Ник Гернар – Императрица (страница 25)

Разложив рюкзак на земле, я заглянул внутрь. Там имелся целый арсенал емкостей, соединенных между системой трубок и сочленений. Видимо, для разных ситуаций имелся свой допинг. Каким образом регулировалась подача, автоматически или непосредственно сержантом, сказать было сложно.

Потом я попытался снять шлем. Это оказалось неожиданно сложной задачей. Наконец, что-то где-то щелкнуло, и я с изумлением увидел под металлической защитой…

Обнаженный мозг.

Я присвистнул. Заглянул внутрь шлема, и увидел десятки каких-то устройств с вытянутыми усиками-проводками, которые, предположительно, напрямую контактировали с разными участками мозга.

— Он реально полумашина, — сказала Анна. — До сих пор не понимаю, как тебе удалось не просто выжить, но еще и победить!..

Я ничего не ответил. Покрутил эту штуку в руках, достал пистолет и выстрелил в нее почти вплотную.

Пуля пробила в железке дыру.

— Отойди-ка в сторону, — попросил я. И сделал то же самое с доспехом отвоевавшегося вояки.

Рикошет.

Получается, уязвимые места у этого парня — трубки и башка. И то, если стрелять почти в упор. Так себе вариант.

Но ведь у этих доспехов должны же быть слабости! Стыки, точки расположения каких-то важных устройств, поддерживающих внутри этой железки работу всей системы.

Вот только чтобы их найти, надо понимать, каким образом все устроено.

— Интересно, как у него этот панцирь снимается, — проговорил я. — Не родился же он бронированным.

— Да, наверное, примерно так же, как у наших киберов, — задумчиво отозвалась Анна, пристально разглядывая предплечье великана и слегка касаясь кончиками пальцев мониторов и конструкционных выпуклостей. — Или как снимаются части сложных протезов. Должны быть крошечные рычажки. Поищи на той стороне, где у него оружие.

— Понял.

Я присмотрелся к поверхности доспехов — и почти сразу отыскал что-то похожее на рычажок.

— Нашел! — воскликнул я. Потянул за него — и в тот же момент в пушке в него на руке что-то щелкнуло, пулемет вместе с лентой отвалился на землю, а вместо него показалось небольшое пистолетное дуло.

— И я! — радостно отозвалась Анна.

Она тоже потянула за рычажок, в глубине доспехов что-то загудело, и пластина в форме гульфика распахнулась, вываливая наружу то впечатляющее богатство, которое под ним скрывалось.

— Да твою ж, — сморщилась Анна.

Стараясь не рассмеяться, я кашлянул и проговорил:

— Ну а что… Хороший калибр. Зато сразу видно — женщина мужика потрогала.

— Да ну тебя, — сверкнула она глазами в мою сторону, пряча улыбку.

Тем временем в пустом здании эхом пронесся звук шагов.

Это возвращались наши парни.

Глава 10

Вот бомба прилетела и ага

Стадион изнутри выглядел как настоящий Колизей нового времени. Полуразрушенные трибуны, облупленные бетонные стены, ржавые остовы прожекторов. Огромное красное светило, приподнявшись над горизонтом, теперь жарило не хуже римского солнца в июле. В центре арены вместо гладиаторов лежали двое местных щитовников. Их кровь жадно впитывала сухая, растрескавшаяся земля.

Чо с большим рюкзаком за спиной уверенно шел впереди, показывая дорогу. Рядом с ним, размахивая отрубленной рукой сержанта, шагал Егор. Без железной перчатки она выглядела неожиданно небольшой, узкой, с по-обезьяньи удлиненными пальцами. Этот сувенир он прихватил с собой не просто так — вход в бункер кроме автоматизированной турельной защиты имел биометрический ключ, и мы предположили, что открываться он скорей всего должен пятерней гиганта.

Я думал, нам придется долго и нудно пилить мертвецу руку, но тут пришел на помощь Вершинин. Его пальцы покрылись серым налетом, и он с размаху всадил их в локтевой сустав сержанта, как мясной тесак. Север с Егором впечатлились этой его способностью, а Вершинин в ответ засмущался, как ребенок, пряча глаза и бормоча себе что-то под нос.

Эта ситуация стала поводом проанализировать еще раз своих компаньонов.

Север с самого начала не казался мне подходящим на роль коварного наемника. Хотя убивать он, безусловно, умел профессионально. Просто наемники — это, обычно, про деньги. Но у Севера были какие-то другие, свои ценности. И характер достаточно цельный и твердый, чтобы этим самым ценностям следовать, несмотря на всю кажущуюся мягкость.

Чо мне тоже теперь нравился больше, чем раньше. Наш откровенный разговор многое изменил в моем восприятии.

Если, конечно, этот разговор действительно был откровенным, а не театральным.

Вершинин в свою очередь мне все больше казался не от мира сего. На первый взгляд просто замкнутый и неразговорчивый, при более пристальном наблюдении он раскрывался с другой стороны. Например, он упорно не замечал развязавшихся шнурков на ботинках, пока ему на это не указал Егор. Время от времени Вершинин начинал разговаривать сам с собой или ни с того ни с сего выдавать какие-то странные умозаключения, никак не связанные с происходящим вокруг. Все это наводило на мысль, что он и сам с реальным миром связан постольку поскольку.

Может быть, среди наших и вовсе нет убийцы?..

Миновав расстрелянные турели, мы очутились в тесном коридоре, пропахшем гарью и паленой резиной. Он сначала долго петлял под трибунами, спуская нас все глубже под землю, а потом, наконец, привел в просторный квадратный холл с тусклым желтым фонарем над большой бронированной дверью с биометрическим замком.

Егор приложил ладонь сержанта к сканеру, и дверь со скрежетом поползла в сторону…

И в ту же секунду я ощутил тошнотворную, жуткую вонь, хлынувшую из приоткрытого бункера.

— Наверх, все быстро! — крикнул я, стараясь затаить дыхание.

Дополнительных пояснений парням не понадобилось.

Мы рванули наверх, а жуткий смрад поднимался за нами следом, не отставая.

— Что случилось? Там какой-то газ? — не бегу спросила Анна.

— Аммиак, сероводород и еще целый букет каких-нибудь грибов и бактерий, — пробормотал Чо.

— Красиво как сказал, про букет-то, — фыркнул Егор. — Да трупы там, Анна Сергеевна!

— Это еще не факт! — зыркнул на него азиат.

— Не хочу тебя огорчать, но эту вонь я ни с чем не спутаю! — возразил Егор.

Мы вывалили на свежий воздух, жадно и глубоко дыша после такого рывка.

Я принялся копаться в своем рюкзаке. Отыскал подходящие для дела перчатки и две пары респираторов с фильтрами.

— Он у тебя что, бездонный? — с интересом наблюдая за моими манипуляциями, спросил Чо.

— Не бездонный, а продуманный, — усмехнулся я.

— Хочешь попытаться там внизу все вычистить? — догадался азиат.

— А еще найти систему продувки и дезинфекции. По-хорошему, там должно быть и то, и другое. Надо только спуститься туда и хорошенько осмотреться… Есть еще у кого-нибудь подходящая амуниция в запасе?

— К слову, про осмотреться, — медленно проговорил Север, разглядывая покосившуюся, но все еще крепкую стойку прожектора рядом с нами, возвышавшуюся над стадионом. — Попробую-ка я оценить обстановку с точки повыше.

Я кивнул.

— Давай, только аккуратней. Ты нам еще живой понадобишься.

Легкий Север взобрался на стойку прожектора с ловкостью кошки. Сверху он мог видеть не только стадион, но и часть города за его пределами.

— Там что-то происходит, — доложил он минут через пять, спрыгивая вниз. — На западе, километрах в десяти от города наблюдается движение боевой техники и здоровенных механоидов.

— Это типа как наш знакомый сержант? — спросил я, нахмурившись.

— Нет, совсем не похоже, — покачал головой буддист. — Одни из них выглядят скорее как наши киберы, а другие — как небольшие танки на паучьих ногах. И там их действительно очень и очень много.

Чо вздохнул. Поднял на меня красноречивый взгляд. Мол, из-за тебя все, сволочь.

— Да насрать, сколько их там, — проворчал Егор. — Через семь часов все равно нихрена никого не останется. Только поторопиться бы надо — вот это да, это я согласен. Ну что, у меня тоже есть пара намордников. Кому одолжить?

В итоге в бункер пошли я, Егор, Чо и Анна, которая наотрез отказалась оставаться снаружи и хотела собственными глазами увидеть, что происходит внизу. Меня сначала тоже не хотели пускать. Но потом я возразил, что единственный знаю местный язык и если уж кто и разберется в системе жизнеобеспечения бункера, то это буду я, и все смирились.

Север с Вершининым остались снаружи охранять вход и дышать свежим воздухом.

С респираторами и перчатками мы снова спустились к бронированной двери. Высокоуровневый дыхательный фильтр почти полностью очищал воздух от запахов, но на уровне физиологической памяти мне все равно казалось, что вокруг стоит тяжкий дух разложения.

Внутри открылся мрачный коридор. Света здесь не было, так что нам пришлось воспользоваться фонарями. Стены покрыты черными пятнами плесени, пол усеян телами в униформе.