Нейтон Патчер – Аукционист Бездны: Крах Золотого Картеля (страница 5)

— Двадцать тысяч — это если сбывать их поштучно, как мелкий спекулянт у трактира, — Марк спокойно, плавными движениями сгреб звенящие кристаллы в [Пространственное Хранилище Бездны], где они тут же распределились по ячейкам стазиса. — Если мы просто вывалим эту партию на аукцион, картель бросит свои миллионные резервы, выкупит все до единого камня, заткнет дыру в своем рейде и станет только сильнее. Прямые продажи на споте в условиях монополии — глупость.

— А как еще можно продать товар, если не выставлять его на прилавок? — нахмурился старый мастер.

Марк холодно усмехнулся. В его зрачках отразился свет системного терминала.

— Мы не будем продавать реальный товар прямо сейчас, Балин. Мы продадим им обещание поставки. Мы продадим им их собственную жадность и страх остаться без ресурсов перед лицом мирового босса.

Марк развернул интерфейс Черной Биржи и открыл модуль создания производных финансовых инструментов:

— Мы запускаем обратный поставочный фьючерс со сроком экспирации ровно в час начала их генерального штурма Катакомб Отчаяния. И я сделаю так, чтобы топ-менеджеры картеля собственноручно подписали контракт, который превратит их армию в беспомощных манекенов.

В глубине подвала кристаллы первозданной маны в инвентаре Марка отозвались низким, угрожающим гулом — финансовый капкан для золотой империи был заряжен и готов к спуску.

Глава 3. Фьючерсный капкан

Жадность на финансовых рынках обладает предсказуемой гравитацией: чем выше заявленная норма прибыли, тем быстрее у игроков атрофируется способность критически оценивать системные риски.

Марк Воронов знал эту аксиому наизусть. Еще в своей прошлой жизни в стеклянных высотках делового центра он неоднократно наблюдал, как маститые управляющие хедж-фондов с многомиллиардными портфелями совершали фатальные ошибки, едва на горизонте начинал маячить запах легкой сверхприбыли. Психология толпы не меняется от того, во что одеты спекулянты — в строгие костюмы от итальянских портных или в зачарованные адамантитовые латы с гербами имперских гильдий. Природа человеческого азарта везде подчинена одним и тем же математическим законам.

В зале Тайного Святилища висела прохладная полутьма, нарушаемая лишь мягким переливом расчетных диаграмм и мягким шорохом парящих в воздухе информационных потоков. Перед Марком мерцал виртуальный конструктор деривативов Черной Биржи — интерфейс, разработанный им на стыке логики высокочастотного трейдинга и скрытых пространственных протоколов Бездны.

— Базовая спецификация контракта полностью сформирована, — произнес Архивариус, перебирая светящиеся струны системного кода тонкими, полупрозрачными пальцами. — Тип финансового инструмента: поставочный товарный фьючерс с фиксированной датой экспирации и безусловным залоговым депонированием. Базовый актив: Кристалл Первозданной Маны класса «А». Общий объем выпуска эмиссии: ровно десять тысяч единиц. Шаг одного лота: пятьсот единиц. Всего двадцать неделимых лотов.

— Срок экспирации? — уточнил Марк, внимательно вглядываясь в обратный таймер в нижнем углу интерфейса.

— Ровно семьдесят два часа с момента открытия книги заявок, — ответил дух древней сети. — Это оставляет снабженцам картеля ровно два с половиной часа на приемку, распределение кристаллов по подсумкам боевых магов и построение колонн перед входом в Катакомбы Отчаяния. Времени на глубокую лабораторную экспертизу, физический распил кристаллов и повторные магические тесты у них попросту не останется. Они будут вынуждены верить официальному системному сертификату качества.

— Идеально. Теперь цена страйка. На официальном имперском аукционе картель искусственно держит спотовую цену на уровне тридцати пяти — сорока золотых за второсортный кристалл категории «В», — Марк коснулся пальцем светящейся шкалы котировок. — Выставляем цену исполнения нашего фьючерса на уровне двадцати двух золотых крон за штуку.

Архивариус на мгновение замер, его эфирные брови удивленно взлетели вверх:

— Двадцать два золотых? Это почти пятидесятипроцентный дисконт к текущему рынку! Вексель, если мы выбросим такой колоссальный объем по столь низкой цене, аналитики картеля могут насторожиться. Они решат, что это системный сбой или ошибка котировального робота!

— Именно этого они и должны решить в первую секунду, — Марк холодно усмехнулся, скрестив руки на груди. — Если дисконт будет слишком большим, скажем, пять золотых за штуку, они заподозрят грубую ловушку или фальсификат. Если дисконт будет микроскопическим — процентов десять — они станут выжидать, торговаться и тянуть время. Но скидка в сорок пять процентов на дефицитный стратегический ресурс высшей пробы в преддверии величайшего рейда сезона вызовет у них безусловный животный хватательный рефлекс. Они увидят в этом две вещи: возможность сэкономить сотни тысяч крон на экипировке своего десятитысячного войска и шанс перепродать излишки на споте с наценкой в сто процентов, окончательно задушив независимые кланы. Жадность перевесит любую осторожность. На бирже всегда побеждает тот, кто умеет дергать за ниточки чужих пороков.

Марк открыл расширенный редактор юридических условий сделки. Перед ним развернулся массивный свиток стандартного соглашения об обращении деривативов на Черной Бирже — многостраничный юридический текст, написанный сложным, усыпляющим бдительность языком Системы «Этерны».

Обычные игроки и даже опытные клановые снабженцы никогда не читали подобные соглашения дальше второго абзаца, торопливо прокручивая полосу прокрутки вниз, чтобы нажать заветную зеленую кнопку подтверждения. В мире, где боевые решения принимались за доли секунды, мелкий канцелярский шрифт воспринимался большинством лидеров как досадная системная формальность, навязанная разработчиками.

Марк сосредоточил внимание на четырнадцатом разделе регламента, озаглавленном как «Гарантийные обязательства сторон при трансграничном клиринге». Его глаза вспыхнули глубоким фиолетовым огнем Бездны:

[Применена классовая способность: Смарт-контракт Бездны (Ранг II).]

[Интеграция скрытого залогового протокола в тело соглашения.]

Светящиеся золотые буквы на свитке слегка дрогнули, расплылись и перестроились в сложную, монолитную юридическую формулировку, защищенную системным замком высшего ранга:

[Параграф 14.8: Неделимый Залог Намерения и Реверсивный Дефолт.]

[Условие действия контракта: Приобретатель настоящего контракта берет на себя безоговорочное системное обязательство не использовать поставляемый объем базового актива (Кристаллы Первозданной Маны) для прямого или косвенного нанесения урона, осады, блокирования или силового захвата территориальных и логистических зон, находящихся под юрисдикцией Консорциума «Бездна» и ассоциированных с ним свободных гильдий.]

[Санкция за нарушение условия: В случае фиксации Системой прямого акта агрессии против указанных субъектов в течение срока действия гарантийного периода, поставляемый актив признается ТОКСИЧНЫМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВОМ. Наступает режим безусловного реверсивного отзыва ресурса с компенсационной аннигиляцией мана-контуров конечных пользователей.]

Марк перечитал пункт трижды, проверяя каждое слово и каждую запятую на предмет системных разночтений или юридических лазеек. Формулировка была безупречна. Она не содержала формального запрета на бой с монстрами или прохождение подземелий — картель мог использовать кристаллы где угодно, кроме одного-единственного сценария: нападения на союзников Бездны.

Но Марк досконально изучил топографию Катакомб Отчаяния. Вход в нижнее логово Змея Бездны пролегал через нейтральные Стыковые Врата, которые клан «Северный Ветер» и союзные рудокопы «Горного Молота» заняли еще сутки назад по праву первопроходцев. Картель физически не мог войти в глубинный рейд, не попытавшись нагло смести передовые дозоры свободных гильдий силой оружия. Их высокомерие гарантировало спуск триггера.

— Смарт-контракт верифицирован Системой, — подтвердил Архивариус, удовлетворенно кивнув. — Уровень скрытности параметров: девяносто четыре процента. Обнаружить этот пункт при стандартном беглом аудите снабженцев невозможно. Он скрыт внутри динамического раздела форс-мажоров.

— Открывай книгу заявок, — скомандовал Марк. — Пусти направленный импульс по информационным каналам Черной Биржи. Пусть рыба почует прикорм.

***

В главном штабе Торгового Дома «Золотой Век», располагавшемся в роскошном беломраморном особняке Верхнего Города, царила душная, нервная атмосфера.

Барон Эрих фон Грау мерил шагами просторный кабинет, устланный шкурами редких полярных медведей. На бароне была надета тяжелая церемониальная мантия из пурпурного бархата с золотым шитьем, но под ней глухо побрякивали пластины легкого адамантитового доспеха. На его холеном, холеном аристократическом лице застыла гримаса неподдельного бешенства.

— Где этот проклятый оборванец?! — рычал фон Грау, с размаху ударяя кулаком в латной перчатке по массивной дубовой столешнице. — Сто тысяч золотых крон награды! Мы подняли на ноги весь городской гарнизон! Мы наняли три лучших сыскных агентства с материка! Прочесали каждый чердак, перевернули вверх дном все трущобы и сточные канавы! И каков результат?! Кипы отчетов о пустых подвалах и сотни задержанных нищих!