Нидейла Нэльте – Вкус свободы (страница 84)

— Просто так?

— Насколько я поняла, подрались за рабыню. Если желаете — можете запросить данные видеонаблюдения.

— Чей раб? — так и вижу, как Тали нахмурилась.

— Господина Халира Туольского.

— У него же рабыня.

— В базе отмечено, что раб его. Всего доброго, госпожа. Извините за вынужденное использование пульта.

Слышу удаляющиеся шаги. Халира, значит. Он что-то шептал Смире на ухо — может, чтобы молчала о втором рабе? Да с чего бы? Может, этот урод специально нас спровоцировал? Для чего? А тот ещё зачем-то поменяться хотел…

— Вставайте, — произносит Тали. — Ну что вас, по очереди водить?

Поднимаюсь, Лайла опасливо посматривает на меня, тоже встаёт.

— Антер заступился за меня, госпожа, вы бы видели, как он его…

— Лайла! — недовольно обрывает Тали. — Не могу понять, чему ты радуешься.

— Ну… Антер… — мнётся, Тали смотрит на меня:

— Антер?

— К Лайле «по привычке» приставал не только господин Халир, но и его раб, — говорю. — Слова «нет» они оба не понимают.

Не припомню, чтобы Лайла Халиру «нет» говорила.

Да что ж это такое! Я за эти десять дней изведусь, пока Антер будет в рабских зонах. Не отпущу больше! В туалет и назад. Буду бутерброды с собой брать. Хмыкаю.

Заходим в ложу, там по-прежнему пусто, надеюсь, никто больше и не появится. Закрываю дверь, запускаю движение по траектории. Появятся — так им и надо. Проверяю сетекамеры надетым во время «приведения себя в порядок» микросетевиком. Отсутствуют.

Странное у меня двоякое чувство. Понимаю, Антер не мог промолчать, но так тошно от того, что они там вдвоём… вроде как на одной стороне, а я тут вся из себя госпожа. Что это Лайла приличную решила разыграть?

Нехорошо так говорить, агент Там, ты не знаешь её мотивов и побуждений.

Лайла шёпотом выспрашивает Антера, какого ждать наказания, тот жмёт плечами. Хочется их рассадить в разные стороны, чёрт, снова господские замашки?

Извожусь от того, что не могу с ним поговорить, обнять, скучаю прямо, а он сидит болтает с Лайлой, сделай им замечание — придётся же наказывать, а я и так не знаю, как с сегодняшним недоразумением быть. Да и вообще, я столько раз говорила ему, что не неволю, как можно замечания делать? Чтобы снова ощущал себя собственностью?

— Антер, рассказывай, что произошло, — не выдерживаю наконец. Вкратце пересказывает, как раб не хотел Лайлу отпускать, пришлось обратиться к аргументам.

Напоминаю Лайле в очередной раз, что она всегда может сказать мне. Хотя, кажется, бесполезно.

— Господин Халир спрашивал про тебя, — вспоминаю. — Хочешь к нему?

— В качестве наказания? — интересуется. Да уж.

— Если в качестве наказания, то лучше дома посидишь.

Выслушиваю стандартное «как пожелаете, госпожа», не могу понять, довольна ли она, или наоборот. А если недовольна, то потому, что хочет к Халиру, или потому, что считает это более лёгким наказанием, чем, например, кнут?

Надо бы, чтобы Антер с ней разговорился, попытался хоть что-то выяснить. Не знаю, расскажет ли, но ведь мне точно нет.

Но как же я не хочу, чтобы они общались, чтобы он проводил с ней время! Еле удерживаюсь, так и тянет положить на него руку, сесть на колени. Заставляю себя смотреть шоу, яркое, красочное, очень профессионально сделанное. Хотя, кто их знает, может оно стандартное, из года в год одно и то же — просто для меня необычно. И всё равно не увлекает, замечаю, как Лайла берёт ладонь Антера, чмокает в щёку с лёгким «спасибо».

— Лайла, я всё вижу, — не выдерживаю. Я, конечно, понимаю, что за неё, возможно, впервые за много лет кто-то заступился, но смотреть на это совершенно невыносимо.

— Простите, госпожа! — уже снова на полу.

— Просто отсядь от него, пока не успокоишься, — говорю. Я бы их на нормальные сидения посадила, но вдруг увидит кто.

С трудом дожидаюсь окончания, всерьёз раздумываю, не послать ли к чёрту Корнеля с его сборищем. Но вот с Халиром поболтать не мешало бы.

Мечтаю только об одном — как вернёмся в номер, как ляжем в кровать, и я буду просто ощущать его рядом. Осознавать, что сейчас он со мной, на ближайшие три недели. Плюс те несколько дней, пока Лерка будет гостить.

А потом… если я когда-нибудь вернусь с этого грёбаного Тарина, ничто не помешает мне разыскать его.

Лайла и так, и этак едва уловимые знаки оказывает, не могу понять, то ли надеется, что Тали их не замечает, то ли наоборот, зачем-то провоцирует её.

Тали, кажется, недовольна, или просто придерживается «жадности», с ней не угадаешь. Не ревнует же, в самом деле. Отгоняю от себя тщеславные мысли. А то снова напридумываю то, чего хочется, и не увижу то, что есть.

Корнель, конечно, и здесь не мог не выпендриться — его «номер» занимает целый двухэтажный особняк на склоне, с видом на бухту, где, если приглядеться, даже зафрахтованный Альвейскими корабль виден. Возвышается среди портовой мелочи.

Своего участка нет — территория общая для нескольких домов, зато большая личная терраса над склоном.

Стараюсь не думать о том, что держу дверь, о подходящих Селии с Халиром. Тали направляется к ним, вид раздосадованный. Мы с Лайлой поднимаемся, идём следом.

Рассматриваю пояс Халира, почему не заметил второго пульта? Видимо, потому, что его там нет. А вместо пульта выглядывает небольшая клипса, знакомая вещь, только на Тарине я таких не встречал. Подобного рода штучки, замаскированные под украшения, используют на тех планетах, куда пульты не поставляются. В них всего один вариант воздействия, которое можно усиливать или уменьшать. Я пультом тоже не сразу обзавёлся, спустя года два особо продвинутый хозяин попался, с неплохими связями. Но и клипса вполне способна размазать по полу.

Раб на этот раз тоже с ними идёт, и Селиевская девочка. Интересно, Халир скрывал второго, или просто не хочет обременяться лишними пультами? У Смиры же полезный, столько функций дополнительных.

— Халир! — недовольно произносит Тали, скользнув взглядом по рабу.

Тот сейчас выглядит очень смирно, не скажешь, что может вести себя совсем иначе. При этом есть в нём нечто такое… чего я не разглядел, когда он к Лайле лез. Какая-то особая плавность, правильно расстёгнутая рубаха, специального покроя брюки. Элитный постельный, что ли? Зачем такой Халиру?

— Мало того, что ты, так ещё и твой раб теперь начал моих домогаться? — продолжает Тали.

— Хочешь наказать? — Халир с готовностью срывает клипсу с пояса, протягивает, на секунду пугаюсь за Тали, но, похоже, зря. Окидывает его пренебрежительным взглядом:

— А начать, полагаю, с тебя? Кнут, что ли, у Олинки одолжить?

— Пользоваться умеешь? — хмыкает Халир. Раб уже успел занять позу покорности.

— Вот и она! — Тали делает несколько шагов навстречу вышедшей из дома Олинке, кажется, мне хочется смеяться. Вообще-то странное состояние для такой ситуации, но откуда-то знаю, что Тали собирается делать.

Берёт у обалдевшей Олинки из рук кнут, подбирает конец, как-то очень ловко ей это удаётся, не видел, чтобы упражнялась. Возвращается к Халиру, едва не сметая его волной гнева.

— Ну чего ты? — пытается улыбнуться тот, слегка пятясь. Тали ступает вперёд, приближает кнут к самому его лицу, такая грозная, что он делает ещё шаг назад, а с ним и Селий.

— Если хоть раз ты, твой дружок, ваши рабы или кто там ещё прикоснутся к моим, покажу тебе лично, как научилась им пользоваться. Ясно?!

Халир поскорее кивает, хотя, думается мне, будь мы не на Тарине, мог бы и поспорить. Но здесь, у всех на виду, не рискует.

Тали опускает кнут, аристократик бросает на меня взгляд… не люблю такие взгляды, за ними всегда скрывается гадость.

— А ты не видишь, как твой на мою рабыню заглядывается? — спрашивает.

— Ни на кого он без моего разрешения не заглядывается! — возмущается Тали.

— Хочешь сказать, ты не догадываешься, что между ними было?!

— Когда это? — подозрительно интересуется Тали. Кажется, я снова непроизвольно сжал кулаки, спешу разжать. Смира краснеет, испуганно поглядывает то на меня, то на Тали, то на хозяина.

— Когда у тебя ночевала, — отвечает. У Тали глаза вдруг сужаются, так смотрит на Халира, что он ещё шаг назад делает.

— Ты меня совсем за идиотку держишь, Халир? Антер не отходил от меня ни на миг.

— Даже когда ты спала?

— Представь себе! Мы с Антером ночевали на яхте, а Смиру, после того, как помогла с уборкой, я закрыла в комнате и не велела оттуда высовываться. Так что лучше не зли меня!

Тали эффектно разворачивается, кивнув нам следовать за собой, бросает кнут Олинке, профессионально его поймавшей, и в тишине проходит в дом.

Кажется, я уже начал привыкать к спектаклям и даже получать от них некоторое удовольствие. А вот Лайла, по-моему, осталась безразлична. Ну да, господские причуды — не рабского ума дело.

Олинка догоняет, так проводит по Антеру взглядом, словно ощупывает, радуется, как я классно Халира на место поставила. Продолжаю попыхивать, якобы с трудом остываю.