Ник Код – Сингулярность. Мемуары из бункера (страница 2)

— Извините, сэр, но я не могу верить какому-то частному приложению, — покачал головой Понг. — У нас строгие инструкции холдинга. За ложную тревогу и панику меня уволят. Корпорация гарантирует безопасность. Пожалуйста, вернитесь в свой номер.

Алексей медленно опустил планшет. Он посмотрел в глаза парню и с пугающей ясностью понял: цифровая цивилизация создала идеальных биороботов. Они разучились смотреть на небо и доверять собственным глазам. Если на экране смартфона написано, что всё хорошо, они будут стоять и улыбаться, пока волна не размажет их по бетонным стенам ресепшена.

В этот момент пол под ногами едва заметно, но глубоко вздрогнул. На стойке тонко звякнул стакан с ледяной водой.

ГЛАВА 2. СКЕЛЕТ В КОДЕ

Алексей не стал тратить драгоценные секунды на споры. Он развернулся и бросился к выходу из лобби. Но этот заученный, слепой отказ тайца запустил в его голове лавину воспоминаний. На секунду картинка ночного Пхукета смазалась, и память швырнула его на три года назад, в Пало-Альто, прямо в душную штаб-квартиру корпорации AstroLink.

Был июль две тысячи двадцать третьего года. Алексей тогда занимал пост ведущего архитектора распределенных сетей, и его команда закрывала тяжелейший спринт по проекту глобального спутного метеощита. На экране огромного рабочего монитора светился бесконечный листинг кода, сопровождаемый лёгким цифровым шумом из динамиков тестового терминала. Алексей помнил каждую строчку. Помнил он и то, как в кабинет вошел вице-президент по маркетингу — ухоженный парень в дорогом худи, с безупречной белозубой улыбкой и чашкой матча в руке.

— Алекс, у нас проблема с пропускной способностью над Азиатским регионом, — произнёс тогда менеджер, присаживаясь на край стола. — Пользователи жалуются, что во время трансляций криптобирж падает скорость. Твой алгоритм метеомониторинга жрёт слишком много трафика на частоте одиннадцать гигагерц.

— Эта частота выделена под сырые данные береговых буев и гражданских гидрологических радаров, — жестко ответил Алексей. — Если мы зажмем канал, данные о штормах будут идти с задержкой в сорок минут. В случае цунами — это смертный приговор.

— Алекс, брось свой пафос, — поморщился вице-президент. — Цунами бывают раз в тридцать лет. А индекс акций компании падает на два пункта каждый раз, когда у брокера в Токио зависает график из-за твоих буев. Оптимизируй это. Прижми приоритет метеопакетов до минимума. Сделай красивую интерполяцию — пусть нейросеть дорисовывает погоду на основе прошлых лет, если канал забит. Клиент должен видеть зелёный статус безопасности. Всегда.

И Алексей тогда сдался. Он был амбициозен, получал щедрые опционы компании и слепо верил, что умные алгоритмы со временем всё исправят. Он лично написал ту роковую функцию оптимизации регионального трафика. Скелет, зашитый глубоко в кодовую базу AstroLink. Короткий кусок кода, который определял пакеты гидрологической телеметрии как мусорный трафик третьего класса и безжалостно сбрасывал их, едва сеть перегружалась коммерческими данными.

Резкий щелчок вернул его к реальности. Вокруг снова был октябрь две тысячи двадцать четвертого года, а со стороны океана нарастал зловещий шум прибоя.

Алексей бежал по парковке отеля к своей арендной машине. Под ногами уже сочилась вода — дренажные каналы Пхукета сдались первыми и начали выплевывать океан обратно на сушу. Физика не знала компромиссов. Океану было плевать на котировки акций на Токийской бирже. Оптимизированный Алексеем код прямо сейчас безупречно работал на орбите, послушно выбрасывая сигналы бедствия с тонущих буев в корзину, чтобы не отвлекать мир от трансляции вечерних новостей.

— Север, они ведь так и не переписали этот модуль? — на бегу спросил Алексей. — Мой скелет всё еще там, на спутниках?

— Подтверждаю, — отозвался ИИ. — Архитектура ядра AstroLink использует ваш алгоритм без изменений. Гражданский сегмент сети полностью изолирован от реальных данных. Метеосерверы транслируют сгенерированную нейросетью модель идеального лета.

— Я сам запер их в этой иллюзии. Я сам отобрал у них последний шанс на спасение, — сквозь зубы выцедил Алексей.

— Дистанция до фронта волны — двенадцать километров, — прервал его размышления «СЕВЕР-М». — Давление в волновом канале превысило критическую метрику. Скрипт фиксирует начало разрушения береговой инфраструктуры Банг Тао через двести сорок секунд. Рекомендую прекратить анализ и начать движение вглубь материка.

Алексей долетел до машины. Дверь виллы была распахнута, Юля с дочкой на руках уже бежали к нему через газон. В их глазах наконец-то появился настоящий, животный страх. Потому что со стороны пляжа, заглушая гул автомобильных моторов, донесся жуткий, ни на что не похожий звук — словно тысячи бетонных плит одновременно начали тереться друг о друга.

Глянцевый мир рушился. Наступало время жесткого кремния и чистой физики. Черный водяной вал уже переваливал через береговую линию, устремляясь вверх по склону холма.

ГЛАВА 3. ЭВАКУАЦИЯ В НИКУДА

Двигатель арендованного внедорожника взревел, срывая колеса в пробуксовку по мокрому гравию. Алексей рванул рычаг коробки передач, и машина выскочила на узкую асфальтированную дорогу, ведущую прочь от побережья Банг Тао.

В салоне стояла тяжелая, звенящая тишина. На заднем сиденье Юлия крепко прижимала к себе Таню. Девочка тихо плакала, уткнувшись носом в мокрую куртку матери. Юля смотрела в боковое стекло, где мимо проносились залитые неоном витрины массажных салонов, круглосуточных минимаркетов и ресторанов. Там всё еще текла обычная, безмятежная жизнь. Туристы в шортах лениво потягивали коктейли, а на экранах их смартфонов всё так же горел успокаивающий зеленый статус безопасности от корпорации AstroLink. Они не знали, что жить им осталось считанные минуты.

Алексей до хруста сжал пальцами руль. В правом ухе снова раздался мягкий, но настойчивый зуммер.

— Зафиксирован полный отказ гражданской сотовой сети в прибрежной зоне, — доложил монотонный голос искусственного интеллекта. — Алгоритм AstroLink перевел базовые станции в режим экстренного резервирования каналов для нужд топ-менеджмента корпорации. До контакта с первой волновой структурой остается тринадцать минут.

— Север, проложи маршрут в обход главных магистралей, — сквозь зубы бросил Алексей, резко закладывая руль вправо, на узкую грунтовку, уходящую вверх по склону холма. — На основном шоссе сейчас начнется ад.

— Маршрут пересчитан, — отозвался ИИ. — Рекомендую двигаться в направлении холмов за перевалом Кату. Высота над уровнем моря в конечной точке составит сто сорок метров. Это гарантирует безопасность от первой и второй волновых структур.

Сзади, со стороны океана, донесся глухой, раскатистый гул. Это не было похоже на гром. Звук шел откуда-то из-под земли, заставляя вибрировать стекла автомобиля и панели приборов. Алексей бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида. На горизонте, там, где только что угадывалась черная линия ночного моря, теперь поднималась колоссальная, абсолютно черная стена, которая заживо сжирала огни прибрежных отелей и прогулочных катеров.

Машина тяжело подпрыгивала на ухабах, прорываясь сквозь густые заросли тропической зелени. Фары выхватывали из темноты испуганных птиц, с криками взлетающих с веток.

— Лёша, что это за звук? — голос Юлии дрожал от ужаса. — Что там происходит?

— Волна пришла, — коротко ответил Алексей, сильнее вдавливая педаль газа в пол. — Смотри только вперед. Не оборачивайся.

В этот момент электроника автомобиля на секунду сошла со ума. Приборная панель вспыхнула всеми аварийными индикаторами, фары погасли на долю секунды, а затем снова зажглись.

— Внимание, — произнес «СЕВЕР-М». — Фиксирую мощный электромагнитный импульс в верхних слоях ионосферы. Спутниковая группировка AstroLink инициировала протокол полной очистки локальных логов. Они уничтожают следы своего бездействия.

«Твари, — подумал Алексей, чувствуя, как к горлу подступает ярость. — Они не просто проспали катастрофу. Они заметают следы, пока люди тонут».

ГЛАВА 4. ЦИФРОВОЙ ПОБЕГ

Ночь превратилась в бесконечный кошмар. Ливень, начавшийся сразу после первой волны, плотной стеной отрезал холм от остального мира. В ушах Алексея стояло тяжелое, хриплое дыхание испуганных людей, сквозь которое прорывался треск электрических искр затопленного неподалеку распределительного щита и частые, глухие удары тяжелых капель тропического ливня по крыше.

Алексей сидел на полу бетонного навеса возле буддийского храма, укрыв спящих Юлю и Таню пляжным пледом. На его коленях тускло светился экран планшета. Единственным источником питания оставался портативный внешний аккумулятор, а единственной нитью, связывающей его с реальностью, — оборонный искусственный интеллект «СЕВЕР-М».

— Север, у нас есть резервный канал? — тихо, чтобы не разбудить родных, спросил Алексей. — Хоть одна вышка в радиусе пяти километров выдает несущую частоту?

— Все наземные коммутаторы Пхукета физически уничтожены или обесточены, — бесстрастно отозвался ИИ прямо в наушник. — Однако в трехстах метрах ниже нашей позиции, в полузатопленном техническом узле AstroLink, продолжает работать автономный магистральный терминал. Фиксирую излучение направленного луча на геостационарный спутник.