей кистью маленький стеклянный пузырëк, который, в отличие от остальных, был плотно закрыт поворотной крышкой. Адиль поднëс пустой, на первый взгляд, сосуд к самым глазам, сощурившись и внимательно изучая его. Постепенно на его лице проступила довольная улыбка.

– Ха-ха! Я же говорил? Говорил?!

Он торжествующе потряхивал пузырьком в руке, в котором, если очень напрячься, можно было разглядеть на самом дне кучку из нескольких тëмных песчинок.

Ложка с насохшими коричневыми комками гидрированного порошка каждый раз с неприятно громким стуком опускалась на тарелку, чтобы поднять очередной кусок разогретого пищевого брикета и отправить его старику в рот. Тот сидел на кухне, сгорбившись над обеденным столиком, интенсивно жуя и не сводя глаз со стеклянного флакона, стоявшего напротив. По-быстрому закинув в себя положенную продовольственную норму, он резко встал, схватил пузырëк и направился с ним в комнату.

– Журнал экспедиции Адиль-3. Астероид SV-1.27. Запись 157583. При текущем уровне технического оснащения экспедиции я вынужден считать невозможным дальнейший прогресс в исследованиях: последние результаты моих импровизированных, кустарных экспериментов позволяют сделать вывод о проявлении на макро-уровне некоторых эффектов, подобных квантовым, что приводит к ряду противоречий, неустранимых в отсутствие точного оборудования.

Адиль вскочил с рабочего кресла и прошëлся по комнате с рыщущим взглядом.

– Не уверен, что я представляю себе все масштабы необходимых к проведению исследований, – торопливо продолжал он. – Скорее всего, потребуется строительство отдельного павильона для размещения нового оборудования. Нужно увеличить частоту и качество коммуникаций с координационным центром управления исследованиями – возможно, потребуется внедрение новых, более надëжных протоколов связи.

Он похаживал туда-сюда, резко разворачиваясь и шаря глазами по полу и стенам.

– Сколько времени может занять подготовка и доставка всего необходимого? Нужно как можно скорее начать веерные консультации со всеми профильными специалистами. Интересует также механика работы со всеми приборами и устройствами, которые будут определены к передаче на станцию. Обучающие материалы можно направить заранее, чтобы я как можно скорее начал теоретическую подготовку. Надеюсь, что моих способностей будет достаточно…

Старик встал как вкопанный и уставился куда-то за окно – впрочем, точка его фокусировки вряд ли находилась в пределах видимой части Вселенной.

– А что, если… – бормотал он, – меня окажется… недостаточно? Возможно, потребуется специалист, способный в кратчайший срок приступить к монтажу и применению нового оборудования, или даже несколько специалистов. Для них нужно будет возвести и жилые модули – ко мне-то ведь надолго не поселишься, куда тут деться! Хотя… кто знает… Я ведь могу и не дожить до их прилëта. Как далеко шагнули ваши технологии? Сколько времени займëт доставка, вместе с приготовлениями, согласованием?..

Адиль вдруг замолчал и потупил взгляд.

– Да… Да, пожалуй, моë дело теперь – просто подготовить станцию к вашему визиту. Прибраться тут, может, как-то законсервировать… А дальше вы уже как-нибудь сами. Или… Может, вы вовсе и не полетите сюда? Может… у вас уже достаточно вариантов и получше.

Старик глубоко вздохнул и присел на кровать, сосредоточенно массируя пальцами виски.

– Тяжеловато мне без связи с вами. Неудобно планировать. Вдруг будет новый экспериментальный цикл, а тут вы объявитесь – и что делать? Я уж и не вспомню, когда в последний раз получал от вас экспедиционные инструкции. В конце концов, я могу что-то понять неправильно. Интерпретация исследований – не моя работа. Я ведь… не учëный. Поэтому прошу вас осуществить руководство дальнейшими планами экспедиции Адиль-3 и как можно скорее уведомить меня о принятых решениях. Это поможет нам с вами скоординировать работу.

Старик опустил голову и замолчал. Долгое время он сидел, просто глядя в пол. Затем он поднял взгляд и произнëс:

– А лучше не прилетайте. По большому счëту, мы не узнали ничего нового об аномалии. Она может быть опасна для корабля, для оборудования… для вас. Я продолжу работу. У инцидентов нет временных паттернов, но могут быть иные. Я должен найти их, чтобы обезопасить ваш путь. Тогда всë будет не напрасно. Тогда мы сможем, наконец, контролировать ход экспериментов, мы подберëм безопасные орбиты, мы…

В этот момент раздался грохот из коридора. Адиль тут же смолк и уставился в открытый дверной проëм, ожидая продолжения, но его не последовало. Тогда он встал и осторожно вышел из комнаты.

– Ты помнишь… нашу первую встречу? – спросил женский голос.

Старик поднял с пола упавшую склянку, поставил еë на полку стеллажа и ответил:

– Я помню каждую минуту, проведëнную с тобой, Наджем.

– Не знаю, как описать то, что я почувствовала тогда. Я вспоминаю тот момент снова и снова. Он нравится мне. Нравится повторять его, понемножку меняя, но оставляя суть.

– Без тебя мне было одиноко.

– Я будто и не жила до твоего случайного прикосновения. Оно было…

– …Невероятно, – закончил Адиль.

– Я не хочу другого.

– Всë будет так, как я тебе обещал.

– Но ты… отвернулся от меня.

– Не говори так.

– Твои мировые линии вдруг вспыхнули в каком-то порыве. Я вижу: они вьются, тянутся… не ко мне.

– Разве я давал тебе повод усомниться в себе?

– Ты больше не коррелируешь со мной, Адиль. Почему?

– Наверное, ты говоришь о полях вероятностей. Но я не могу влиять на них.

– Ну конечно можешь!

– Нет. Человек слишком… неаккуратен для этого. Мы живëм в трëх измерениях. Передвигаемся в них. Дрейфуем в четвëртом, и уже оно неподвластно нам – куда мне до твоей стихии!

– Однако, мы с тобой встретились именно там.

– Это необъяснимо… и прекрасно.

– Не покидай меня, Адиль.

Он взглянул через крошечное окошко гермодверцы на вновь взошедшую Галену, сверкавшую яркими грозовыми разрядами.

– Я покинул Землю ещë ребëнком. Веря, что жертвую не зря. Нам всем так говорили. Задачи наших миссий вроде как должны были быть соизмеримы с продолжительностью наших жизней. Для многих ли это оказалось правдой?

– Твоя жизнь ещë не закончена.

– Уже почти. Но я не приблизился к разгадке аномалии.

– Если ты желаешь воздаяния прямо сейчас – найди его в том, что ты проторил путь будущим поколениям колонистов.

– Каждый из нас проходит свой путь. Давно ли я был снаружи? Моих следов там уже не отыщешь – всë занесло пылью.

– Твои следы в вечности, над ними не властна пыль.

– Что ж… Тебе виднее. Надеюсь, они там кому-то помогут.

Адиль окинул хмурым взглядом коридорный стеллаж, уставленный горшками с растениями, заметив несколько пожелтевших стеблей среди разносортной зелени, пышные побеги которой кое-где пробивались холодными пëстрыми лучами света дальних звëзд. Он ощупал пальцами несколько гладких листьев, найдя среди них один более шершавый, принадлежащий небольшому бледному кустику с тонкими стеблями в железном горшке. Адиль оборвал несколько его мелких листьев, оставив только самые крепкие, и повертел горшок, критически осмотрев растение, теперь выглядевшее обглоданным. Затем он с сомнением снял горшок с полки и отнëс его к дальнему краю стеллажа, поставил на платформу с невысокими ножками и накрыл широким прозрачным наклонным куполом с простеньким экраном. Раздалось тихое шипение, под куполом побежали струйки пара, и в воздухе ненадолго появился прелый кисловатый запах. Экранчик отобразил несколько цифр, и старик вслух произнëс: