Нелли Игнатова – А всё остальное неважно (страница 6)

Мимо проехал мотоциклист, но, обогнав Нэл метров на двадцать, вдруг развернулся и поехал навстречу. Поравнявшись с ней, остановился, снял шлем и сказал, радостно улыбаясь:

– Нэл, привет!

Нэл узнала Дэна и тоже улыбнулась. Несмотря на то, что он не пришёл тогда в школьный сад, она была рада его видеть.

– Привет.

Кудрявые русые волосы почти до плеч очень шли ему. Глядя на юношу, Нэл оценивающе подумала: «Пожалуй, на двадцать пять лет он не тянет. Двадцать два, даже двадцать, не больше».

– Подвезти тебя? – предложил Дэн.

– Нет, спасибо. Хочу прогуляться.

– Давай погуляем вместе, а потом я подвезу тебя домой.

– Хорошо, – согласилась Нэл.

Дэн поставил мотоцикл в кустах у дороги, и они направились по краю небольшой берёзовой рощи.

– Нэл, ты извини, что не пришёл тогда в сад, – сказал Дэн. – Я не смог.

– Я так и поняла, – ответила Нэл. – А почему?

– Заболел, – вздохнул Дэн. – Простудился. Не надо было мокрую одежду надевать, а я надел. В тот же вечер температура под сорок подскочила, и я две недели в постели провалялся… А потом искал тебя, но не нашёл. Никто в селе о тебе ничего не знает. Я думал, ты уехала.

Нэл мысленно удивилась, как это он не смог её найти, если искал? Ласково не город, здесь жителей едва ли с тысячу наберется, и почти все друг друга знают.

– И если бы не это, я бы решил, что ты мне на самом деле привиделась, – добавил Дэн и достал из кармана джинсов носовой платок, которым три недели назад Нэл перевязала ему руку.

– На нем чьи-то инициалы: «Д.С.», – продолжал Дэн. – Хотя у меня такие же, но я подумал, может, он тебе дорог…

– Да, спасибо, – Нэл взяла чисто выстиранный и отглаженный платок, но не стала объяснять, что это инициалы её сына, а Дэн не спросил. – Кстати, как твоя рука?

– В порядке, – Дэн показал ладонь с пересекающим её розовым шрамом. – Ты отлично сделала перевязку, и всё очень быстро зажило. А шрам останется навсегда, на память о нашей первой встрече.

– Рада, что смогла помочь.

– Хотя я и без этого шрама нашу первую встречу никогда не забуду.

– Если бы ты не порезался, мы бы и не встретились.

– Всё равно встретились бы рано или поздно. Ласково – небольшое место…

Так, болтая обо всем понемногу, Нэл и Дэн обошли берёзовую рощу и вернулись к мотоциклу.

– Послезавтра в школу, – вздохнул Дэн. – Лето пролетело, словно три дня.

– Так ты учишься в школе?! – изумилась Нэл.

– Да, пойду в одиннадцатый класс, – кивнул Дэн. – А почему ты так удивилась?

– Я думала, тебе двадцать, – пробормотала Нэл.

– Мне все больше дают, – довольно улыбнулся Дэн. – А на самом деле мне семнадцать, второго июня исполнилось.

– Семнадцать? – переспросила Нэл удивленно.

– Ну да, – кивнул он и спросил: – А ты когда в город уезжаешь?

– Я не уезжаю, – ответила Нэл.

– Это здорово! – обрадовался Дэн. – Значит, в одной школе будем учиться!

– Учиться? В одной школе? – обалдело переспросила Нэл.

– Ну конечно, в одной, – рассмеялся Дэн. – Ласково не город, здесь только одна школа! А в каком классе ты будешь учиться? Тоже в одиннадцатом, или в десятом?

Нэл не ответила, и Дэн шутливо спросил:

– Неужели в девятом?

Нэл снова не ответила. Она, конечно, понимала, что Дэн принимает её за ровесницу, но она-то считала, что ему двадцать! Ну, и как теперь признаться, что она давно окончила школу, успела окончить университет и несколько лет отработать на заводе, когда он считает её школьницей!

Зато теперь стало ясно, почему Дэн не мог её найти. Он искал девочку, а не взрослую женщину, а известно ему было только имя – Нэл, которое в Ласково знают лишь два человека – Дэн и сама Нэл. Она даже Виктору почему-то его не сказала.

Настроение было напрочь испорчено. Будь Дэну хотя бы двадцать, Нэл могла бы еще надеяться на какие-то отношения с ним, но ему семнадцать! Он вообще еще несовершеннолетний! А это значит, никакие отношения между ними невозможны.

Дэн был удивлен внезапной переменой настроения Нэл.

– Нэл, я тебя чем-то обидел? – обеспокоено спросил он.

– Нет, нет, – торопливо ответила она. – Просто мне пора домой. Довези до школы, а там я сама.

Они молча сели на мотоцикл и поехали в село. У школы Дэн остановился. Нэл сказала:

– Спасибо. До свидания.

Спрыгнула с мотоцикла и хотела убежать, но Дэн остановил:

– Нэл, подожди! Когда мы снова увидимся?

– Первого сентября! – ответила Нэл, убегая по узкой тропинке между деревьев.

По пути она зашла к Виктору Евгеньевичу за своей сумкой.

– Что с тобой? – спросил тот, увидев Нэл. – Ты какая-то взбудораженная. Что-то случилось?

– Ничего, всё в порядке, – поспешила заверить Нэл. – Я просто волнуюсь, а вдруг у меня не получится работать в интернате? Вдруг у меня нет никаких педагогических способностей?

– Ты детей любишь? – вместо ответа спросил Виктор.

– Люблю, – кивнула Нэл.

– Значит, всё получится, – улыбнулся Виктор. – Успокойся.

Нэл вернулась домой. Ах, если бы все было так просто, как она сказала Виктору!.. Боже, да она чуть не влюбилась в мальчишку, который едва ли не в сыновья ей годится! И как только она могла подумать, что ему больше двадцати лет?..

Нэл металась по комнате, как тигрица по клетке. Бралась то за одно дело, то за другое, но всё валилось из рук.

С большим трудом ей удалось успокоиться. И, хотя до первого сентября оставалось больше суток, Нэл начала готовиться, чтобы выглядеть празднично и в то же время строго, чтобы уже никто не мог принять её за школьницу.

Перебрав весь гардероб, Нэл остановила выбор на чёрной прямого покроя атласной юбке ниже колен и белой атласной же блузке.

Волосы Нэл обычно не прятала, оставляя их распущенными, заплетая в косу или собирая в хвост на затылке. Но к первому сентября решила сделать валик вокруг головы. Делать его самой нелегко, но результат стоил трудов: с такой причёской Нэл выглядела старше.

Весь день тридцать первого августа ушёл на подготовку к первому сентября. Нэл представляла, как удивится Дэн, увидев её среди учителей. Он, конечно, будет разочарован. Ну да ничего, переживёт. Это ему урок на будущее… да и ей тоже – внешность обманчива!

ГЛАВА 5

Нэл ужасно волновалась, поэтому первого сентября проснулась часов в пять утра. К восьми уже была полностью готова, хотя до начала торжественной линейки оставался час. Нэл то стояла у окна и смотрела в щёлку между занавесками на нарядных ребятишек, идущих в школу с букетами цветов, то подбегала к зеркалу и еще раз окидывала себя взглядом. Из зеркала на неё смотрела молодая женщина ну никак не моложе двадцати трёх лет. Теперь уже никто не подумает, что она школьница.

Около девяти Нэл пришла в школу. В учительской царило радостное возбуждение. Учителя были одеты нарядно и празднично, и ровесницы Нэл не казались старше неё – сегодня все выглядели красиво и молодо.

– Нелли Игоревна, ты сегодня неотразима, – сказал Виктор Евгеньевич, и нежно пожал ей обе руки.

В классическом костюме-тройке и при галстуке Виктор Евгеньевич был очень хорош. Но Нэл только рассеянно улыбнулась ему и подошла к окну.

Во дворе школы толпились ребята разных возрастов. Сама не зная, зачем, Нэл искала среди них Дэна, и не находила.