Ник Перумов – Северная Ведьма (страница 67)

– Но зачем?

– Зачем? Кор Двейн не хочет верховной власти в Корвусе. Ему это совершенно ни к чему. Куда удобнее, когда всем распоряжается подходящий правитель. Поэтому Двейн бросится на поиски цезаря.

– И тот?..

– Разумеется, возмутится устроившими смуту, «стоит ему, августу, отъехать от столицы на три поприща!..». Кор Двейн вновь выразит покорность, если у него что-то получилось – похвастается этими кристаллами. Попросит разрешения сопровождать великого доминуса. Тот, конечно, оное дарует. И тогда…

– Аrglwyddes, – перебила Вигда, безо всяких церемоний заглядывая внутрь. – Впереди лагерь. Легионы.

Да, то оказались именно легионы. Легионы и преторианские когорты; среди костров гордо высились ало-золотые аквилы и сигнумы. Тележку остановили, без церемоний схватив коней под уздцы. Вигда натянула вожжи.

– Стой! – раздался сердитый голос снаружи. – Стой! Кто такие, куда?

– К его милости Августу доминусу, трижды величайшему, – без малейшего колебания отозвалась Куртия.

– Ого! – удивились снаружи. – Узнаю, узнаю… Куртия Перпенна, не иначе!

– Она самая, – с достоинством ответила гетера. – Наследная гражданка Константии Куртия Фимбрия Перпенна. А теперь, примипил Септимус Кловиус, самолично вставший на часы, позволь мне явить моего спутника – досточтимого и высокоучёного Квинта Фабия Веспу, Орден Совы, первая ступень! Мы прибыли к Августу доминусу с чрезвычайно важным и спешным донесением. Вели же пропустить!

– Я польщён, – усмехнулся преторианец. – Знаменитая Куртия Перпенна помнит скромного солдата! Ладно, выходите. Время тревожное, так что не обессудьте – мага нам придётся обыскать.

– А меня? – лукаво усмехнулась Куртия, и в грудь Веспе словно кто-то ткнул раскалённой кочергой. – Меня ты тоже станешь обыскивать, досточтимый Септимус?

– Был бы не прочь. – Преторианец отступил на несколько шагов, уступая место эскорту – четвёрке высоченных гвардейцев. – Ступайте! И… лучше бы ваши известия оказались и впрямь важными, Август доминус весьма гневен.

Лагерь оказался обширен – и устроен, как понял Веспа, на «военном поле», где обычно и останавливались легионы, совершая марши через империю.

В строгом порядке расставлены палатки – простые, из серой холстины, для вспомогательных войск, цвета индиго – для регулярных когорт и наконец алые – для преторианцев.

И в самом сердце лагеря высился иссиня-чёрный высокий шатёр с императорским штандартом: расправивший крылья дракон, гневно сощуривший алый зрак. У входа застыла целая восьмёрка преторианцев в блистающих панцирях, с копьями и выгнутыми щитами-скутумами.

– Чародей Квинт Фабий Веспа, Орден Совы, первая ступень.

– Наследная гражданка Куртия Перпенна.

– К особе Августа доминуса! – поочередно доложили трое сопровождавших гетеру и чародея гвардейцев.

И стоило им приблизиться к шатру, на Веспу навалилась знакомая тяжесть – негаторы магии! Точно, они!.. Значит, они и впрямь могут быть извлечены из зданий Сената или Капитула!.. Впрочем, Куртия права – что же тут удивительного? Цельс не из тех, что оставляет свою безопасность в руках слепого случая.

Мага обыскали – вежливо, но тщательно, ничего не пропуская. Куртия сама сняла пояс с кинжалами, обворожительно улыбаясь страже, и на щеках даже закалённых и всё повидавших солдат вдруг появился румянец.

– Пусть войдут, – вдруг раздалось из-за полога. Преторианцы дружно расступились; Веспа и Куртия шагнули внутрь.

Император сидел в походном кресле, затянутый в чёрную кожаную броню, любимую пиратами Свободных Гаваней. Поперёк колен лежал длинный меч-спата с посеребрённым клинком.

– Трижды величайший Август доминус. – Куртия грациозно опустилась на одно колено, низко склоняя голову. Веспа последовал её примеру.

– Малышка Куртия. – Бледные губы цезаря растянулись в улыбку, и она была почти человеческой. – Очень, очень умная и сообразительная малышка Куртия. И ты, Квинт Фабий, – рад, что ты проявил благоразумие, своевременно явившись к нашему престолу. Конечно, походный набор инструментов, захваченных нами из столицы, – совсем не то, что башня Астрономуса, но тут уж ничего не поделаешь. Рассчитывать поправки придётся здесь и сейчас.

– Да, Август доминус, – смиренно сказал Веспа. – Я лишь хотел донести…

И он стал рассказывать.

Император слушал. На первый взгляд бесстрастно, но глаза у него под низкими бровями горели жёлтым совиным огнём.

– Кор Двейн и те, кого ему удалось собрать, располагают действующей магией… – Цезарь побарабанил пальцами по чёрному лакированному подлокотнику. – Твоя верность империи не останется незамеченной, Квинт Фабий Веспа. Это важнейшие известия. Полагаю, ты сможешь воспроизвести эти кристаллы, окажись у тебя должные условия. Но я верно понимаю, что из песка и палок такого не сделать?

– Смогу, Август доминус, – решительно сказал Веспа. Как бы то ни было, империя была его домом. И домом Куртии, и домом цезаря, и всех-всех-всех остальных, а вот домом свободного чародея Кора Двейна она не была, сколько бы он ни утверждал обратное. – Работа будет непростой, однако она исполнима.

– Вот он, Орден Совы, который злоязыкие завистники так уговаривали меня распустить, – хмыкнул император. – И где они все сейчас? Кто кинулся уверять в своей преданности Двейна, кто попрятался, кто решил половить рыбку в мутной воде. А единственным по-настоящему полезным и верным оказался Орден Совы в твоём лице, досточтимый Веспа. Что ж, тогда планы наши меняются. Нет смысла пересчитывать поправки – приступай к работе над кристаллами как можно скорее. Не в одной Константии найдутся припасы, инструменты и умелые помощники. Путь на Север долог, а мы никогда не складывали все яйца в одну корзину.

Несомненно, подумал Веспа, цезарь имеет в виду тайные магические мастерские, устраиваемые тут и там под видом «легионных складов». Об этом разговоры ходили давно, и, в общем, никто не придавал им особого значения – серьёзные волшба и политика творились почти исключительно в Константии.

– Ну а ты, малышка Куртия? – Цезарь обернулся к гетере. – Что можешь рассказать мне ты?

– Меня предупредили, что в столице этой ночью будет небезопасно. – Куртия низко поклонилась. – Небезопасно для… всех верных трижды величайшему Августу доминусу. Маги попытаются… нейтрализовать Кора Двейна, насколько я поняла, великий Август.

– Если они это сделают – значит, последние дураки, – пожал плечами император. – Иные, пытаясь снискать нашу милость, не понимают, что достичь сие можно лишь скрупулёзным исполнением наших велений, а не всякими нелепыми выдумками. Чародей Кор Двейн, несомненно, ведёт свою игру. Несомненно же, что интересы империи Корвус для него целиком и полностью вторичны. Мы – лишь орудие в его руках, полагает он. Что ж, до той меры, пока деяния Двейна и его родни были полезны Корвусу, мы считали возможным закрывать глаза на иные из его… начинаний. Ведь даже сейчас – он был полезен в раскрытии этого секрета Северной Ведьмы?

– Да, – не колебался Веспа.

– Тогда всё просто. – Цезарь провел ладонью по клинку спаты. – Если деяния Кора Двейна будут угрожать миру и спокойствию империи, то будут приняты соответствующие…

Вздрогнула земля под ногами, ночь снаружи озарилась слепящей вспышкой; мгновения спустя прокатился тяжкий гром.

Веспа вскочил, император поднялся. Куртия, напротив, сжалась в комочек.

– Кор Двейн, похоже, продолжает свои опыты, – хладнокровно заметил цезарь. – Что думаешь, почтенный Веспа? Мог это быть несчастный случай?.. Или что-то иное?

– Скорее всего, именно опыты, – осторожно ответил маг, взвешивая каждое слово. – Покушавшиеся вряд ли начали бы со взрыва, у них нет цели физически уничтожить несколько десятков своих коллег… если я правильно понимаю. Поэтому я скорее поверю в несчастливый исход эксперимента. Они слишком спешат, вдобавок, кто знает, им могло и не хватить моих астрономических вычислений.

– Разумно, – согласился император. – Что ж, долг наш повелевает отправить разведку. Константия недалеко. Стража!..

Явились преторианцы, цезарь отдал распоряжения. Вскоре застучали копыта, большой отряд конных ринулся по широкому тракту к столице, несмотря на сгущающуюся ночь.

– Ну а мы так и так остановились тут на ночлег. – Император прошагал туда-сюда по шатру, высокий, худой словно журавль. – Подождём достоверных известий.

– Но… Август доминус… – решился Веспа, – быть может, там пожары, разрушения, жертвы?..

– Возможно, – хладнокровно согласился Цельс. – Но в Константии оставлено достаточно городских, вспомогательных когорт. Мы строили дело так, чтобы не всё и вся требовало бы нашего слова.

Взрывы не повторялись. Ночь нахлынула подобно морскому приливу, так привычному Веспе по Скаламирру. Император галантно протянул руку Куртии, помог подняться, опередив чародея.

– Впрочем, – цезарь Марций Цельс самолично откинул полог шатра, – если мы всё понимаем правильно, очень, очень скоро к нам пожалуют некие не совсем ожидаемые гости. Останьтесь, Куртия, и ты, Квинт Фабий. Скройтесь вон там, – он указал на заднюю часть шатра, огороженную плотным непроницаемым занавесом. – Ожидайте наших повелений и ни в коем случае ничего не предпринимайте. Там накрыт стол, подкрепите силы.

Куртия поспешно поклонилась и потянула Фабия за собой.

…Занавес был плотный и очень тяжёлый. Необычно тяжёлый.