Ник Картер – Операция Пролив Макмердо (страница 4)

Я взглянул на Лану рядом со мной, но она смотрела в окно, видимо, погруженная в свои грустные мысли. Она тоже не совсем расслабилась во время долгого перелета из Сан-Франциско сюда. Скорее, казалось, что чем дольше мы были в компании друг друга, тем круче и формальнее она становилась. Я понятия не имел, что она думала, но я уже решил, что она устранится, как только ее отношение помешает расследованию.

Когда мы прибыли, они только что закончили загружать провизию в трюм транспортного самолета Hercules C130, который ждал перед большим ангаром. На хвосте была эмблема ВМС США, но большая часть работавшего на нем персонала была в штатском.

-- Ранняя зима, сэр, -- сказал "тетя Пос". «Мы были застигнуты врасплох, потому что все еще были заняты пополнением запасов нашей станции на проливе».

«Я не буду лететь на этой штуке», — запротестовала Лана.

"Тетя Пос" посмотрел на нее в зеркало заднего вида.

— Простите, мэм, но у нас больше ничего нет. Но, конечно, ты должен выяснить это сам.

«Тогда я полечу с советской делегацией...» — начала она, но это было для меня слишком.

— Ты этого не говорила, — отрезал я. Я посмотрел на "тетю Пос." — "Ты этого не слышал, понял?"

— Да, этот сильный ветер, — сказал он. «Ничего не слышно».

От группы мужчин, работавших над самолетом, отделился мужчина в морской форме с расстегнутой паркой. Он подошел к нам, как только "тетя Пос" остановил машину.

— Капитан Картер? — сказал он, когда я вышел.

— Действительно, — сказал я, и мы отдали честь и пожали друг другу руки. «Лейтенант Ридли. Я полечу на этом ящике.

Лана тоже вышла и подошла к нам. Он обернулся.

'А вы доктор. Эдвардс? — сказал он, протягивая ей руку. Она предпочла проигнорировать это. — Мне нужно позвонить, прежде чем мы улетим.

— Простите, доктор, но вы не сможете этого сделать. Мы улетаем прямо сейчас, — сказал Ридли.

— Я сейчас позвоню , — сказала она, сверкая глазами.

«Хорошо, я пришлю тебе открытку, когда прилечу», — рявкнул я и пошел с Ридли к самолету. «Расскажи мне об этих упакованных ланчах», — сказал я. «Я только что услышал от "тети Пос", что они всемирно известны».

Ридли рассмеялся, и мы вошли. Мы прошли мимо ящиков, которых еще не были на месте. Мы не оглядывались.

За сиденьем штурмана на широкой кабине экипажа установили два откидных сиденья, и Ридли указал на одно из них.

«Я соберу свою команду, и тогда мы пойдем», — сказал он.

Я сел и пристегнул ремень безопасности.

Он исчез, а через несколько мгновений появилась Лана. Не говоря ни слова, она села на другое откидное сиденье и пристегнула ремень.

Я задавался вопросом, буду ли я все еще говорить с ней, но я решил, что если ей придется работать со мной, было бы лучше, если бы мы прояснили ситуацию сейчас.

Я наклонился к ней, и она сжалась, как будто думала, что я собираюсь дать ей пощечину.

«Прежде чем мы выберемся отсюда — уточним кое-что, Лана», — мягко сказал я. «Вероятно, вас проинструктировали в Калифорнии. Итак, вы знаете, что все двадцать семь человек, которые там работали, вероятно, уже мертвы, как и пилот этого вертолета и его напарник. Вы также знаете, какую работу они там выполняли. И вы также знаете, что мы не единственные в этой миссии, хотя этот вопрос очень чувствителен для правительства.

Она ничего не сказала, но ее эмоции были ясно видны на красивом лице.

«Если ты еще раз сделаешь что-то подобное, или если есть хоть что-то, что указывает на то, что ты собираешься это сделать, я дам тебе лично пинок под зад, и ты можешь лететь домой».

Она немного покраснела.

'Я понятно сказал?'

Какое-то время она смотрела на меня, а потом отвернулась. Ридли и еще двое поднялись в кабину экипажа.

«"Тетя Пос" уже знает вас. Он наш штурман в этом путешествии, а тот урод вон там — Том Болл, мой второй пилот», — сказал Ридли, садясь.

— Капитан Картер, — сказал я Боллу, пожимая его протянутую руку. 'Ник.'

«Мои друзья зовут меня Болле», — усмехнулся он. Он вскарабкался на крайнее правое сиденье, полностью игнорируя Лану.

"Тётя Пос" сел на штурманское место, надел наушники и затанцевал пальцами над кнопками над головой.

«На светофоре налево, а потом по главной улице мимо почты», — сказал он.

«Спасибо», — сказал Ридли, и двигатели самолета С130 заработали один за другим.

"Тетя Пос" снова повернулся ко мне. — Две тысячи миль к югу, и мы будем там… меньше семи часов до Зунда. Если вы хотите что-нибудь поесть, кофе за углом, а упакованные ланчи — по соседству».

— Спасибо, — сказал я. — Но я думаю, что лучше попытаться немного поспать.

Бол обернулся. «Если вам удастся выспаться в этом рейсе, я лично угощу вас бифштексом в клубе и пивом!»

"Мы будем там, Болле," сказал я, закрывая глаза. Я заснул через пять минут после взлета.

Мне удалось подремать около четырех часов с короткими интервалами. Наконец я открыл глаза, потянулся и расстегнул ремень.

— Спящая красавица проснулась, — сказал тетя "Пос". Болле повернулся. Он покачал головой.

«Я бы хотел, чтобы стейк был сырым внутри», — сказал я.

— Ты на самом деле не спал, ты просто притворялся.

«Ничего подобного».

«Эй, дерьмо», — сказал Болле, и остальные засмеялись. Лана не была на своем месте.

Я спросил. - "Куда она ушла?"

-- В номер сто, -- сказал "тетя Пос".

Я кивнул. — Можно курить здесь?

— Конечно, — сказал Ридли. — И возьми чашку кофе. Это будет невозможно через двадцать минут или около того.

Я встал и наклонился, чтобы посмотреть наружу. Глубоко под нами лежало море с огромными айсбергами, но впереди нас из воды поднималась почти непроницаемая серая стена, намного выше нас.

— Плохо выглядит, — сказал я.

«Да, это будет нечто», — сказал Ридли.

— Есть ли шанс, что нам придется вернуться?

Ридли огляделся. "Насколько важно, что вы летите туда?"

'Очень важно.'

Он кивнул. «Хорошо, тогда пей свой кофе, через пятнадцать минут мы будем по шею в этом дерьме».

Я повернулся, наклонился и вышел из кабины. Лана прислонилась к переборке с чашкой горячего кофе в руках. Ее глаза были широко открыты, она казалась пепельно-белой, а на верхней губе выступили бисеринки пота. Она посмотрела вверх.

Я спросил. - 'Вы в порядке?'

Она покачала головой. 'Я боюсь.'

— Ты можешь остаться на станции, — сказал я. «Тебе не обязательно идти в исследовательскую лабораторию».

— Нет, это не так. Я никогда в жизни не летала, вот и все.

— О боже, — сказал я и вдруг начал понимать.

«Они говорили что-то о шторме», — сказала она. Ее нижняя губа дрожала. Она чуть не плакала.

Она была напряжена и нервничала во время того очень долгого перелета из Сан-Франциско в Новую Зеландию. Но это не имело ко мне никакого отношения. Она просто испугалась в самолете. Но я этого не понял.