Нелл Уайт-Смит – 150 моих трупов (страница 51)

И я почувствовал, как отворяются ворота во чрево моё. Как входят внутрь меня, тянущего голову к небу, ушедшего в землю по пояс, сто сорок восемь пар моих ног. И я остановил их. Я повернул свои мёртвые головы.

Я посмотрел своими неживыми глазами, и я сказал:

– Хватит.

– О, паралитик! – не слишком внимательно ответил Хозяин Луны, осматриваясь внутри. – А я-то переживал, что под конец останусь без твоего чарующего общества, но рад, что этого не случилось. Зачем ты вернулся?

Я ответил ему, говоря из всех моих ртов:

– Этот груз – мой. Отпусти его мне.

Он вздохнул в ответ, поставив руки на пояс и пытаясь вспомнить кратчайший путь к центральному цеху Машины.

– Формально он – мой. Я его заказывал, я его забрал. Ты сделал то, за что тебе заплатили, так что проваливай.

– Заказчик не вы, Хозяин Луны.

– А кто заказчик, позволь полюбопытствовать? – выбрав направление для дальнейшего движения, он собрался сбить меня со связей, но я оказался пластичней и остался в контроле.

– Мир.

– Ну, – вздохнул он, – звучит не слишком конкретно, согласись. Прошу тебя сейчас беззлобно и не имея ничего против тебя лично: уходи из контроля. Ты же понимаешь, что мне несложно будет с тобой справиться и морально уничтожить тебя, ведь ты фактически не существуешь. Всё, что ты сделал в жизни, мог бы сделать и кто-то другой. Не важно кто. Твоего следа в мире нет. Ты просто обычная сменная деталь в механизме мира. Винтик. На этом мы с тобой и расстанемся.

Он холодно оборвал связи и повёл груз вперёд. Через главную галерею к рабочим помещениям Первородного Огня. К главному цеху, где бесконечно льётся вниз тонкая струя первородного вещества, воспламеняясь в падении, распадаясь пышным оранжевым огнём на чёрное вещество и устремляясь во тьму, в самую суть мира. Огненная волна бесконечно нисходит вниз, сквозь полторы сотни метров, пока огонь не утихнет и не останется только рождённое в этом падении чёрное вещество: первооснова всякой материи. Только пророчество о будущем мира.

Я встал в связи. Я прикипел к ним перегретым паром, нагнетаемого цехами, работавшими на пустых циклах, ждавшими своих операторов. Цехами, так и не остановившимися и жившими сейчас благодаря дыханию Первородного Огня. Великой Машины, приобретающей силы за счёт охлаждающихся в недрах долины гранитов, тех, что она сама и сотворяет своим несмолкающим дыханием пламени. Машины, самой питающей себя, самой воздвигающей себя и заставляющей мир наступать на Хаос. Сталкиваться с ним. Она не даёт ему останавливаться.

Я встал в связи так, как стоит в миру Первородный Огонь. Я стал им.

И мои сотни ног замерли. Шорох, расстелившись серым ковром по уходящему наверх полу, замер. Где-то за перекрестьями коридоров, за пространством цехов, за рельсами, за шлюзовыми дверями ждал демон, не проснувшийся к сознанию.

Ему сказали сотни моих неживых ртов:

– Хватит.

Хозяин Луны даже не обернулся к моим лицам:

– Сотворитель с тобой, Риррит, не упрямься! Допустим, ты опьянел от правильности здешнего сердца. Решил поспорить со мной. Но то, что тебя делает сильнее, и меня сильнее сделало. Соотношение наших возможностей никуда не делось. Если ты стал мощнее, то представь, насколько я теперь хорош, и ответь себе честно: куда тебе до меня? А? Ты мне симпатичен, и поэтому тебе пора остановиться. Я не хочу тебя убивать, но так же, как это случилось и с Сайхмаром, если нужно будет – я сделаю то, что должен.

– Железные дороги под кожей этого мира. Ликра и кровь в его первооснове. И нигде там нет тебя.

– Я вне его, но вижу больше, чем ты себе можешь вообразить, – пресно бросил демон.

– Если молодой город не получит вовремя свою ликру, то дома умрут. Твой собственный город умрёт, не родившись.

Он ответил кратко, без той бравады, за которой так долго и так глупо прятался:

– Мне жаль. В действительности, я не знал, что сроки настолько напряжены. Но что ж, мне второго шанса не выпадет. Цена всё растёт. Я иду вперёд, и всё больше трупов мне приходится перешагивать. Но этому миру нужен Хозяин. Иначе нельзя, – шепнул демон и вернул себе контроль, но я снова перехватил его.

Коротко. Молча и крепко.

Демон выдохнул:

– Риррит, я теряю очень ценное время, но я всё же объясню тебе: этот груз не имеет для тебя никакого значения. Он тебе не нужен. И на молодые дома Низкого Ветра тебе наплевать ещё больше, чем мне. Вот. – Он отпустил контроль. Оставил попытки перехватить его в отношении всех тел, кроме рыжей женщины. – Забирай всё.

Без его противодействия я словно оказался в странной пустоте одиночества.

Я произнёс:

– Это не весь груз.

– Ну и что? Изначально ты вёз сто шестьдесят два тела. Здесь теперь сто сорок семь. Вы уже потеряли довольно много трупов при следовании, но каждый раз выбирали с умом, и в итоге набор всё ещё остаётся набором: образцы всех ликровых признаков в нём сохранены. Эта женщина, что я единственную оставил себе, не владеет ничем особенным, ведь ликровые признаки у неё самые обычные, ты знаешь это сам, как и я это знаю: ведь это я настоял на включении её в набор. Твой груз на месте, при тебе. Забирай. Уходи.

– Нет, – громко рявкнули сто сорок семь глоток.

Злобой налились двести девяносто четыре глаза. Только труп Инвы молчал. Это тело не принадлежало мне. И именно глядя на него, Хозяин Луны тихо ответил мне:

– Вот видишь: тебе нужна только она.

Связи затрепетали под его напором и точностью движений. Сила, что он вкладывал в поединок со мной, никак не вязалась с той внимательной грустью, с какой он на меня смотрел. На мой груз. На тело моей жертвы. Пошатнулись стены Первородного Огня, уставшие от одинокой борьбы с холодным ветром высоты. Пошатнулись под нескончаемым каменным дождём мои стены.

И побежали вперёд мои сотни ног, их вела вперёд чужая рука. Пересекая широкие коридоры, тоскующие по былой суете. Тоскующие по времени, когда звук наполнял их до краёв. Эхом отражался в стрельчатых арках топот шагов, складываясь там в тонкой, словно серебряная игла, высоте и в яркой, словно пылающее пламя, бездне в многогранный калейдоскопический шёпот, поющий величайшую песню нового мира. Песню пустого мира. Песню вечного, как эхо погибшего в войне, где, не родившись, я умер.

Где забыто оставшееся за несущейся вперёд по извечным холодным ветрам каменною стеною солнце? К нему не пробиться, его не коснуться, никак не достать, но нам очень нужно к нему. Нам очень нужно в небо.

Кто-то должен туда попасть.

Я там, глубоко внутри Первородного Огня, в самом сердце этого огромного строения. Я в его связях, и я в его камнях. В этом проникновении я становлюсь больше и лучше себя самого. Но Хозяин Луны уже там, прежде и крепче Меня. Он уже внимательнее и чувствительнее Меня. Он аккуратнее, и он сильнее. Он чувствует лучше, он слышит острее. Он успевает быстрее меня везде, где Я пытаюсь закрепиться в тщетных усилиях вернуть себе своё.

Он угадывает мои мысли и скидывает меня, когда Я иду прямой логикой, он чувствует меня и не даёт проникнуть к телам, когда Я иду больной логикой поезда-призрака. У Меня лишь одно преимущество, но преимущество это незыблемо. Поскольку ушёл Я по пояс в землю и голова Моя касается небес. Поскольку из зева Моего течёт в Моё чрево жидкий огонь и творит всё, что есть сущее. Неколебим Я оттого, что у Меня всего одна жизнь. И Я не боюсь за неё. Я готов идти сквозь неё, по колено в смерти, но своей и только своей дорогой.

И Я стою в связях.

В нашем незримом поединке я снова и снова доходил до своего предела. Каждый раз мне не хватало сил. Я пытался открыть замок, но он становился сложнее, по мере того как я подбирал к нему отмычки. Я перебирал варианты, я всё глубже и глубже чувствовал сердце Первородного Огня, а в это время мои трупы мчались по изукрашенным переплетениям внутренних коридоров. Они бежали туда, где ждал пробуждения к сознанию Хозяин этого места. Для того чтобы прийти и болью привязаться к этому миру. Для того чтобы кровью освятить его землю. И стать металлом от металла его души. Отнять у этого мира его собственную душу и подарить её Луне.

Чем будет Хозяин Мира, скрепивший себя вечными узами с Луной? Марионеткой в ловких руках хитрого мастера? Или демоном, навсегда утратившим шанс полюбить этот мир всей кровью своего сердца, демоном, единственный раз и навечно отказавшимся от союза с иной частью собственного бытия? Безумным демоном?

Я должен сделать этот выбор, теперь и сейчас. Сделать выбор за мир и за его Хозяина. От всего многоголосого, бескрайнего, полного неизведанных чудес сообщества живых, здесь теперь только…

– Я! – крикнули истошно мои тела.

Нет, я не смог взять груз себе, но сбить Хозяина Луны со связей мне удалось. Трупы упали, марионетки с обрезанными лесками повалились вниз. Мы оба: я и демон бросились к ним, и я успел первым. Он осаждал меня, но я держался.

– Я! – ревели тела низким утробным каноном, поднимаясь на четвереньки. – Я должен это решать!

Хозяин Луны обернулся и, снова потерпев неудачу, громко обратился ко мне:

– Хорошо, я возьму свои слова назад. Ты не винтик в машине мира, Риррит. Ты гвоздь. Можно выдернуть или согнуть тебя, но пытаться вертеть тобой бесполезно.

– Я! Я! Я! – орали мои глотки.

Он, снова оставив глупые шутки, спросил меня спокойно. Дал мне возможность свидетельствовать о себе: