Ник Картер – Операция Пролив Макмердо (страница 6)

— Спасибо, — глухо сказал я. Койка с толстым стеганым одеялом вдруг показалась очень привлекательной.

«И если вам захочется прогуляться посреди ночи, не выходите на улицу. Вы там, наверное, сразу замерзнете.

— Не волнуйся, — сказал я. «Я останусь на месте».

После того, как Тиберт ушел, я пошел проверить Лану. Она спала как убитая. Я вернулся в свою комнату, разделся и залез в постель. Как только я почувствовал запах подушки, я уже заснул.

Глава 3

Ветер завывал вокруг здания, когда меня что-то разбудило. Я долго лежал, прислушиваясь к одинокому грустному звуку, и напрягал слух, нет ли еще чего.

Я держал левую руку перед лицом. Светящийся циферблат моих часов показывал два часа. Все на базе уже должны были спать, за исключением, может быть, радиолюбителей и ученого, который все еще проводил эксперименты.

Затем я услышал звук, который совершенно обеспокоил меня, и сел. Это звучало как какое-то хныканье. Или как будто кто-то плакал. Или как скулило животное, страдающее от боли.

Я встал с кровати. Пол холодил мои босые ноги. Я вытащил из-под подушки «люгер» и остановился, чтобы послушать, откуда доносится шум.

Вот и снова. Он исходил из комнаты Ланы. Я на цыпочках подошел к стене, чтобы послушать. Это была Лана. Было похоже, что она плачет.

Я вздохнул с облегчением. С тех пор, как Тиберт сказал мне, кто входит в этот комитет, я немного нервничал. Думаю, это было мое естественное врожденное недоверие, но от этого плохо спится. Меня также разбудил этот звук.

Мои чувства к ней были где-то между раздражением и жалостью. Очевидно, у нее были трудные времена, и здесь лучше не станет, но если она хочет разобраться в этом вопросе с комитетом, ей придется набраться смелости и убедиться, что она чувствует себя немного лучше, когда мы отправимся в тот исследовательский центр с др. пришлось.

Я сунул «люгер» обратно под подушку, подошел к двери и приоткрыл ее. В коридоре никого не было, и было так холодно, что я мог видеть свое дыхание. На мгновение я подумал о том, чтобы надеть сапоги, но передумал. Я отошел ненадолго, просто посмотреть, что происходит, успокоить ее и вернуться в постель. Мы слишком нуждались во сне.

Я вышла в коридор и подошел к двери ее комнаты. Я слушал. Я услышал, как она стонала, и уже собирался постучать, когда услышал что-то еще. Я напрягся.

В комнате с ней кто-то был. Я услышал голос, тихий и неразборчивый, но достаточно громкий, чтобы его можно было узнать как мужской голос. Это был не голос Ланы.

На мгновение я поколебался, стоит ли мне вернуться за пистолетом, но решил не делать этого. В конце концов, вы никогда не знаете, что там может происходить.

Я сделал глубокий вдох, задержал дыхание на мгновение, затем нажал кнопку. Дверь не была заперта.

Я осторожно повернул ручку и зашел в дверь.

Я прыгнул в темную комнату и нырнул вправо.

«Помогите», — крикнула Лана с кровати, задыхаясь.

Силуэт крупного мужчины в арктической одежде вскочил на ноги и приблизился ко мне. Я прыгнул на него.

— Ник, — позвала Лана, и тут что-то прогрохотало у меня в затылке. Мои колени на мгновение подкосились.

Беспомощно я смотрел, как мужчина бросился вперед и ударил меня кулаком по лицу. Я упал и попытался схватить нападавшего, и мне удалось схватить его куртку кулаком. Затем я сильно ударился о землю.

Я пробыл там не более нескольких секунд, пока Лана помогла мне подняться на ноги, но двое мужчин уже успели выбраться из комнаты и выбежать в коридор.

Я доковылял до двери и выглянул наружу, но дверь в конце коридора захлопнулась, и все снова стало тихо.

"С тобой случилось что-нибудь?" — спросила Лана позади меня.

Я постоял какое-то время, глядя на дверь холла, пока все медленно расплывалось перед моими глазами. Затылок болел, челюсть тоже. Но я преодолел это. Я повернулся и включил свет. Я снова закрыл дверь.

На Лане была длинная фланелевая ночная рубашка. Ее глаза расширялись от страха, и она побледнела, если не считать красного рубца на левой щеке.

Я спросил. - 'Что это было?'

Она покачала головой, я не знаю… я не знаю… — сказала она дрожащим голосом. Я проснулась и увидела, что мужчина склонился надо мной, одной рукой закрывая мне рот».

— Что они хотели от тебя?

Она посмотрела мимо меня на дверь. — Они спрашивали о… о тебе. Они хотели знать, что ты здесь делаешь.

— Меня назвали меня по имени? — спросил я и сделал шаг ближе к ней.

Она кивнула. «Они думали, что я тоже во флоте, в следственной комиссии. Они хотели знать, как долго мы работали вместе и что узнали».

— Что ты им сказала?

— Ничего, — сказала она. Я была так потрясена, что не могла произнести ни слова. Потом этот мужчина ударил меня.

— Ты им ничего не сказала?

Она покачала головой. — Потом вошел ты.

Я должен был подумать об этом некоторое время.

'Вы в порядке?' — спросила Лана.

Я посмотрел на нее и сумел немного улыбнуться.

— Моя голова болит, — сказал я. «Как они выглядели?»

'Было темно. Я не могла видеть их лиц».

— А их акцент, вы слышали? Русский? Китайский? Быть может, немецкий?

Она покачала головой, я не знаю, Ник. Один говорил, а другой ничего не сказал, я думаю. А тот еще шептал. Я была так потрясена, что не обратила внимания... — Ее голос оборвался.

На полу между нами лежала большая черная пуговица. Я наклонился и поднял его.

"Это твоя?"

Она осмотрела кнопку. — Нет, — сказала она.

На пуговицах ничего не было, никакого рельефа, как у нас на пуговицах флотского мундира. Тем не менее, я был почти уверен, что сорвал пуговицу с куртки этого человека, когда он ударил меня по лицу. Это было немного, но хоть что-то.

Очевидно, член комитета, прослышавший, что я здесь и собираюсь в исследовательский центр, захотел узнать обо мне побольше. Сколько я точно знал и кем именно я был. Так что это означало, что кто-то в этом комитете был обеспокоен моим присутствием здесь. И это также означало, что этому члену комитета было что скрывать. Но это, конечно, ничего не значило, это мог быть кто угодно, хоть кто-то с нашей стороны. Командир Тиберт сказал, что единственным нестабильным фактором в этом случае было влияние изоляции на ученых.

Был ли это кто-то, кто начал свой собственный опыт? Кто придумал что-то, что убило всех людей в лаборатории? Эксперимент, который немного вышел из-под контроля, и теперь его нужно отменить — даже для его собственного правительства? Все было возможно.

— Вы не должны никому об этом говорить, — сказал я, сунув пуговицу в карман.

— Но… но он мог убить тебя, Ник, — сказала Лана.

«Могло быть, да, но этого не произошло», — сказал я. — Им нужна была информация, вот и все. Но никому об этом нельзя говорить.

«Командир Тиберт должен знать».

Я покачал головой. 'Никому.'

Она отвернулась и расчесала волосы пальцами.

"Что, черт возьми, здесь происходит?"

Я пришел к ней. Она повернулась и вползла в меня.

— Я тоже не знаю, — тихо сказал я. — Но мне придется это выяснить. И когда я делаю свою работу, я делаю ее по своему. Хорошо?'

Я поцеловал ее, и она еще сильнее прижалась ко мне.

— Не уходи, Ник. Останься со мной.'

— Они не вернутся, — сказал я.

— Я не хочу быть одна, — хрипло сказала она. "Останься со мной пожалуйста."

"Ястреб и голубь?"