Ник Гернар – Императрица (страница 28)

Я бросился к нему, чувствуя, как мышцы раненой ноги горят от перегрузки. И рванул на себя трубку, вырывая ее из живота.

От воя у меня даже уши заложило. Север воспользовался моментом. Не теряя хладнокровия, прицелился и выстрелил. Пуля ударила четко в узкую прорезь шлема. Молодец, стрелок!

Чо тем временем добивал прикладом второго, сминая ему шлем вместе с черепом.

Вершинин с Егором ринулись к нам на подмогу, но в целом дело было уже сделано.

Тяжело дыша, я отступил к стене, позволяя соратникам закончить начатое.

Снаружи еще есть живые. И они знают, где располагается бункер. А это значит, что все они будут тащиться сюда. Ну или если даже не все, то многие.

А с другой стороны, раз на поверхности остались живые, у меня теперь имелся план, как узнать, где находится это проклятое убежище.

Глава 11

Чужая война

Дезинфекцию мы провели сразу, чтобы выровнять фон. Пришлось почти полчаса сидеть в изоляционном боксе с рюкзаками на руках, пока система не оповестила нас, что дело сделано.

Тела мы завернули в пленку и убрали в дальний угол с глаз долой. Проверив показатели системы жизнеобеспечения бункера, я с огорчением обнаружил, что дезинфектор предупреждающе замигал красным глазом.

— И что с ним не так? — хмуро поинтересовался Егор, наблюдая за тем, как я разглядываю пометки на датчике.

— Он просто оповещает, что в следующий раз обрабатывать помещение ему будет уже нечем. Так что, если вдруг явится кто-то еще — одевайтесь сразу в костюмы. Чо знает, в какие.

— Из синих ящиков, — отозвался тот.

— Правильно, — кивнул я. — А теперь мне нужно поспать. Во сне регенерация работает максимально эффективно, так что, если повезет, к моменту вылазки нога меня вообще беспокоить не будет. Север! Ты тоже скоростной, так что уж извини, тут без вариантов: со мной на поверхность идешь именно ты. Егор, Вершинин и Чо — по очереди на карауле. Любые новые лампочки на панели, непонятный звук, вибрация или запах — все из этого является поводом для тревоги. Чуть что — реагируем сразу. Не ждем, не сомневаемся и пинаем меня.

Я прихватил себе под голову свой рюкзак и расположился на полу около стены.

— И что, ты реально сейчас сможешь спать? — озадаченно спросила Анна.

— Делать-то все равно больше нечего, — ответил я, не открывая глаза. — Надо подождать, чтобы радиоактивный фон спал хоть немного. А потом от меня потребуется много активности, так что поспать сейчас, чтобы быть более эффективным потом — самое правильное. Тебе, кстати, тоже рекомендую.

— Я как бы только что ядерный взрыв пережила и перестрелку с иномирными мутантами, — дрогнувшим голосом проговорила Анна. — И спать рядом с их трупами, завернутыми в пленку, как свежие огурцы, мне как-то пока не хочется…

Я ей не ответил.

Математически все получалось неплохо.

У меня четыре ампулы, дозировка рассчитана на двенадцать часов.

Нас всего шестеро. Если располовинить каждую ампулу, нам всем должно хватить на шесть часов, плюс одну из ампул мы можем употребить с Севером при подъеме на поверхность.

Хотя я бы, конечно, предпочел в компаньоны Егора.

Когда вернемся, надо найти способ прокачать ему скорость. Как показала практика, она важнее, чем сила и меткость вместе взятые. Потому что имея скорость ты всегда имеешь второй шанс. И мобильность.

А пока придется довольствоваться буддистом в качестве напарника, потому что время дорого. Учитывая количество ампул и объем препарата, у нас с Севером будет всего шесть часов на поиски ответа на вопрос, где находится хранилище. И потом, если разделить оставшееся поровну, таймер запустится снова, и мы получим еще шесть часов на то, чтобы всем добраться до нужного места и выполнить задание.

Но как быть, если рифт в итоге так и не откроется? Если игра просто выдаст следующее задание?..

Я приоткрыл глаза.

И увидел блестящий пленочный бок одного из наших гостей.

Не знаю, откуда они выползли. Но на больных или умирающих эти парни похожи не были.

Дело в их мутации? Или в содержимом их ранцев?

Или и в том, и другом одновременно?

Было бы круто провести анализ этой жидкости. Но у меня ни ресурсов, ни квалификации не хватит, чтобы разложить по составу иномирное снадобье.

А вот в лаборатории ЦИР, пожалуй, это могли бы сделать вполне достойно.

А заодно и ДНК самих мутантов посмотреть.

Если, конечно, после облучения от него что-то останется.

Я забрался в боковой карман рюкзака с контейнерами для образцов и под пристальными взглядами компаньонов отправился ковырять покойника.

На меня смотрели молча. Строго. И, как мне показалось, осуждающе.

Я аж нож опустил.

— Вы на меня так смотрите, как будто этот глаз ему еще может пригодиться, а я как сволочь последняя отнимаю!

— Нет-нет, продолжай, — неожиданно отозвался Север. — В твоих действиях есть что-то умиротворяющее. Вселяющее надежду на будущее, в котором эти образцы могут что-то значить для большой науки.

— Нет, все-таки ты ненормальный, — фыркнул Чо.

— Я — проходчик, — бросил я на него косой взгляд из-за плеча. — Мы все ненормальные.

Егор кашлянул прорвавшимся хохотом и повернулся на другой бок.

Закончив дело, я вернул пленку на место, пригладил ее и отправился спать. На этот раз — по-серьезному.

Хорошенько выспавшись и наевшись консервов из запасов, мы с Севером начали неторопливые сборы.

Сначала подобрали подходящие по размеру костюмы и шлемы, похожие на головняки космонавтов. Потом всем собранием долго настраивали в них связь, чтобы мы смогли слышать друг друга на расстоянии. Потом приклеили на предплечье наклейку-индикатор, прилагающуюся к костюму — для того, чтобы сквозь маленькое прозрачное окошко на рукаве контролировать степень облучения.

— Я все равно не понимаю, как вы собираетесь искать это проклятое хранилище, — сказала Анна, искусно загоняя иглу с половиной ампулы КР-4 в вену Севера.

— Для начала мы просто осмотримся, — буркнул я, не желая пускаться в подробности. — А там видно будет.

И в свою очередь подставил руку.

Костюмы были легкие, из плотного, но очень тонкого материала. Он хрустел при движении, как яичная скорлупа под ногой. Внутри было душно, несмотря на систему вентиляции. Ну да ничего. От пота еще никто не умер.

Я затянул ремни потуже, проверил герметичность швов и щелкнул замком шлема. Проверил автомат на плече. Пистолет. Нож.

— Я тебе в нагрудный карман гермоклей положил, — хмуро и как бы между прочим сказал Егор. — Но вы все равно постарайтесь там не сильно дырявить упаковку.

Я кивнул, повернулся к шлюзу.

Дверь открылась с противным скрипом.

Запах горячего металла, пластика и гнилой органики пробивался даже сквозь фильтры.

Воздух был густым, словно наполненным пеплом. Небо казалось неестественным. Лучи клонящегося к закату светила с трудом пробивались сквозь рыжую пелену, окрашивая все в грязно-коричневые и оранжевые тона. А с другой стороны, там, где должен был быть горизонт, как гигантский кровоподтек, висело багровое пятно. От него в стороны тянулись полосы дыма, сливаясь с облаками в единую грязную пелену.

А город вокруг больше не был городом.

Там, где раньше виднелись силуэты изувеченных зданий, теперь не осталось ничего, кроме холмов из бетонных обломков. Лишь кое-где чернели остатки каких-то металлических конструкций.

Ну что же. Привет, постап.

Я сделал шаг, и земля под ногами захрустела. Опустив голову, я увидел, что почва покрылась стекловидной коркой, будто её запекли. И с каждым шагом она крошилась, оставляя следы.

— Ну и куда мы идем? — неожиданно громко в самое ухо сказал Север.

Я даже вздрогнул от неожиданности.

— Не ори ты так, а то я оглохну. В какой стороне ты в прошлый раз видел войска? По-моему, где-то вон там?.. — указал я рукой направление.

Север задумчиво покрутился на месте, пытаясь опознать местность. Нашел глазами рухнувший прожектор, на который забирался в прошлый раз.

— Нет, левее. Видишь, где черный скелет эстакады? Как раз за ним.