Нэнси Уоррен – Убийство в чайной «Бузина» (страница 30)
– До этого вы уже подали ему не тот чай.
– Да, я знаю! Не обязательно постоянно это вспоминать! Я только устроилась на работу и путалась, но в тот раз сделала все правильно.
– Кто, кроме вас, мисс Уотт и Джима, мог открыть чайник?
– Он был на стойке – к нему мог подойти кто угодно. Я вам уже говорила.
– Вы не видели кого-то конкретного? Попробуйте вспомнить. Это очень важно.
Кэти закрыла глаза.
– Жену полковника. Я забыла вам рассказать. Он кричал, и она пришла к нам вся красная и сказала что-то вроде: «Умоляю, скорее принесите полковнику чай, он уже скандал устроил!» Ей, кажется, было очень стыдно.
– Вы это правда видели? Или придумываете, чтобы отвести подозрения от себя и своего парня?
Девушка снова обозлилась:
– Правда!
Я кивнула:
– Я тоже видела жену полковника: она прошла мимо нашего столика, но я думала, что она ищет уборную. Я не видела, куда она в итоге направилась, – очень может быть, что на кухню.
– А кто еще мог оказаться рядом с чаем?
– Все, кто ходил в туалет. Да и вообще, разве кто-то не мог подсыпать яд, когда чайник уже был на столе? На полковнике чуть ли не висела одна пожилая дама. Я бегала туда-сюда с едой и чашками, а люди вокруг садились за столики, вставали, уходили. Почти все шли мимо стола, где сидел полковник. Его мог отравить кто угодно! – Кэти взглянула на часы. – Слушайте, я опаздываю. Я собиралась встретиться с Джимом после его репетиции – мы идем в театр.
Иэн кивнул.
– Хорошо. Констебль вас отвезет. Если вспомните что-то еще,
– Ты гляди, какой смелый нашелся! – фыркнула Кэти.
Она схватила сумку и повернулась ко мне:
– До завтра?
Австралийцы нередко заканчивают предложения вопросительной интонацией. Однако сейчас мне показалось, что девушка и правда сомневается, захочу ли я оставить ее на работе аж после второго допроса полицией.
Сегодня Кэти казалась настолько же виновной, как и в день убийства, – не больше и не меньше.
– Да. Спасибо, Кэти. Увидимся завтра.
Кэти ушла в сопровождении девушки-полицейского, а Иэн остался. Его голубые глаза внимательно вглядывались в мое лицо.
– Я немного удивился, когда узнал, что вы наняли ее. Вы же понимаете, что Кэти – одна из главных подозреваемых?
Иэн беспокоился о моей безопасности или просто считал, что только дурак может взять на работу столь сомнительную личность? Я подозревала, что второе.
– Но с чего ей убивать полковника Монтегю? Или Джиму, раз уж на то пошло? Вы нашли между ними какую-то связь?
– Нет. Просто, признаюсь, я озадачен. А вы правда видели, как Элспет Монтегю шла в сторону кухни?
– Да-да, видела. Просто, пока Кэти об этом не заговорила, я и не вспомнила. Она выглядела ужасно нервной. Полковник и правда был довольно мерзким.
– Так все говорят, но конкретного мотива для убийства нет ни у кого.
– А к вам приходила женщина из Ирландии?
Иэн кивнул:
– Видимо, по вашей просьбе. Она очень переживала и хотела убедиться, что полиция ничего вам не сделает.
– Она кажется неплохим человеком, хоть и затаила обиду на полковника Монтегю.
– Как и почти все в этой чайной.
– Она не сказала, зачем пришла?
Иэн поудобнее устроился на диване и ослабил галстук, словно показывая, что со мной ему комфортно. А еще это был легкий намек на то, что он уже не на работе.
– Сказала. Она уже успела поговорить и с Элспет Монтегю. Вдова была ошарашена, но не особо удивилась. А затем пообещала должным образом помочь женщине, которую бросил полковник, и ее дочери.
– Что ж, я рада, что во всем этом безобразии осталось место доброте.
Глаза Иэна весело заблестели.
– Вы стараетесь видеть в людях лучшее, правда?
– А что в этом плохого? Я предпочитаю думать, что люди хорошие, а не подозревать их постоянно в чем-то.
– Тогда удачно, что вы работаете в магазине рукоделия, а не в полиции.
В душе я все же считала себя немного детективом, но мне понравилось мнение Иэна обо мне. Уж лучше видеть в окружающих добро, чем зло. Но убийство так действительно не распутаешь.
Я поделилась с Иэном слухом о том, что полковник собирался развестись с женой и сделать предложение мисс Эверли.
– Две пары влюбленных стариков в одной чайной! – вздохнул Иэн. – И прямо за соседними столиками.
– Да, а еще Кэти постоянно путала заказы. Мы даже не знаем, точно ли предполагаемой жертвой был полковник Монтегю.
– А другим человеком, заказавшим чайник «Эрл Грея» (который стоял на том же подносе), оказался, конечно, Геральд Петтигрю.
Я не собиралась предавать мисс Уотт и пересказывать Иэну историю двух сестер, однако решила, что небольшая подсказка поможет ему в этом непростом расследовании. Я опустила взгляд на свои ладони.
– А вы не пробовали что-нибудь узнать о Геральде Петтигрю?
Иэн обладал многими качествами, и глупости в их числе точно не было. Он резко перевел на меня проницательный взгляд своих голубых глаз.
– А для чего?
– Ну, не знаю… Он вдруг появился из ниоткуда, вскружил Флоренс Уотт голову. На мой взгляд, он так хорош, что это как-то подозрительно. Перед тем как впервые наведаться в чайную, мистер Петтигрю заглянул ко мне в магазин. Он показался мне похожим на актера – из тех, что играют отставных полковников и немолодых аристократов в телесериалах.
Иэн кивнул:
– Обычно таких персонажей списывают с реальных личностей. Да, ваша догадка может быть верна. Однако мы уже связались с Интерполом. До недавнего приезда в Оксфорд Петтигрю жил в Австралии.
Я округлила глаза:
– В Австралии?
– Да. И они с Кэти и Джимом прибыли сюда с разницей всего в пару дней. Точно ли это всего лишь совпадение?
– Ну, в Австралии живет почти двадцать пять миллионов человек. И они много путешествуют – пожалуй, в Англии в любое время года находятся тысячи австралийцев. Кто-то приезжает как турист, кто-то работает в магазинах или пабах…
Иэн посмотрел мне в глаза.
– Взять Кэти на работу – благородный поступок с вашей стороны. Но, прошу, будьте осторожны.
И тут я почувствовала, что он обращается ко мне не как полицейский к свидетельнице убийства, а как мужчина к симпатичной ему женщине. В груди потеплело, и я немного покраснела от смущения.
– Хорошо.
Иэн не сводил с меня взгляда.
– Я тут подумал… – начал он.
В это же мгновение зазвонил его телефон. Иэн посмотрел на экран.