Наум Синдаловский – Легенды и мифы Санкт-Петербурга (страница 14)
Памятник Александру III
Эта озорная загадка-пирамида посвящена единственному в Петербурге сатирическому памятнику – конной статуе Александра III, – открытому 23 мая 1909 года на Знаменской (ныне Восстания) площади.
Такого радостного возбуждения петербургская общественность не испытывала давно. Жесточайшие уроки Русско-японской войны. Поражение революции 1905 года. Мрачная реакция. И вдруг в центре столицы, при въезде в нее из Москвы по железной дороге, в виду Невского проспекта, на одной из главных площадей – тяжелая фигура царя, пригвожденного к гробовидному пьедесталу и приговоренного ко всеобщему остракизму убийственным реализмом искусства.
Скандал разразился почти сразу. Общество раскололось. Негодовала реакция. Демократически настроенная часть населения приветствовала появление монументального произведения такой обличительной силы. Городской думе пришлось решать вопрос о праве статуи на существование. И только автор памятника, Паоло Трубецкой, итальянский подданный, воспитывавшийся вдали от «всевидящего ока» и «всеслышащих ушей», отшучивался: «Не занимаюсь политикой, я изобразил одно животное на другом».
Паоло Трубецкой приехал в Россию в 1897 году в ответ на приглашение преподавать в Московском училище живописи, ваяния и зодчества и принял участие в конкурсе на создание памятника умершему за три года до того царю. Одержав победу, скульптор приступил к созданию образа, еще не предполагая, что исполнит 14 вариантов модели, прежде чем добьется не только портретного сходства, но и полноты внутреннего содержания, воплотившего в себе наиболее мрачный период российской истории конца XIX века.
В 1937 году в связи с реконструкцией площади Восстания и прокладкой трамвайных путей по Невскому проспекту памятник сняли и, учитывая его высокую художественную ценность, передали Русскому музею. Хранился он во дворе музея и во время блокады едва не погиб.
В начале войны сотрудники Русского музея вырыли глубокую яму для захоронения памятника Александру III, но не смогли опустить в нее тяжелую бронзовую скульптуру. Тогда они стали ведрами и мешками носить песок с барж, стоявших на Мойке. Им удалось засыпать статую песком, обшить досками и сверху укрыть бревнами. И что же? Памятник Александру III оказался единственной в Ленинграде скульптурой, получившей прямое попадание артиллерийского снаряда. Но укрытие выдержало.
Долгое время в среде художественной общественности обсуждался вопрос о необходимости поместить памятник в городскую архитектурную среду, что, конечно, было бы актом справедливости по отношению к одному из интереснейших и редких образцов монументальной сатиры. В настоящее время он установлен во дворе Мраморного дворца.
Молвинский столп
Свое название эта хорошо отполированная, без единой надписи колонна получила во второй половине XVIII века по имени купца Молво, который на арендованной здесь земле построил вначале дачу, а затем два завода – водочный и сахарный. Предприимчивость и размах строительства определили популярность купца у обывателей. Ему даже приписывали и возведение этой колонны. Однако за исключением одиноких и робких предположений, связанных с именем О. Монферрана, историки почти единодушно отказываются назвать какого-либо конкретного автора колонны.
Широкую известность Молвинский столп приобрел благодаря легендам, восходящим к первой четверти XVIII века, к эпохе Петра. Так отразилось сочувствие простого народа к любви камергера Виллима Монса и императрицы Екатерины Алексеевны и протест против жестокости Петра. Всем было памятно, что Петр не просто приказал отрубить голову несчастному Монсу в присутствии Екатерины, но и велел выставить эту голову на видном месте и не однажды проезжал мимо нее в карете в сопровождении жены. Что касается персидского скакуна с красивым женским именем Лизетта, то о нем тоже рассказывали легенды. Говорили, что из глаз Лизетты выкатывались слезы, когда Петр по какой-либо причине отменял намеченную ранее поездку, что она легко находила хозяина в сутолоке строящегося Петербурга, что ей позволялось присутствовать на пирах на открытом воздухе и принимать пищу из рук верноподданных офицеров.
Когда лошадь пала, чучело ее передали в Кунсткамеру. В настоящее время оно находится в Зоологическом музее Академии наук.
Легенды малой архитектуры и мостов
Верстовой столб в Коломне
Коломенская верста
В середине XVII века вдоль дороги от Москвы до летней резиденции царя Алексея Михайловича в селе Коломенском были установлены высокие деревянные верстовые столбы с обозначением расстояния до конечного пункта. Такие дороги были наиболее обихожены и поэтому, в отличие от остальных, назывались столбовыми. А верстовой столб в бытовом обиходном разговоре стали именовать коломенской верстой. Это выражение приобрело переносное значение и распространилось по всей России, не обойдя, конечно, и Петербурга.
Первые верстовые столбы на дорогах от Петербурга до Царского Села и Петергофа тоже были деревянными. В 1760-х годах, когда граница города отодвинулась к Фонтанке, Комиссия о каменном строении Петербурга и Москвы приняла решение благоустроить главные въезды в столицу по Царскосельской и Петергофской дорогам и заменить деревянные указательные столбы каменными. Проект верстовых столбов в виде классических обелисков, облицованных разноцветными мраморами, разработал Антонио Ринальди.
Первый столб из мрамора и гранита появился в 1774 году на левом берегу Фонтанки вблизи Триумфальных ворот, возведенных тоже Ринальди. На одной из плоскостей столба были солнечные часы. Триумфальные ворота, которые современники считали едва ли не главным украшением столицы, в 1828 году разобрали. А выражение «Коломенская верста», родившееся в Москве, дойдя до Петербурга, в котором была своя Коломна, стало восприниматься как истинно петербургское.
«Памятник восшествия на престол»
Историческим фактам эта замечательная легенда противоречит. Вопреки реальным событиям она связывает верстовую пирамиду не с благоустройством города и его загородных дорог, а с драматическими событиями восшествия на престол Екатерины II. В этом недостоверном качестве исторического памятника верстовая пирамида попала даже во второе издание справочника «Памятники Ленинграда и его окрестностей», в раздел «Памятники полководцам и государственным деятелям». Правда, при очередном переиздании справочника в 1979 году авторы об этом факте уже не упоминают.
Дело в том, что к этому времени была обнаружена фотография 1930-х годов, на которой изображена верстовая пирамида с доской, якобы давно утраченной. На доске легко прочитывается надпись: «Сооружен в царствование Екатерины II по дороге в Петергоф в 83 1/2 саженях от этого места».
Еще раньше, в 1825 году, Карл Гампельн на знаменитой десятиметровой ленте раскрашенной гравюры «Панорама Екатерингофского гулянья» изобразил праздничное шествие петербуржцев от Калинкина моста до Екатерингофского парка. На этой гравюре хорошо видно, что кареты движутся мимо знакомого нам верстового столба на левом берегу Фонтанки как раз там, где, согласно найденному тексту, он и находился в XVIII веке. Доска же с этим сенсационным текстом появилась в 1870-х годах. В то время от Покровской (ныне Тургенева) площади в Нарвскую часть проводят конную железную дорогу, для чего расширяют Петергофский проспект, перестраивают Старо-Калинкин мост и переносят верстовую пирамиду на новое место. Теперь она уже не могла быть верстовым указателем. О том же, что она им долгое время была, и сообщалось на одной из плоскостей верстовой пирамиды.
Ансамбль стрелки и ограда летнего сада