Нелли Игнатова – А всё остальное неважно (страница 5)

Около семи вечера зашла соседка из второй квартиры, пенсионерка Валентина Никаноровна, в прошлом учительница младших классов. Соседка взяла негласное шефство над Нэл: приносила хлеб из магазина, молоко от своей коровы, овощи со своего огорода, часто приглашала смотреть телевизор, разрешала пользоваться своим холодильником и стиральной машиной.

– Добрый вечер, Нелли Игоревна, – сказала Валентина Никаноровна, заглянув в комнату. – Как ты все хорошо тут устроила. А я тебе хлеб принесла.

– Спасибо, Валентина Никаноровна, – поблагодарила Нэл, расплачиваясь за буханку. – Вы меня так выручаете! Если бы не вы, я всё время сидела бы без хлеба.

Нэл привыкла к обилию хлеба в городских магазинах, и к обилию самих магазинов. А в селе только один продуктовый магазин. Хлеб привозили из сельской пекарни один раз в день, и его очень быстро разбирали. А Нэл зачастую приходила в магазин, когда хлебные полки уже были пусты.

– Мы же соседи, – ответила польщенная старушка. – А мне не трудно принести лишнюю буханку.

– Валентина Никаноровна, хотите, я вас кофе угощу? – предложила Нэл.

– Что ж, можно чашечку, – согласилась соседка.

Нэл вскипятила чайник, достала из шкафчика банку растворимого кофе. Купить в селе хороший растворимый кофе оказалось проблемой. Хорошо, что мама послала в посылке с вещами пару баночек.

Они выпили по чашке кофе, поболтали, и соседка ушла. А Нэл стала собираться на дискотеку. Хотя она привыкла думать, что Дэну двадцать пять лет, но подсознательно сделала такую прическу и макияж, и оделась так, чтобы выглядеть моложе. В легкомысленной короткой джинсовой юбочке с кружевным шитьём по подолу и белой футболке, так же отделанной шитьём, и волосами, заплетёнными в косу, она выглядела лет на семнадцать.

Ровно в девять Нэл подошла к школьному саду. Дэна там не было. Она подождала пятнадцать минут, потом еще пятнадцать, а он так и не пришёл.

«Забыл, передумал или не смог, – грустно предположила Нэл. – Что ж, значит, не судьба мне побывать на сельских танцах».

И она пошла домой. У самого дома столкнулась с Виктором Евгеньевичем.

– Нелли Игоревна!.. Какая ты красивая сегодня. А я тебя ищу. Ты где была?

– Гуляла. За школой, оказывается, чудесный сад… А зачем ты меня искал?

– Хочу пригласить на ужин. У нас сегодня жареная рыба.

– Виктор Евгеньевич, неудобно, вы уже две недели все по очереди меня кормите, – сказала Нэл.

– Ничего, вот пригласишь нас на новоселье и тоже всех накормишь, – ответил Виктор и добавил: – Наташа завтра уезжает в стройотряд, и велела обязательно привести тебя на ужин.

Жена Виктора Евгеньевича, Наташа, закончила три курса гуманитарного университета. Это была полненькая, симпатичная, весёлая девушка. У её мужа было полсела друзей, и в доме почти постоянно был кто-нибудь из них. Учительские «посиделки» тоже чаще всего затевались у Виктора Евгеньевича и Наташи, и Нэл удивлялась, как она не устаёт быть всегда приветливой и гостеприимной.

А завтра Наташа уедет в стройотряд на целый месяц. А потом весь учебный год будет приезжать к мужу только в гости, на каникулах.

Рыбу Виктор Евгеньевич и Андрей Павлович наловили в речке. Они с юмором рассказывали о рыбалке. Нэл развеселилась, забыв о несостоявшемся свидании. Потом пошли разговоры о школе, без них не обходились ни одни посиделки, и ужин снова затянулся за полночь.

Виктор Евгеньевич проводил Нэл до дома, и на прощание по-дружески чмокнул в щечку. Молодой учитель нравился Нэл, хотя совсем не был красавцем, но мужского обаяния в нём было через край. Она даже могла бы влюбиться, не будь он женат. Жена, конечно, не стена, можно и отодвинуть. В этом Нэл убедилась на собственном опыте, но не хотела обижать Наташу, которая безгранично доверяла мужу, и тоже очень нравилась Нэл.

Этой ночью никакие петухи не мешали спать, и она проснулась поздно. Встала, умылась, принесла с колонки два ведра свежей воды, себе и Валентине Никаноровне, и пошла в магазин.

У магазина к ней подошла Ирина Антоновна, учительница истории, примерно одних лет с Нэл. Но выглядела старше из-за мешковатого платья и безвкусной прически.

– Здравствуй, Нелли Игоревна! – воскликнула Ирина Антоновна. – Ты, как всегда, выглядишь отлично. В этом наряде ты как школьница.

Нэл была в той же одежде, в которой вчера хотела идти на дискотеку с Дэном.

– Здравствуй, Ирина Антоновна, – ответила Нэл. – Ты тоже могла бы так выглядеть. Хочешь, помогу сшить такую юбку?

– Ой, нет, нет, Нелли Игоревна, – Ирина Антоновна махнула рукой. – Знаешь, после университета, когда я сюда только приехала, я такая же была, и стройная, и модная… и свободная. А потом вышла замуж, родила ребёнка, располнела… Мне, конечно, очень нравится, но сейчас я уже и постесняюсь надеть такую короткую юбочку… Но ты не стесняйся, тебе очень идет. Да, Нелли Игоревна, я хотела тебя спросить, не хочешь сходить в поход на три дня с моим шестым классом? Они давно просятся. Но нужно, чтобы было два руководителя, а никто со мной идти не соглашается, всем некогда, у всех огород, хозяйство… Так пойдёшь, Нелли Игоревна?

– Конечно! – Нэл очень обрадовалась предложению. – Я уже лет десять не ходила в походы и пойду с вами с удовольствием. Когда выходим?

– Послезавтра в восемь утра. Сегодня оповещу ребят, завтра закупим продукты, возьмём у завхоза палатки, – перечислила Ирина Антоновна. – Ты поможешь мне всё собрать?

– Конечно, – кивнула Нэл.

*

Два дня в сборах в поход пролетели быстро и незаметно, еще три дня Нэл провела в походе на реку Немду с Ириной Антоновной и её шестиклассниками. Потом, едва вернувшись, отправилась в однодневный поход до села Казанское с Розой Николаевной и её четвёртым классом. Потом ездила в Киров увольняться с завода, и первая половина августа пролетела, как один день. А с пятнадцатого августа Нэл приступила к работе – приведению в жилой вид интерната – старого двухэтажного бревенчатого здания, расположенного в двухстах метрах от здания школы. На втором этаже были классная и жилые комнаты, на первом – хозяйственные помещения, игровая комната, умывальники и туалеты. Нэл красила, белила, мыла, вешала шторы, пыталась как-то украсить комнаты, чтобы смягчить их казенный вид, сделать уютнее.

Сначала Нэл часто вспоминала Дэна, гадая, почему он не пришёл на свидание. Она мечтала встретить его еще раз, но так и не встретила. А потом, в делах и заботах почти забыла о нём.

Нэл подружилась с Виктором Евгеньевичем. С ним было легко, она о многом могла с ним поговорить. Нэл даже рассказала ему, как и почему оказалась в Ласково, хотя он ни о чём не расспрашивал. Просто поняла, что нужно с кем-то этим поделиться. Она рассказала всё, умолчав лишь о том, что не только муж не любит Нэл, но и она не любит мужа. Когда закончила рассказ, Виктор спросил:

– А ты не пожалеешь, что уехала из города?

– Не знаю. Но пока не жалею, – ответила она. – Мне здесь нравится. Я здесь начала жизнь с чистого листа, нашла много новых хороших друзей. Единственное, о чем я жалею, что у меня нет ребёнка. И вряд ли когда-нибудь будет.

Она грустно вздохнула.

– Ну, зачем же так мрачно, – улыбнулся Виктор. – Ты еще очень молода, и у тебя все еще будет: и любовь, и счастье, и дети.

– Не так молода, как выгляжу, – возразила Нэл. – И не надо мне больше ни такой любви, ни такого счастья. А своего сына я никогда не забуду, и моя душевная рана никогда не затянется. Из этого следует, что я никогда не смогу забеременеть. А я так хочу иметь ребёнка!..

– Как бы мне хотелось тебе помочь, Нелли, – сказал Виктор с сочувствием в голосе.

Нэл только усмехнулась в ответ, не представляя, как и чем он мог бы ей помочь.

ГЛАВА 4

Тридцатого августа, в день районной учительской конференции лето подарило людям еще один жаркий солнечный день, и Нэл была рада случаю одеться по-летнему, достаточно модно и празднично для такого события. А для неё учительская конференция была событием – на таком мероприятии она присутствовала впервые.

Конференция проходила в районном доме культуры и длилась почти весь день. На ней присутствовали практически все учителя из всех школ района. Сначала было общее торжественное собрание, потом выставка различных поделок учеников и учителей, конкурс на лучшую композицию из цветов. Потом перерыв на обед, а после – семинары по секторам. Нэл попала в сектор воспитателей интернатов и групп продленного дня. После семинаров состоялся концерт художественной самодеятельности, и в заключение поход по магазинам районного центра.

Учителя Ласковской средней школы возвращались домой на совхозном автобусе в седьмом часу вечера. Переполненной впечатлениями Нэл хотелось побыть одной, и она попросила высадить её, не доезжая до села километра три. Оставила сумку с покупками Виктору Евгеньевичу, вышла из автобуса и прогулочным шагом пошла по обочине дороги. Толстый слой пыли скрадывал звук шагов. Нэл шла, размышляла о будущем и улыбалась своим мыслям.

Когда училась в школе, Нэл мечтала стать учительницей. Но родители убедили дочь, что ей эта профессия не подходит, и уговорили поступать в технический университет. Нэл нравилось учиться в политехе, и нравилось работать конструктором. Но всё же в глубине души она всегда чуть-чуть жалела, что не пошла в педагогический и не стала учительницей. А теперь судьба предоставила шанс поработать в школе. Пусть не учительницей, но всё же…