Нэнси Уоррен – Убийство в чайной «Бузина» (страница 29)

– Поговаривают, вдова полковника Монтегю очень богата. А раз полковник планировал с ней развестись, то вряд ли она безутешна. Может, если мистер Петтигрю узнает о даме побогаче, которой не нужно продавать бизнес и имущество, его внимание переключится на нее?

– Люси, миссис Монтегю подозревают в убийстве мужа. Да, Геральд Петтигрю – настоящий мерзавец, но неужели вы хотите отдать его прямо в руки отравительнице?

– Я бы сказала, что Геральд Петтигрю в состоянии о себе позаботиться. К тому же есть такое понятие, как «кара свыше».

К концу нашей беседы Мэри Уотт выглядела заметно повеселевшей. Разумеется, мой перерыв занял куда больше часа, однако, спустившись вниз, мы обнаружили, что Кэти ловко управлялась в магазине. Когда я открыла дверь, она как раз пробивала крупный заказ. Мэри Уотт дружелюбно поприветствовала ее и порадовалась тому, что Кэти нашла новую работу. Кэти поблагодарила ее и выразила надежду, что «Бузина» вскоре снова откроется.

Я проводила мисс Уотт на улицу. Было приятно немного подышать свежим воздухом.

– Скажу честно: эта девушка на порядок лучше работает в твоем заведении, чем в моем, – подметила Мэри.

– Не хочу прозвучать грубо и бессердечно, но все же признаю: ваша утрата – моя находка.

Мисс Уотт захохотала. Было прекрасно это слышать. Подозреваю, что женщина давно не смеялась, а судя по тому, как обстояли дела, следующий раз мог быть очень нескоро.

Старушка положила ладонь мне на предплечье.

– Спасибо тебе, Люси. Ты мне очень помогла. Надеюсь, бабушка сейчас смотрит на тебя с небес и гордится тобой.

На самом деле моя бабушка с большой вероятностью мирно спала. А если нет, придется наложить на люк еще одно заклинание, чтобы она ненароком не пришла ко мне – хотя бы в часы работы магазина.

Скорее бы поделиться с ней всей историей о Геральде Петтигрю и Флоренс! Бабушка всегда отлично разбиралась в людях. Мне было крайне интересно, что она скажет о Петтигрю.

Я уже собралась вернуться в магазин и тут услышала, как какой-то мужчина зовет меня по имени. Я обернулась – ко мне шел Иэн Чисхольм. Мисс Уотт тоже заметила его.

– Как я рад, что вы обе здесь, – кивнул нам Иэн. – Мисс Уотт, у меня к вам еще несколько вопросов.

Все спокойствие, которого мы с ней добились, тут же исчезло с ее лица. Женщина вновь стала напряженной и встревоженной, однако ответила:

– Конечно. Не хотите ли зайти в чайную?

– Хочу. А еще у меня есть вопросы к вашей официантке Кэти. Вы случайно не знаете, где мне ее найти? Я приходил к ним в квартиру, но ни ее, ни Джима не было дома.

– Кэти у меня в магазине, – сказала я. – Работает помощницей.

Если Иэн и удивился, то хорошо это скрыл.

– Понятно. – Он взглянул на часы. – Мисс Уотт, если вы сейчас не заняты, то давайте пообщаемся. А к вам, Люси, я приду после закрытия магазина – часов в пять.

Я вернулась в «Кардинал Клубокси» и тут же пожалела, что не спросила, можно ли предупредить Кэти о визите Иэна. Я решила подождать почти до самого закрытия: не хотелось нервировать девушку раньше времени.

День шел своим чередом. Я искренне радовалась тому, что у меня есть помощница. Просто удивительно, сколько клиентов привело к нам убийство в чайной по соседству! Мы с Кэти успели стать настоящими профессионалами в вежливых ответах вроде «Да-да, просто какой-то кошмар» или «Нет, насколько мы знаем, преступника еще не поймали» и смене темы на вязание.

Где-то без четверти пять мы с Кэти остались в магазине вдвоем. Покупатели ушли, и я сомневалась, что до закрытия явится еще кто-нибудь.

– Днем я наткнулась на детектива-инспектора Чисхольма. Он придет после закрытия магазина и задаст тебе пару вопросов. Очень учтиво с его стороны не заниматься допросом в наши рабочие часы.

– Ага, еще как! – выдохнула Кэти и потерла плечи так, словно они очень чесались или ей было холодно. Я подозревала, что она просто сильно нервничала. – Не знаете, чего он хочет?

Я покачала головой:

– Он только сказал, что собирается тебя допросить.

– Но я уже рассказала ему все, что знаю! Боже, зачем я вообще приехала в эту ужасную страну?! Здесь постоянно мороз! И все надутые, как индюки!

Я понимала, что Кэти оскорбляет тех, кто обеспечивает доход нам обеим. Однако ее голос дрожал, словно она вот-вот расплачется, поэтому я простила ей эту грубость.

– Наверняка это просто стандартная процедура, – сказала я максимально мягким голосом.

Кэти умоляюще посмотрела на меня:

– Вы же не оставите меня с ним наедине?

Я удивилась.

– Вообще, я собиралась пойти в квартиру и дать вам поговорить без свидетелей. Если хочешь, можешь, наоборот, подняться с ним наверх, а я останусь в магазине.

– Нет! – Кэти покачала головой. Двойное отрицание. – Я хочу, чтобы вы были рядом. Обещаете?

– Если инспектор позволит, то конечно.

Через пару минут после пяти раздался бодрый стук в дверь: пришел Иэн. Я впустила его. Он был не один, а с девушкой-полицейским примерно моего возраста. Инспектор поздоровался с нами.

– Кэти, у меня к вам еще пара вопросов. Это не займет много времени.

– Насколько я знаю, мне больше нечего вам сказать. И пусть Люси будет со мной.

– Хорошо, так и быть.

Я отвела всех в квартиру, усадила в гостиной и быстренько написала Рейфу с просьбой не пускать бабушку бродить по магазину: она иногда появлялась после закрытия. Мы много раз предлагали бабушке завести свой телефон, но она наотрез отказывалась, отвечая, что раз обходилась без него при жизни, то и после смерти тем более до такого не опустится: «Люси, у вампиризма очень мало преимуществ, но одно из них – никто не заставляет тебя пользоваться современной техникой». Так что я передавала сообщения через Рейфа.

Девушка-полицейский достала записную книжку.

– Мы получили результаты судмедэкспертизы, – начал Иэн.

– Разве полковника не отравили? – в недоумении спросила Кэти.

– Не исключалось, что он умер по естественным причинам. Но, как выяснилось, вы правы. Полковника отравили. Однако существует огромное множество ядов, и, узнав разновидность и дозировку, можно точно установить, когда он был принят. В данном случае использовался цианистый калий – его обнаружили в чае. А значит, от употребления напитка до смерти прошло около двадцати минут.

Я высказала очевидную мысль:

– Значит, его отравили именно в чайной.

– Так и есть. А значит, Кэти, вариантов два: или вы сами подмешали в чай яд, или в курсе, кто это сделал.

Я никогда прежде не видела Иэна столь холодным и жестким. Мое сердце заколотилось – а ведь меня ни в чем не обвиняли!

Кэти сильно покраснела, затем – смертельно побледнела. Она наклонилась вперед и в отчаянии всплеснула руками:

– Я его не убивала! Зачем? Я даже не знала, кто это! Он был мерзким грубияном, но за такое не убивают! И вообще, откуда мне было взять яд?

– Отличный вопрос! Откуда?

– Не знаю! Потому что у меня его не было. В том-то и дело!

– И тем не менее полковника отравил именно чай, который вы подали. Так что расскажите мне подробно, как все было.

Кэти рухнула на спинку дивана, и на ее лице вновь появилось то недовольное выражение, которое я видела в чайной. Она с таким энтузиазмом и так продуктивно работала в моем магазине, что я успела забыть ее куда менее приятную сторону.

– Я уже говорила: чай заваривала не я. Было слишком много народу. Я только отнесла чайник на подносе.

– А кто его заварил?

Девушка заметила приготовленную для нее ловушку и лезть в нее не стала.

– Знаю только, что не я.

– Ну же! Вы не можете не знать. Есть только два варианта: Джим и мисс Уотт. Кто из них заварил чай?

Кэти уставилась в пол.

– Мисс Уотт, – еле слышно прошептала она. – Мэри.

Я выпучила глаза: я-то подозревала Джима! Я взглянула на Иэна, но инспектор и бровью не повел. Я достаточно хорошо его знала, чтобы понять: он и так уже выяснил, кто заварил чай. Скорее всего, ему об этом сказала сама мисс Уотт, а Кэти лишь неосознанно подтвердила этот факт.

– А как вы поняли, что этот поднос нужно отнести именно полковнику Монтегю?

– Мисс Уотт сказала мне номер столика.