Нелли Мёле – Испытание дружбой (страница 27)

Ожидавшая на берегу Феа крикнула по-птичьи, тем самым напугав меня. Я быстро нащупала медальон и нажала маленькую кнопочку. Всё привычно зашумело и закружилось, но, взглянув вниз, я едва сумела различить свои птичьи лапки, теперь сливающиеся с землёй.

– Я иду за тобой! – крикнула я Фее, которая тоже тут же расправила крылья и оттолкнулась от берега.

Я выступила из-под раскидистой ивы и ещё раз покосилась на небо, прежде чем последовать за синим аваностом.

Мы летели прямо над Южным ручьем, который ровными петлями пересекал долину. Здесь всё было совсем не так, как в Нордбахтале: ни отвесных скал, ни глубоких теней, только свет и насыщенная зелень. Всё потому, что вдоль реки были луга, ивы и тополя. Горные же склоны по обе стороны потока поднимались ввысь достаточно плавно. Да и в целом эта долина была значительно шире соседствующих с ней.

Мы летели довольно долго.

Наконец Южный ручей начал сужаться, становясь действительно похожим на небольшой ручей.

– Впереди начинаются истоки, – сообщила Феа. – Но там довольно болотистая местность, так что лучше давай садиться здесь.

Прежде чем я успела ответить, она сложила крылья и спикировала на поросший камышом берег.

Вскоре мы сидели на камнях в человеческом обличье, а я по-прежнему была невидимкой. Феа уже сняла кроссовки и носки, а потом проворно подскочила и в одно движение стянула с себя брюки.

– Пока глубина позволяет, можно идти прямо по воде, – сказала она, указывая на галечное дно, которое было очень хорошо видно сквозь прозрачную воду. Я и опомниться не успела, как Феа уже стояла в ручье по щиколотку. Чтобы случайно не намочить кардиган, она узлом подвязала его края на животе, так что стало видно низ её красного купальника. Полностью подготовившаяся, она осторожно побрела по воде вперёд, пока я только снимала всё лишнее. Но вот я тоже вошла в ручей, в купальнике и толстовке поверх него.

– Холодрыга-то какая! – взвизгнула я. – Так и ноги отморозить недолго!

Феа, наклонившись над гладью воды, шла вперёд и даже не оглянулась на мои крики, будучи полностью сосредоточенной на воде. Периодически она опускала руку в глубину, но ракушку почему-то всё не доставала.

Я глубоко вздохнула и, уперевшись руками в бёдра, стала тоже вглядываться в воду. Медленно, шаг за шагом, мы вместе с Феей двигались дальше. Вот вода уже была мне по колено, но теплее она при этом совсем не становилась.

И вдруг я заметила что-то чёрное между серыми камешками. Когда я протянула за ним руку, правый рукав толстовки, естественно, моментально промок насквозь.

– Ай! – вскрикнула я, но по крайней мере вытащила чёрную блестящую ракушку продолговатой формы.

– Я нашла моллюска! – крикнула я Фее, которая брела по воде метрах в трёх от меня. Она тут же подошла ко мне, держа руки лодочкой.

– Я тоже кое-что нашла, – сказала она, оказавшись передо мной. Мы одновременно показали друг другу наши находки.

– Какие крохотные, – разочарованно протянула я. Хоть две найденные нами чёрные ракушки и выглядели, как на том фото, что показывала мне Мерле. Но по размеру они были не больше фасолинки.

– Мерле вычитала, что только у взрослых речных моллюсков можно найти жемчужину, – сказала я Фее. – И то не у всех. В любом случае в длину они точно должны быть хотя бы пять-семь сантиметров.

Феа вздохнула.

– Значит, это малыши, – резюмировала она.

Мы положили ракушки в воду и продолжили поиски. Вскоре вода уже доходила мне до середины бедра. Разглядеть дно становилось всё труднее. Я стучала зубами и почти не чувствовала свои ноги.

– Я больше не могу, – крикнула я Фее. – Надо хоть немного согреться.

Феа лишь отмахнулась от меня. Ей холодная вода была как будто нипочём. Я пошлёпала к берегу, там села на откос и пошевелила слегка онемевшими ногами. Видеть их из-за магии горностая я не могла, но догадывалась, что они все покраснели.

– Хотя бы пальцы ног не обморожены, – пробормотала я, растирая их. Феа же шла всё дальше.

Вокруг было тихо, слышалось только журчание воды Южного ручья. И по какой-то причине именно это и настораживало. Я резко подняла голову и вгляделась в ярко-синее майское небо.

– Только не это! – прошипела я. Не спуская глаз с тёмной тени, я вскочила на ноги. – Феа, выходи из воды! И поскорее, – пронзительно закричала я.

Феа, конечно, вряд ли меня видела, но я всё равно указывала пальцем высоко в небо, чтобы привлечь её внимание к надвигающейся опасности. Но и без моих подсказок Феа заметила тёмную птицу и испуганно вытаращила глаза. Расставив руки в стороны, она поспешила сквозь воду к берегу, то и дело косясь вверх.

– Сюда, сюда! – звала я, помогая ей ориентироваться. – Ну скорее же!

Феа спешила как могла. Вода ходила волнами от её энергичных движений, так что и её подвязанный кардиган постепенно полностью вымок. Наконец я могла до неё дотянуться. Всё это время я не сводила взгляда с птицы, кружащей высоко над нами и будто оценивающей обстановку. Я скорее схватила Фею за руку и помогла ей выбраться на берег.

Не стоило, конечно, этого делать. Потому что тёмный аваност в небесах, скорее всего, понял, что Феа тут не одна, и явно кто-то ещё находится поблизости, тот, кто сейчас вытянул её за руку из воды. Он расправил крылья и стрелой понёсся вниз.

– Ой-ой, – пролепетала я. Феа лежала на траве и пыталась восстановить дыхание. Выглядела она совершенно измученной, а ноги от холодной воды стали цвета купальника. Я снова взяла её за руку и попыталась поднять.

Над моей головой слышался гул и энергичное хлопанье крыльев. Даже птицы не рассекают воздух с таким шумом. Это определённо был аваност.

В голове мелькнула мысль: мы пропали.

Но вдруг где-то вдалеке раздалось хриплое карканье. К нам приближались сотни крыльев, а птичий клич становился всё громче. Я будто попала на вороний концерт, не иначе!

– Святые пельмешки! – ахнула Феа. Она так и лежала на траве обездвиженная, лишь повернула голову в сторону выхода из долины.

Кажется, ворон были сотни, если не тысячи. Само небо потемнело, когда стая птиц полетела к нам между двух горных хребтов, заслонив своими многочисленными крыльями солнце.

– Куда делся аваност? – взволнованно спросила я Фею. Но та только пожала плечами.

Я вертела головой во все стороны. Вороны были буквально повсюду.

Кар-кар-кар! Кар-кар-кар! Кар-кар-кар!

Внезапно птичий строй слегка приоткрылся, так что стал виден кусочек неба, а на нём тот самый тёмный аваност. Которым был Ксавер Беркут, в этом я почти не сомневалась. Но вот вороны снова хлопнули крыльями, закрывая возникшую в их рядах брешь, и закаркали ещё громче. В тот момент я поняла, что они пришли на нашу защиту. И сейчас старались удерживать горного аваноста на расстоянии от нас. Он же продолжал попытки пробиться к нам.

– Надо уходить! – крикнула я Фее.

– А жемчужина? – я едва смогла различить, что говорит Феа из-за поднявшейся над нами суматохи. – Мы же её так и не достали.

Я снова схватила её за руку.

– И вряд ли вообще её найдём! – я понимала, что, даже не будь этой угрозы с неба, мы бы всё равно не отыскали в ледяной воде раковину с жемчужиной внутри. Оставался всего день. Это было безнадёжно. Однако мы ещё могли спасти себя и наши медальоны.

– Беги! – закричала я, увлекая Фею за собой. – Не останавливайся!

И мы помчались прочь. На бегу открыли свои медальоны и взлетели, взяв курс к нашим велосипедам и выходу из долины. Шум позади нас не стихал. Птицы будто следовали за нами.

Я не решалась оглянуться назад. Впрочем, во время полёта, да ещё когда только набираешь скорость, сделать это в принципе не так-то легко. Наконец справа от нас на берегу появилась знакомая ива. Описав сложную петлю, Феа пролетела сквозь поникшие ветви дерева. Я последовала за ней и едва не врезалась в ствол. В последний момент я всё же смогла увернуться и упала на живот прямо рядом с велосипедами. Похоже, во время падения мой медальон как-то закрылся, потому что на земле я оказалась уже в человеческом облике. Спутавшиеся волосы упали мне на лицо, платок слетел с головы и теперь был весь в пыли. И медальон тоже исчез! Я лихорадочно шарила по земле руками, ища цепочку и подвески.

– Помоги мне найти медальон! – попросила я Фею, как только она тоже оказалась под ивой в человеческом облике.

Мои руки дрожали, дыхание стало хриплым. Что, если Ксавер Беркут заберёт мой медальон прямо сейчас, ему ведь достаточно просто поднять его с земли?..

– Нашла! – услышала я голос Феи позади себя и чуть не взвыла от облегчения. Потому что цепочка, к счастью, не порвалась. Я смогла надеть её себе на шею и застегнуть. Маленький кулон с горностаевыми волосами я тоже нашла возле ствола дерева. Я не стала снова его использовать и спрятала в карман толстовки, потому что ехать на велосипеде невидимкой было чересчур рискованно. Жители Зоннберга точно с ума бы сошли, если бы в газете появилось ещё и фото едущего без пассажира велосипеда.

Поэтому чуть позже мы с Феей как никогда быстро крутили педали, мчась на велосипедах к рыбацкому домику. Стая ворон, образуя над нами тёмное облако, сопровождала нас до самого города.

19

Честное воронье!

– Всё, я выдохлась, – сказала я Фее, падая на кровать в её маленькой комнате под самой крышей рыбацкого домика.

Сама же хозяйка комнаты остановилась у окна и смотрела на реку.