Нелли Шульман – Голос (страница 5)

От здешних цен впору было крякнуть, однако в Селенополис, космическую столицу азарта и разврата, не приезжали экономить.

Я возмущенно сказала: «Что за самодеятельность? Я не заказывала круассан!».

– Ты все равно его съешь, – резонно заметил Альфред. – Впереди у нас длинный день.

Мой верный оруженосец был прав. Альфред, разумеется, был исключительно мирным роботом. Разобранный на детали элемен надежно покоился в тайнике внутри моего багажа. Я понятия не имела, понадобится ли мне оружие на сегодняшней встрече.

Потягивая крепкий алькаф, я пробормотала: «Если она вообще состоится. Альфред, что там со знакомствами?».

Сообщение заказчиков предписывало установить в мой коммуникатор популярное приложение для поиска быстрых связей. Паролем оказалась дурацкая фраза: «Мужчина с Марса ищет женщину с Венеры». Я и не ждала ничего оригинального от нелегальных разработчиков редких металлов.

Ребятам требовались геологические карты недавно открытых астероидов. Такие банды действовали наскоком. Космическая полиция не могла патрулировать тысячи крохотных планет. Крупные корпорации, вцепившиеся словно клещи, в давние месторождения, беспокоились только о своей безопасности. С их охранниками лучше было не сталкиваться, как доказывал один из моих немногих шрамов.

За десять лет карьеры промышленного шпиона я всегда была осторожна и не собиралась изменять своим привычкам.

Бандиты не задерживались надолго в поясе астероидов. Опустошив недра очередной планетки, они продавали ископаемые на черном рынке. Редкие металлы шли к серым производителям боевых элеменов, навигационных систем, и даже двигателей для космических кораблей.

Альфред тоже не получился бы без редкоземельных элементов. Робот не блистал красотой. Я предполагала, что на Земле Альфред выглядел по-другому, однако мне требовалась надежность, а слишком роскошный робот мог привлечь ненужное внимание.

Пока что С. Миллер, скромная работница венерианских заводов, не заинтересовала ни пограничный контроль на Афродита-Филдс, главном космодроме планеты, ни лунную полицию. Передвижение по солнечной системе не требовало виз, однако на Землю мы, жители бывших ее колоний, попасть не могли.

На стене моего номера красовалась проекция лазурного шара. На Луне, как и везду в Системе, жизнь текла исключительно в недрах, однако отсюда Землю было видно лучше всего, чем вовсю пользовались местные жители. Экскурсия на поверхность с наблюдением Земли из мощного телескопа стоила целых пятьдесят кредитов.

Я никогда не понимала ностальгии у людей, триста лет не ступавших на Землю, отгородившуюся от Системы после разрушительной войны, когда бывшие колонии отделились от метрополии. Земляне не появлялись в космосе, однако целая армия контрабандистов доставляла тамошний мусор на планеты Системы.

Я предполагала, что на Земле Альфреда списали, как выражались на свалках металла, вчистую, однако для хорошего инженера не было ничего невозможного.

– Себя не похвалишь, кто же похвалит? – раздался смешливый голос Альфреда.

Земные роботы ценились за их преданность хозяину и лингвистические способности. Венерианская или марсианская продукция могла только рапортовать, как солдат на плацу. Спохватившись, я поняла, что размышляю вслух.

– Оставь эту привычку, лейтенант-инженер, – посоветовал Альфред. – Разведчик ошибается только раз.

Внутренности Альфреда, облаченные в самую неприметную внешность, таили в себе доселе неизвестные мне пословицы и поговорки. Языки Системы были схожи и мы без труда понимали друг друга, однако на Земле, по словам Альфреда, пользовались разными наречиями.

– Но это же неудобно, – однажды изумилась я.

Альфред совершенно по-человечески развел коротенькими манипуляторами.

– Поэтому нужны переводчики, как я, – гордо сказал робот.

На тайной свалке техники Альфред лишился большей части памяти. Робот не мог пролить свет на современное положение дел на Земле, однако он был набит ненужными, но интересными сведениями. Еще один выживший узел заставлял Альфреда упорно обращаться ко мне по давно утерянному воинскому званию.

Я объяснила, что трибунал лишил меня офицерских нашивок и собирался лишить и головы, не окажись я сообразительней бывших коллег по армейской службе.

– Я десять лет провела в бегах, – фыркнула я. – Забудь о моем звании.

– Все равно, – упрямо сказал робот. – Офицер есть офицер.

Расспрашивать его о земной армии было бесполезно. Земля ощетинилась поясом боевых станций, расстреливающих любой корабль, осмелившийся открыто проникнуть в территориальное пространство планеты.

Я понятия не имела, как контрабандисты попадают на Землю, однако намеревалась рано или поздно это выяснить. Прибыли от серой торговли с Землей измерялись шестизначными цифрами.

Вытянув длинные ноги в блестящих лаком сапогах, я весело отозвалась:

– От тебя похвалы не дождешься. Что мужчины с Марса?

Альфред деловито погудел, мигая тусклыми огоньками.

– Один есть, – победно сказал робот. – Мужчина с Марса ищет женщину с Венеры и ждет ее каждый вечер в панорамном баре «Диана».

Никаких панорам в подлунных городах не существовало, но предприимчивые хозяева питейных заведений проецировали в бары и рестораны изображения с поверхности спутника.

– Близок локоть, да не укусишь, – я разглядывала лазурный шар на стене. – Альфред, как попадают на Землю в обход границы?

Всплеснув манипуляторами, робот понурился: «Я знал, лейтенант-инженер, но все забыл». Я ободряюще погладила теплый металл его корпуса.

– Ничего, я выясню сама. Мужчина с Марса приложил снимок?

Земля на стене сменилась толстой рожей парня самого непривлекательного вида. Едва не подавившись алькафом, я искренне сказала:

– Ну и жаба. Очередь из венерианок к нему не выстроится, но для меня так лучше. Меньше народа, как говорится, больше кислорода.

Резво вскочив, я велела Альфреду: «Тащи багаж. Займемся элеменом». Робот задумчиво помахал манипулятором: «Ты ожидаешь провокации сегодня вечером».

Я хмыкнула: «Надо всегда оставаться начеку. Под видом этого парня в баре может появиться кто угодно».

На космодроме Селенополиса, в очереди к автомату проверки документов, я натолкнулась на очередное свое изображение, не имеющее почти ничего общего с реальностью.

На снимке десятилетней давности, сделанном в военной тюрьме на Венере, красовалась тощая девица с поджатыми губами и крысиным хвостом на голове. Среди звероподобных рож других преступников я смотрелась, как выразился бы Альфред, девочкой-припевочкой. Под снимком красовалась внушительная гроздь моих имен, начинавшаяся с первого, давно забытого.

Я родилась до падения венерианской диктатуры, когда всем гражданам моего происхождения обязательно давали имена, отличавшие нас от остальных. Восстание снесло стены особых городов, откуда нас никогда не выпускали. С удовольствием сорвав унизительную нашивку со рукава комбинезона, я сменила ее на курсантские погоны, недоступные для меня до революции.

Военным следователям мое предательство казалось особенно болезненным.

– Потому что революция дала мне все, а я плюнула ей в лицо, – усмехнулась я. – Пошли они к черту.

За десять лет крысиный хвостик сменился роскошными, сейчас темно-рыжими локонами, а плоская грудь превратилась во внушительные округлости. Альфред заявил бы, что кредиты решают все.

– И был бы прав, – сказала я роботу. – Ты всегда прав, милый.

– Я знаю, – Альфред аккуратно вынул из тайника детали элемена.

***

Над моей головой просвистела летательная платформа. Местные парни гоняли по воздуху, не обращая внимания на оживленную толпу на бульваре Армстронга, главной улице Селенополиса. Своды тоннелей, врезанных в толщу лунной коры, терялись на километровой высоте. На здешнем космодроме мы даже не ступили на поверхность спутника. Огромные платформы в шахтах доставляли пассажиров к пограничному контролю и таможне.

Я не собиралась покидать Луну регулярным рейсом. После выполнения миссии у меня должно было появиться достаточно кредитов для фрахта личного корабля. Для покупки требовались более надежные документы, чем фальшивое удостоверение личности никогда не существовавшей С. Миллер.

С кораблем я могла выбиться на самый верх серого мира промышленных шпионов и контрабандистов. Зафрахтованную посудину тоже могла остановить межпланетная полиция, однако взятки с меня были гладки. Капитаны, перегоняющие корабли, никого не интересовали. Я и не ожидала, что межпланы, ленивые разжиревшие твари, сунутся дальше территориального пространства Луны.

Судя по обилию забегаловок на бульваре Армстронга, разжиреть на Луне было проще простого. Со всех сторон неслись заманчивые запахи фальшивого перечного соуса, фальшивой курицы в фальшивой арахисовой панировке и фальшивой жареной рыбы с таким же искусственным уксусом.

Альфред рассказывал о настоящей еде, однако я не могла представить кусок натурального мяса. С овощами было проще. На планетах существовали подземные теплицы, но картошка или яблоки оставались уделом богачей. На Земле, по уверениям робота, яблоки росли на деревьях. Я твердо намеревалась побывать на давно оставленной моими предками планете.

– Табак, табак, дешевый табак!

Я вздрогнула от резкого голоса тощего мальчишки в затасканном сером комбинезоне, обычной одежде селенитов. Парень совал мне под нос ручной лоток с россыпью самодельных папирос.